Замгенпрокурора Касько рассказал об одногруппнике Богдане и сотрудничестве с Россией

Замгенпрокурора Касько рассказал об одногруппнике Богдане и сотрудничестве с Россией

Комментарии: 1
Фото: Андрей Гудзенко/LIGA.net

Заместитель генерального прокурора Виталий Касько рассказал о том, почему вернулся в ГПУ, как ему работается с одногруппником Андреем Богданом и почему Украина не отказывается сотрудничать с Россией в вопросе экстрадиций. Ключевое из разговора Касько с theБабелем.

Почему вернулся в ГПУ

- Меня не надо уговаривать приходить в прокуратуру или из нее уходить. Когда Руслану Рябошапке предложили стать генеральным прокурором, он несколько раз просил меня присоединиться к команде. Поскольку сейчас есть надежда на изменения в прокуратуре и уголовной юстиции, я согласился.

Почему ушел при генпрокуроре Шокине

- Потому, что мы хотели довести до конца и передать в суд дело "бриллиантовых прокуроров". Шокин делал все, чтобы этому помешать. После того, как мы сообщили о подозрении очередному участнику дела, генпрокурор забрал у меня возможность влиять на работу Генинспекции, которая занималась делом. После этого оставаться не было смысла. Оба дела в разных судах, и оба - до сих пор в судах первой инстанции на стадии исследования доказательств.

Об одногруппнике Андрее Богдане

- Я с ним учился, отношения были хорошие. В каких-то вопросах мы сотрудничали, в некоторых процессах были по разные стороны. Но наше знакомство и не помогает, и не мешает: он работает в Офисе (главой Офиса президента), я - в Генеральной прокуратуре. Вы знаете, что я также возглавляю рабочую группу по уголовной юстиции, и несколько раз мы виделись на этих совещаниях.

НАБУ работает хорошо, а ГБР плохо

- Я не доволен работой ни одного органа расследования в Украине. Возможно, из-за того что вижу, как сделать ее лучше. Если расставить эти органы по мнимой шкале, то наиболее эффективно антикоррупционное бюро. Хотя от них я ожидал большего - туда набирали людей по довольно строгим критериям. Другие органы не в самом лучшем состоянии и требуют реформ. У некоторых есть эффективные руководители, которые пытаются развиваться, а есть люди, которые не готовы к развитию. ГБР принадлежит к последним.

Об изначальной роли ГБР

- Открою вам важную деталь: сначала ГБР задумывали как орган, который будет расследовать жалобы на действия правоохранителей, а именно - нарушение ими прав человека, жестокое обращение с задержанными, пытки, незаконные обыски и тому подобное. Но потом вступили политические факторы, и его компетенцию существенно расширили. Сейчас мы инициировали подготовку в ГБР специализированных следователей, которые будут заниматься исключительно расследованием преступлений, совершенных правоохранителями. Международные партнеры помогают их обучать. В ГПУ мы уже создали департамент процессуального руководства в этих делах.

О задержаниях украинцев по запросу России

- Противостоять этому не так легко, поскольку это типичное использование Интерпола в политических целях. Интерпол всегда декларировал, что есть статья 3 Устава Интерпола, согласно которой организация не задерживает людей, если в их делах есть политические мотивы. Например, вы помните, что во многих делах, особенно в делах Майдана, когда Украина пыталась объявить в розыск бывших высокопоставленных чиновников, Интерпол всегда ссылался на эту статью, и, в конце концов, снял этих людей с розыска.

В ситуации с (задержанным в Польше Игорем) Мазуром Интерпол должен придерживаться тех же принципов. Почему не сработал этот предохранитель - большой вопрос к Интерполу. Мы уведомили польскую сторону, что доказательства, на которых Россия базирует свои обвинения, получили в РФ с помощью пыток. Задержание не должно было произойти. Министерству внутренних дел нужно провести переговоры с Интерполом и сделать так, чтобы такие случаи не повторялись.

О сотрудничестве правоохранителей с Россией

- …в 2014 году… мы остановили экстрадиционные процедуры и перестали оказывать правовую помощь России, ибо де-факто мы в состоянии войны. Однако Россия первая начала выдавать в Украину правонарушителей, а мы решили выдавать частично. Сейчас объясню, как и почему. В России украинских разыскиваемых всегда задерживали больше, чем в Украине российских. Представьте, что в России кого-то подозревают в убийстве или изнасиловании. Этот человек выезжает в Украину, а мы отказываемся его выдавать. Чего мы добиваемся? Человек остается здесь, и постепенно Украина становится прибежищем преступников. Так в свое время Приднестровье было пристанищем для серийных киллеров.

Мы решили, что когда речь идет об общеуголовной, экономической или насильственной преступности, мы сотрудничаем. Если же это политически-сенситивный кейс, отказываем или в экстрадиции, или в правовой помощи. И де-факто так оно с 2014 года и работало.

СПРАВКА

Виталий Касько – 43 года, заместитель генерального прокурора Руслана Рябошапки с 5 сентября. До этого был заместителем главы ГПУ Олега Махницкого, Виталия Яремы и Виктора Шокина. Каськива обвиняли в незаконной приватизации служебной квартиры, дело закрыли в 2017 году. После ухода в ГПУ работал членом правления антикоррупционной организации Transparency International и адвокатом в крупной компании.

 

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях