3 октября
Загрузить еще

Воспитательница из Черниговского детдома вывезла из-под обстрелов 30 детей

Воспитательница из Черниговского детдома вывезла из-под обстрелов 30 детей
Фото: facebook.com/profile.php?id=100034400776222

45-летняя Наталья Песоцкая вернулась к семье домой после четырехмесячной эвакуации, но считает, что воспитанников возвращать пока рано.

Одна на всех

Несмотря на миловидную внешность и мягкое женское очарование, 45-летняя Наталья Песоцкая из Бобровицы в пяти километрах от Чернигова обладает твердым мужским характером. Этой женщине обязаны своим будущим три десятка детей, временно изъятых из семей по решению суда.

Им не очень повезло с родителями. Но взрослым правосудие дало второй шанс получить право называться родителями: если они сумеют создать необходимые для ребенка условия, девочек и мальчиков вернут домой. По правде говоря, каждый из них, отмечают воспитатели, мечтает об этом… И каждый любит своих, пусть и неидеальных, папу и маму. Сроку им дают – девять месяцев. Если все остается по-прежнему – родителей лишают прав, а деткам подыскивают приемную семью. В крайнем случае – в интернат, но туда из Черниговского центра попадают единицы.

В феврале в Центре социально-психологической реабилитации исправления мам и пап ожидали 30 детей: 11 дошкольников и 19 учеников младшей и старшей школы. Все – совсем не паиньки, битые жизнью, а потому огрызаться научившиеся едва ли не раньше, чем ходить…

- Это сложные дети, которые устраивают протесты, вредничают, не молчат, если им что-то не нравится, очень эмоциональные, - начинает разговор с «КП в Украине» воспитательница центра реабилитации Наталья Песоцкая. – Поэтому группами из 7-8 детьми занимался один воспитатель.

Но война оставила Наталью наедине с 30 чужими детьми. Пока были в Чернигове – коллеги помогали решать проблемы, которых с каждым днем становилось все больше. А потом все пришлось решать самой.

«Они не плачут – знают, что никто не пожалеет»

Несмотря на разворачивающийся вокруг апокалипсис, Наталья продолжала выходить на работу, чтобы сменить уставших коллег. Вслед за спокойствием и размеренной жизнью в городе пропало тепло, исчезла вода, погас свет.

На нее с немым вопросом в глазах смотрели 30 пар глаз. Часть детей – совсем маленькие, в подгузниках. С каждым днем окно возможностей как-то выживать становилось все уже. Эвакуации все не было, хотя уже было очевидно – в этих условиях едва ли они смогут как-то жить. И вообще – выжить.

Дети, которые до того могли бушевать без причины, под звуки ракет вдруг притихли. Не все, конечно, но часть из них молча переносила страшные звуки и удручающие картинки, которые подбрасывало перепуганное сознание.

- Эти дети и их реакции на войну отличаются от реакций «домашних» детей, - продолжает Наталья Песоцкая. – Мои родные дети кричали от страха, да и я, что уж там говорить, хоть и взрослая, а не могла себя держать в руках, когда с самолетов скидывали бомбы – столь жутко было. А эти дети все переносили молча, мужественно и стойко. Они не плачут в такое время. Может, знают, что их никто не пожалеет…

Через неделю центр реабилитации получил «свой» снаряд.  Подвал, где прятались воспитанники с воспитательницей, не завалило, но стало понятно – это был последний дарованный судьбой шанс сберечь жизнь, оставаясь в этих стенах. Уже в ближайшие часы Наталья с детьми перебежками перебирались в соседнюю церковь, где им дали приют.

Наталья 4 месяца оставалась с воспитанниками круглые сутки. Фото: facebook.com/profile.php?id=100034400776222

Наталья 4 месяца оставалась с воспитанниками круглые сутки. Фото: facebook.com/profile.php?id=100034400776222

«Сейчас мама выйдет и заберет меня!»

В серое утро 18 марта, наконец, разрешили эвакуацию из Чернигова. От начала войны дети Натальи, 14-летняя Вероника и 10-летний Иван, жили у ее сестры недалеко от центра реабилитации, а потом – уже с мамой на работе.

- Сестра с семьей выехала за два дня до нас, - отмечает Наталья. – А потом автобусами вывезли и меня с детьми.

Она единственная из всего коллектива даже не рассматривала вариант остаться в Чернигове с близкими, бросив чужих детей на произвол судьбы. 

Пока не выехали из Черниговской области, Наталье приходилось успокаивать взбудораженную малышню.

- Они кричали, прислонясь к окнам, когда мы проезжали через села: «Там мой дом! Сейчас мама выйдет и заберет меня», - вспоминает Наталья. – Конечно, никто не выходил, да и у меня не было права «раздавать» детей по пути их родителям.

С Натальей выехали и ее дети, муж, его брат и отец. Уже на следующий день их встречали в мирном Прикарпатье.

Всех поселили в санатории в Ивано-Франковской области. Здесь они познакомились еще с восемью такими же воспитанниками из Харькова. Они добирались сюда одни – их наставники предпочли остаться дома, помахав рукой с перрона вслед отправляющемуся на запад поезду.

- За всех них отвечала старшая 16-летняя Лера, - недоумевает Наталья Песоцкая. – Не понимаю, как можно так поступить с детьми, тем более в такое время?

Начались бесконечные дни практически круглосуточной работы с ребятней в эвакуации. Четыре месяца – практически без минуты отдыха. Никто не хотел сменять уставшую воспитательницу в Ивано-Франковске.

Наталья Песоцкая вернулась в Чернигов, чтобы поддержать дочь. Фото: facebook.com/profile.php?id=100034400776222

Наталья Песоцкая вернулась в Чернигов, чтобы поддержать дочь. Фото: facebook.com/profile.php?id=100034400776222

Уезжать не хочется

Пришлось ставить вопрос перед руководством ребром: у самой – дети, дочка поступает, нужно собирать документы… Да и вообще – устала. К лету семья Натальи вернулась в Чернигов. Уже больше недели она с ними – все-таки отпустили, нашли замену. Дочка, кстати, поступила – в Черниговской медколледж.

Первую неделю Наталья даже не выходила на улицу – практически не вставала с кровати.

- Я настолько истощена физически и морально, - жалуется Наталья Песоцкая. – Не представляю, как выйти из квартиры... Просто нет сил… В эвакуацию больше не поеду. Разве что – сменить воспитательниц, которые сейчас работают там вместо меня. Но я была одна, а сейчас их там трое.

Наталья, несмотря на все тяготы и откровенный ужас войны, с которым столкнулась она и ее соседи, убеждена: дома все равно лучше. Как бы радушно их ни принимали в Карпатах.

- На западе приветливые жители, но все равно не хочется быть обузой, кому-то мешать, - отмечает Наталья. – В санатории мы жили бесплатно, питание также было бесплатное. Это лечебное учреждение, куда отправляют деток с проблемами ЖКТ и из малообеспеченных семей. Пока мои подопечные остаются там – думаю, это на время войны. Сейчас их везти в Чернигов просто страшно.

Откуда-то Наталья находит в себе силы сохранять спокойствие – по крайней мере, внешне. За все время разговора ее голос ни разу не дрогнул, не сорвался на эмоции радости от возвращения к семье или тревоги и страха от пережитого… Возможно, все эмоции она оставила там – в подвале реабилитационного центра, где первые три недели переживала бомбежки вместе с детьми, в церкви, ставшей ненадолго убежищем, или в чужом далеком санатории в горах.

Центр социально-психологической реабилитации в Чернигове все еще высматривает черными глазницами выбитых от взрывов окон «своих» детей. Стихнут бомбы – те обязательно вернутся. Уже повзрослевшими и более серьезными… Некоторых родители забрали еще в Ивано-Франковске этим летом – закончилась девятимесячная установленная судом разлука.

Трое детей из 30 спасенных Натальей в семьи уже не вернутся – как только заработали суды, начали рассматривать дела их родителей. Те не предприняли попыток навести порядок в своей жизни. Детей определят в приемные семьи.

Наталья Песоцкая и сама – приемная мама. Поэтому о таких родителях и детях знает не только по работе – вырастила ребенка, сына мужа от первого брака. Родной матери он был неинтересен. Сейчас ему уже 26. Может, поэтому Наталья и не смогла оставить уже не один раз предательски брошенных взрослыми детей наедине с войной.