Правозащитник: Есть случаи, когда от домашнего насилия страдают жены сотрудников СБУ

Правозащитник: Есть случаи, когда от домашнего насилия страдают жены сотрудников СБУ

Комментарии: 1
Тumisu с сайта Pixabay

Украина вместе со всем миром участвует в акции "16 дней против гендерного насилия". Проводятся тематические выставки, лектории, семинары… Тем временем в жизни украинок, увы, меняется мало. Каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.

О том, что нашей стране удалось решить в проблеме домашнего насилия, а что - нет, "КП" в Украине" беседует с директором департамента Национальных горячих линий и социальной помощи правозащитной организации "Ла Страда – Украина" Аленой Кривуляк.

Правосознание повысилось, но только в мегаполисах

Алена Кривуляк. Фото: соцсети

- Алена, скоро исполнится три года, как в Украине действует специальный закон о противодействии домашнему насилию, и два года, как вступила в силу соответствующая статья Уголовного кодекса. Что изменилось за это время в обществе?

- Женщины стали более образованными в вопросах своей защиты. Они знают, что могут обращаться в правоохранительные органы, социальные службы, общественные организации и что к их обидчику могут применить санкции. Но это касается в основном жителей мегаполисов.

В сельской местности уровень правосознания намного ниже. Там женщины по-прежнему не идентифицируют ситуации, в которых находятся, не в курсе, кто им может помочь. Или боятся обращаться за помощью. К сожалению, до сих пор живы стереотипы вокруг домашнего насилия. Например, если я пожалуюсь на мужа, могут осудить соседи. Или: если вызову полицию в дом, она на это никак не отреагирует.

В сельской местности нет приютов, где жертва насилия может найти временное пристанище, получить поддержку психолога и юриста. А не каждая женщина может поехать в областной центр, тем более если она с детьми.

- К вопросу о стереотипах. Многие считают, что насилие - это когда муж бьет. Скандалы и оскорбления без рукоприкладства для многих норма. А в законе отдельно выделено психологическое и экономическое насилие.

- Действительно большинство людей еще не расценивают психологическое угнетение как насилие. Но по своему практическому опыту скажу: в "чистом виде" такие случаи единичны. 95 процентов женщин, которым требуется помощь, страдают от комплексного насилия - психологического и физического, психологического и экономического, физического и сексуального.

Знать - куда и понимать - зачем

- Многие жертвы страдают и молчат. Это терпимость, жертвенность или тоже неграмотность?

 - Скорее, все в комплексе, и тут снова приходится говорить о стереотипах. Самые распространенные: я остаюсь в таких отношениях только ради детей, дети должны жить в полных семьях, если я уйду от мужа, то никому не буду нужна...

Плюс определенное попустительство со стороны общества. Государство не очень заботится о том, чтобы создавать качественные социальные рекламы, социальные проекты в помощь жертвам домашнего насилия. Мы вспоминаем о нем раз в год, когда объявляется акция "16 дней". А насилие существует каждый день.

- В работе вашей горячей линии что-то изменилось после января 2018 года, когда вступил в силу закон о домашнем насилии?

- В 2017 году у нас было порядка 29 000 звонков, из которых 96% касались домашнего насилия. В 2019 году получили почти 34 000 обращений. Можем говорить о том, что активность людей растет. Тем, кто нуждаются в помощи, мы даем алгоритм действий. Не говорим просто, куда можно обращаться, а разъясняем, что там необходимо получить. Например, юридическую поддержку в центрах бесплатной правовой помощи. Если советуем звонить в полицию, то говорим, что он нее требовать.

Бьет просто так - без причины

- На что чаще всего жалуются женщины: бьет, не дает денег, третирует ребенка?

- В большинство случаев - на акты физического насилия без причины: не так встала, не то сказала. На принуждение к сексу. И муж не всегда в такие моменты пьяный. Он может трезвым начать унижать супругу, а закончить рукоприкладством.

Пьяницы часто любят выгонять жен из квартир. Без вещей, без документов, с ребенком на руках. Это очень тяжелое состояние, когда женщина в истерике и не знает, куда обратиться.

- Судя по реестру судебных решений, уголовные дела против домашних тиранов открывают после того, как на них были составлены 3-5 административных протоколов. То есть эти женщины не терпели, пытались бороться, но все зря. Почему они продолжают оставаться в рабстве?

- Может быть вариант, что женщина живет в квартире мужа, ей некуда идти, нет родственников. Зависит экономически - нет своей работы. Причин много.

- И это причины социальные. Можно ли в таком случае преодолеть проблему?

- Преодолеть проблему домашнего насилия мы в принципе не сможем. Это невозможно ни в одной стране мира. Насилие было и будет, но мы можем минимизировать случаи.

Если есть мотивация, трех месяцев хватит

- Что дает практика кризисных центров?  Допустим, женщина с ребенком туда доехала, ей дали койку на три месяца. А дальше как?

- Не нужно расценивать кризисные центры как место, где можно пересидеть три месяца или полгода, если повезет. Это специальная структура, где женщина может побыть в безопасности, пройти реабилитацию с психологом и использовать это время на строительство будущего.

Она может искать работу, садик для ребенка, встать на учет в центр занятости, даже пройти бесплатные курсы и получить профессию, если такой не было. Тут главное, чтобы была мотивация начать новую жизнь без насилия. Если такого желания нет, сколько бы мы ни бились, ничего не получится.

- Можете привести положительный пример?

-  Да, у нас волонтером работает женщина, которая обратилась на горячую линию.  Сначала как абонент, потом с ней долго работал наш психолог. Она вышла из ситуации домашнего насилия – развелась с мужем, не побоялась взять на себя одну двоих детей, нашла работу. И сейчас у нее новые романтические отношения.

Пожилых угнетают дети и внуки

- Закон о домашнем насилии защищает в равной степени женщин и мужчин. На вашу  горячую линию мужчины обращаются?

- Да, в среднем это 15% от всех обращений.

- На что жалуются?

- На физическое, психологическое, экономическое насилие. Но звонят в основном люди пожилого возраста, которые страдают от угнетения со стороны взрослых детей или внуков. Они получают ту же информационную помощь - куда обращаться, на что имеют права.

Правда, мужчины еще сильнее находятся в плену стереотипов, чем женщины. И когда мы говорим об обращении в полицию или к юристу, они отвечают, что не могут заявить на своего ребенка - это моя кровинка, это мой крест.

- Для таких людей есть кризисные центры?

- Есть шелтеры (приюты), которые открываются для жертв домашнего насилия при благотворительных или общественных организациях. Государственные центры социально-психологической помощи, к сожалению, не принимают людей пожилого возраста. В их положениях эта категория не прописана.

Боремся только с последствиями

- Когда принимался закон, шла речь о том, что насильников нужно не только наказывать, но и перевоспитывать. Была создана даже Типовая программа для обидчиков. Это работает?

- Это огромнейшая проблема на сегодняшний день. Такую программу должны обеспечивать Центры социальных служб, но - не обеспечивают. Хотя подготовленные специалисты есть.

На прохождение такой программы домашних тиранов должны направлять суды. Но не направляют, потому что понимают: решения не будут исполнены. А в центрах говорят, что не обеспечивают работу потому, что суды к ним не направляют.

- Есть, к слову, нарекания на лояльность судов по уголовным делам против насильников. В основном присуждают общественные работы, иногда от 4 до 6 месяцев ареста, очень редко лишение свободы на год, но с испытательным сроком. То есть условно. В общем, агрессоров это не пугает. Может, надо усиливать наказание?

- Мы можем идти на усиление, чтобы запугивать людей. Но мы никогда не сможем минимизировать проблему, если не будем направлять силы на превенцию. Наше законодательство и вся работа в государстве построены так, чтобы бороться с последствиями, когда все уже случилось. А нужно делать, чтобы не случилось!

Пока не начнем учить с детского сада, со школы, как строить безопасные отношения, как отстаивать личные границы, ничего не добьемся. 

Участились случаи сексуального насилия к детям

- Дети на вашу горячую линию тоже сообщают о насилии?

- За 9 месяцев этого года мы получили больше 57 000 обращений. Каждое четвертое - по поводу жестокого обращения со стороны родителей, опекунов или родственников. Преимущественно это физическое и психологическое насилие. Но в этом году выросло количество обращений по поводу сексуального насилия.

- Звонят подростки?

- В большинстве да, но не только. Самый "младший" звонок от девочки 4 лет.

- Как помогаете детям?

- Психологическая правовая консультация плюс конкретные действия. Если узнаем о любом виде  насилия, мы обязаны передавать такие факты в службу по делам детей, если речь идет о физическом, или сексуальном насилии, то также уведомляются правоохранительные органы.   

Самые несчастные - жены сотрудников СБУ

- Во время весеннего карантина была вспышка домашнего насилия. И вот опять нас ждет локдаун.

- Вспышка будет. Не только в нашей стране, но и по всему миру. Огромная проблема в том, что мы в принципе не умеем коммуницировать друг с другом, не умеем говорить, а еще больше - слышать. Карантин только стал катализатором. Судя по нашей статистике, в 90% случаев от домашнего насилия во время карантина страдали те, кто страдали и до этого.

Где люди могут говорить друг с другом, уважать друг друга, делить пространство и обязанности, там проблем не будет.

- Считается, что от домашнего насилия страдают неблагополучные семьи, у интеллигентов все красиво.

- Это огромное заблуждение. Мы знаем много звезд кино, спортсменов, политиков, которые превращают жизнь своих близких в ад. Среди образованных, воспитанных людей случаев домашнего насилия не меньше, чем в семьях, где злоупотребляют алкоголем.

Просто чем выше у человека статус, тем больше жертва боится, что не сможет приструнить важного мужа. У нас есть случаи, когда от домашнего насилия страдают жены сотрудников СБУ. Они боятся обращаться за помощью: меня найдут, меня накажут, полиция ничего не захочет делать. Это очень тяжелые случаи.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Надежда Матвеева: 14 лет домашнего насилия. Это мое детство

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях