Президент США Дональд Трамп и его советники рассматривают возможность возобновления ограниченных военных ударов по Ирану, как способ сдвинуть с мертвой точки мирные переговоры вместе с введенной США блокадой Ормузского пролива. Об этом пишет The Wall Street Journal со ссылкой на должностных лиц и знакомые с ситуацией источники, передает ZN.UA.
Это один из вариантов, которые Трамп обсуждал в воскресенье через несколько часов после срыва переговоров в Пакистане. Он также может восстановить полномасштабную бомбардировочную кампанию, хотя, как отмечают чиновники, это менее вероятно ввиду риска дальнейшей дестабилизации региона и нежелания Трампа втягиваться в длительные войны.
Еще один вариант — временная блокада, одновременно с давлением на союзников, чтобы те в будущем взяли на себя ответственность за длительную военную миссию по сопровождению судов в проливе.
После провала переговоров между США и Ираном в Пакистане Трамп провел большую часть воскресенья в своем курорте в пригороде Майами Дорал, штат Флорида: звонил по телефону в эфир Fox News, играл в гольф и общался с советниками. По словам помощников, он и дальше открыт к дипломатическому решению, несмотря на обещание блокады и новые угрозы нанести удары по иранской инфраструктуре.
Переговоры в Пакистане, которые возглавлял вице-президент Джей Ди Вэнс, зашли в тупик после того, как Иран не отказался от своей ядерной программы.
Затяжная война лишь усилит беспокойство среди советников Трампа, его союзников и бизнес-лидеров по поводу экономических последствий, в частности из-за роста цен на энергоносители. В воскресенье Трамп оправдывал временные затруднения как цену за недопущение появления у Ирана ядерного оружия.
Американские чиновники и другие источники, близкие к администрации, отмечают, что любой дальнейший шаг Трампа связан с серьезными рисками. Восстановление полномасштабной войны истощает критические запасы боеприпасов США и вызовет еще большее сопротивление среди избирателей, скептически относящихся к конфликтам на Ближнем Востоке. В то же время сворачивание операции, когда режим получил удары, но сохранил ядерные амбиции и контроль над проливом, будет выглядеть как победа Тегерана.
Некоторые чиновники и аналитики одобрили решение Трампа о морской блокаде как самый лучший или «наименее плохой» вариант. Около половины доходов иранского бюджета поступает от нефти и газа. Успешная блокада могла бы перекрыть иранский нефтяной экспорт – основу экономики – и продемонстрировать союзникам США и нервным мировым энергорынкам, что Тегеран не может держать пролив в заложниках.
В то же время у блокады есть и серьезные недостатки. Иранские власти до сих пор не подверглись экономическому давлению США, в частности десятилетиям жестких санкций, и остаются неуступчивыми даже после нескольких недель интенсивных бомбардировок США и Израиля. По словам американских чиновников, военные корабли, действующие в узком проливе у побережья Ирана, могут стать мишенью для ракетных и дроновых атак с минимальным временем на реагирование.
Трамп неоднократно менял позицию во время войны: сначала умалял значение пролива, а затем сосредоточился на нем. На него также давят союзники, наиболее остро ощущающие последствия перекрытия этого маршрута, через который проходит около 20% мировых поставок нефти. В то же время, Трамп сталкивается с растущим политическим давлением внутри страны и признает, что цены на бензин могут оставаться высокими — что является проблемой для республиканцев накануне промежуточных выборов.