Король неврозов 29 августа исполнилось бы

В 1996 году я в числе прочих журналистов был на встрече Майкла Джексона и Юрия Лужкова. Лицо у Джексона, сидевшего в метре от меня, было бледно-розовое, кожа выглядела совершенно естественно - не как у куклы или у намазанного белилами человека. Это был грим, но очень хороший грим.
 
За ним уже тянулась репутация человека неадекватного, возможно, даже опасного: хотя его так официально и не обвинили в растлении малолетних, многие полагали, что нет дыма без огня. Еще через несколько лет он окончательно превратился в Страшилу, который ведет себя как псих и рассыпается из-за бесконечных пластических операций. В душе он был ребенком. В детстве его колотил отец; заодно издевался над его внешностью; от мысли, что придется встретиться с папой, Майкла буквально физически рвало. Его мягкость и вежливость - возможно, оттуда, от страха разозлить отца. Его инфантилизм, нежелание становиться взрослым - тоже. И его любовь к детям, которую многие путали с педофилией. Дети в отличие от взрослых безобидны. Они не изобьют и не оскорбят.
 
Его песни с годами становились все менее веселыми. Голос - похожий на стон, танец - как отшлифованная в ходе репетиций судорога. От многих его композиций на последних пластинках - ощущение, что исполняет их человек с зубной болью.  
 
Он певец мучительной тревоги, скрытого страха, какой-то жуткой невписанности в мир. Его герои в 90-е постоянно с кем-то болезненно расстаются, их предают, им страшно, на них давят, они плачут и молятся.
 
Невероятное количество людей кормилось Джексоном, сочиняя про него статьи и книги, пытаясь вымогать у него деньги или с помощью его имени попасть в объектив телекамеры. Они создали множество мифов о нем... 
 
Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях