Array ( [0] => 2829 [1] => 2836 [2] => 2850 [3] => 2860 [4] => 2871 [5] => 2883 [6] => 2890 [7] => 2898 [8] => 2921 ) 1
0
Загрузить еще

Полковник запаса Владислав Селезнев: «Мясо» и снаряды у россиян все еще есть

Полковник запаса Владислав Селезнев: «Мясо» и снаряды у россиян все еще есть
Фото: ФБ Владислав Селезнев

Удивительно теплый ноябрь в Украине скоро уступит место зиме. Что нас ждет на арене военных действий – KP.UA рассказал военный обозреватель, полковник запаса ВСУ Владислав Селезнев.

Ракетный террор – визитная карточка оккупантов

- Зима близко. В прошлом году многие считали, что украинское наступление затормозится из-за холодов, вы же утверждали обратное и были правы. Каковы прогнозы на этот год, будет ли война «переформатирована»?

- Вряд ли нынешняя зима и ее плохие погодные условия критически снизят уровень боевых столкновений между российско-оккупационной армией и украинскими силами обороны. Да, пока идут осенние дожди, мы не можем активно использовать бронетехнику, в том числе и танки. И то же самое не может сделать и наш противник. Все активизируется, когда замерзнут и стабилизируются грунты.

Пока идет контрбатарейная борьба, продолжаются артиллерийские дуэли, противник активно использует авиацию, работают украинские системы ПВО, обе стороны активно используют системы радиоэлектронной борьбы (РЭБ), а также дроны разных типов. И все это тоже будет основными элементами зимней военной кампании.

Добавим к этому интенсивный ракетный террор, который, скорее всего, начнется в ближайшее время, как только температура воздуха упадет ниже нуля. Ракетный террор – визитная карточка российско-оккупационной армии. Противник будет активно использовать его, чтобы создать предпосылки к блэкауту, оставить нас без тепла, электричества, связи и интернета.

- «Пушечное мясо» и снаряды у России, судя по всему, не заканчиваются…

- Да, и я предлагаю всем нам избавиться от каких-то иллюзий на этот счет.  «Мясо» и снаряды у россиян все еще есть. Мы знаем о поставках вооружения из Северной Кореи и исламской республики Иран, а это значит, что российская армия намерена продолжать войну долго. И вряд ли можно говорить, что в обозримой перспективе активность боевых действий снизится.

Тем более что российская оборонная промышленность переходит на рельсы военного времени – идет интенсификация производства, создание новых рабочих мест в «оборонке»… Плюс финансирование военной сферы на следующий  год заберет треть всего российского бюджета, а это значит, что деньги у Путина на войну есть.

Дезертиры – это нормально для российской армии

- А мы видим все больше видеофактов, как россияне массово сдаются в плен, не хотят воевать и выглядят вовсе не как «вторая армия мира». Действительно сдаются?

- У меня нет такой проверенной информации, но в любом случае удивляться тут нечему: морально-психологическое состояние российских оккупантов – хуже некуда. Уровень обеспечения штурмовиков из подразделения «Штурм Z» - на очень низком уровне. Да и погодные условия не добавляют никому настроения. А позиция высшего военно-политического руководства, мол, призванные по мобилизации будут воевать до конца «СВО», точно не является мотивирующим фактором. И на героические действия россияне совсем не подвигает.

Да, у них много «пятисотых» (дезертиров), много отказников - это такое веяние времени в составе российской армии. Но повторюсь, не будем поддаваться иллюзиям, что россияне не спешат идти воевать или являются слабым противником. Они имеют преимущество в численности: у них 441 тысяча «чмобиков», представителей других частей и подразделений, в том числе наемников, штурмовиков «Z». За два месяца численность российской группировки возросла с 400 тысяч до 441 тысячи, несмотря на высокий уровень потерь. То есть российская армия имеет возможность не только восполнять эти потери, но и увеличивать численный состав своей группировки на территории Украины.

- Кстати, о группировке. Буквально пару дней назад проскочила информация о «перегруппировке российских войск на юге Херсонской области». В России это сообщение назвали фейком, а в Украине затаились в ожидании: в сентябре после такой «перегруппировки» россиян был освобожден Херсон. Российские оккупанты покидают наши южные районы?

- Вряд ли российско-оккупационная армия числом 65 тысяч, которая находится на юге Херсонской области, будет куда-то уходить. С украинской стороны на левом берегу Днепра находятся до 1000 морских пехотинцев. Одна тысяча и 65 тысяч – цифры несопоставимые.

Если взять другие военно-технические составляющие: авиацию, артиллерию, бронетехнику – все это также есть в активе у россиян. Имеют ли такие технические ресурсы наши морпехи? Нет.

Украинские солдаты поддерживаются артиллерией, которая наносит удары с правого берега Днепра, а также находятся под зонтиком систем ПВО, которые размещены на правом берегу. Но не более.

Да, есть единичные сведения о перемещении какого-то количества техники, но оно несопоставимо по количеству с имеющимися ресурсами россиян на юге Херсонской области.

Важно отметить следующее: генерал Теплинский, руководитель российской группировки войск на этом направлении, до сих пор не ввел в бой основные ресурсы подразделений, чтобы купировать угрозу от украинских морпехов. С чем это связано – непонятно. Пока ограниченный контингент российских оккупантов пытается выдавить украинские подразделения с трех плацдармов, которые в настоящее время занимают наши морпехи на левом берегу.

Под Авдеевкой враг и дальше будет нести огромные потери

- А что на Донецком направлении? В частности, с Авдеевкой?

- Если есть ад на земле, то сейчас он в районе Авдеевки, где идут ожесточенные боевые столкновения. Потери российско-оккупационной армии там – более 10 тысяч в ходе крайних атак врага. Позиции и подразделения украинских сил обороны штурмует 40-тысячный контингент представителей как минимум трех российских армий.

Ситуация крайне сложная. Враг синхронно действует как с севера, от Красногоровки, так и с юга - от Опытного, пытаясь замкнуть клещи, создать окружение наших гарнизонов, действующих в районе Авдеевки.

Перспективы развития этой ситуации напрямую зависят от ресурсных возможностей украинских сил обороны. Если мы будем иметь достаточное количество артиллерийских стволов и боеприпасов к ним, то враг будет нести огромные потери и вряд ли сможет трансформировать свое численное преимущество в какие-то территориальные приобретения. Если нас ресурсов будет критически не хватать, то можно предположить, что украинская армия в рамках маневренной обороны отойдет чуть западнее от тех рубежей, которые сейчас занимает.

Ситуация динамична и будет обостряться. Противник пытается создать буфер безопасности вокруг Донецка, поскольку нервничает из-за действий украинских морских пехотинцев из состава 36-й бригады морской пехоты, которая атаковала россиян в районе Опытного и фактически выдавила их оттуда. А от Опытного до окраин Донецка недалеко. И противник готов укладывать огромное количество ресурса в землю, только чтобы реализовать свой план.

Но опять же есть политическая цель этих маневров. Путин начинал «СВО» в феврале прошлого года под лозунгом «Возьмем под контроль всю территорию Донецкой и Луганской областей». Сейчас 95% территории Луганщины находятся под контролем вражеской армии, а вот с Донетчиной у него ничего не получается. Думаю, одна из причин активизации противника – его желание двигаться западнее, в направлении Днепропетровской области, чтобы реализовать «цели СВО».

- К слову, о Луганщине. Оттуда очень мало новостей, по сравнению с Донецкой, Запорожской, Херсонской областями. Там что-то происходит?

- Там идут бои в районе Серебрянского лесничества. Но на фоне ожесточенных столкновений в районе Авдеевки, на фоне наших перегретых ожиданий наступления на юге Запорожской области, внимания на Луганскую область меньше. Только небольшой участок региона находится под контролем украинских сил обороны, и противник атакует эту территорию, чтобы оккупировать все 100% области. У противника много ресурсов, он методично превращает Серебрянское лесничество в выжженное поле.

Очевидно, что на лесничестве никто не остановится, как и на административных границах Луганской области. Противник будет двигаться на запад настолько, насколько ему позволят украинские силы обороны.

Амбиции Путина, которые начинались с проекта «Новороссия» (семь регионов - Харьковская, Луганская, Донецкая, Запорожская, Херсонская, Одесская области и Крым), разрослись. Теперь он мечтает захватить всю территорию Украины, выйти на западные границы и уничтожить Украину как государство вместе с украинцами.

Прогнозы делать не стоит

- Но мы верим в свою армию, верим в освобождение. Даже часто встречаются прогнозы, по которым в следующем году нас обязательно ждет успех. Стоит ли верить оптимистам?                                                           

- Успех или неуспех наших военнослужащих напрямую зависит от ресурсных возможностей. Очевидно же, что воевать с вражескими танками голыми руками – это бесперспективно. Чтобы прогнозировать тактический или оперативный уровень успеха Украины, надо понимать, какими ресурсами обладает украинская армия. Но эта информация закрыта за грифом «Т» (тайна).

Я бы не стал делать никаких прогнозов. Простой пример: 4 июня 2023 года началось масштабное наступление украинских сил обороны. С тех пор прошло уже пять месяцев. Соответственно, за это время физически истощились ресурсы и силы, накопленные для летнего наступления. И нужна оперативная пауза, чтобы накопить ресурсы.

Некорректно говорить, что мы можем получить огромную ресурсную базу [от партнеров. - Ред.], чтобы продолжать масштабное наступление. Надеюсь, ноябрьская встреча в «Рамштайне» принесет нам хорошие новости и даст надежду, что Украина за зиму сможет накопить необходимое количество ресурсов для освобождения всех своих территорий.

Замедление поставок необходимого Украине вооружения приводит к тому, что у противника появляется время для создания мощных оборонительных рубежей и позиций. В качестве примера можно взять «линию Суровикина»: пройти 17 км за 5 месяцев ожесточенных боев на юге Запорожской области – это весьма скромный результат. Мы не можем тут обвинять наши вооруженные силы – они действуют на пределе возможностей. Противник подготовился очень сильно, создав линии защитных рубежей и минные поля, которые практически застопорили продвижение украинской армии на этом участке фронта.