Легенда украинского балета Валентина Калиновская:  Государство даже не знает, кто я

Легенда украинского балета Валентина Калиновская: "Государство даже не знает, кто я" [фото]

Фото: Катерина Евгеньева

28 марта на сцене Национальной оперы зрители увидят два легендарных одноактных балета "Кармен-Сюиту" и "Шахерезаду", где главные партии станцуют Наталья Мацак, Сергей Кривоконь, Ян Ваня и специальный гость из США Айдос Закан - солист Бостонского балета и балета "Аалто" в Германии. Постановка посвящена первой исполнительнице роли Кармен в Украине балерине Валентине Калиновской. 45 лет назад она получила разрешение станцевать эту партию от самой Майи Плисецкой.

С Валентиной Федоровной мы встретились в одном из киевских ресторанов, рядом с ее домом на Прорезной улице. 80-летняя легенда украинского балета живет вместе с сыном и внуком. На интервью Калиновская пришла, как и полагается артистке – с макияжем, в красивом костюме и массивных украшениях. Мы поговорили с Валентиной Федоровной о ее гастролях в Америку, знакомстве с Фиделем Кастро, детях, мужьях и поклонниках.

"МЕНЯ ТРИ РАЗА ХОТЕЛИ ИСКЛЮЧИТЬ ИЗ УЧИЛИЩА"

- Вы помните момент, когда решили стать балериной?

- Никто из моей семьи не принадлежал к искусству. Но я ходила в театр музыкальной комедии, где были танцевальные спектакли. Возвращаясь домой, брала у мамы юбку, туфли на шпильке и танцевала. Не знаю почему и как, но мне очень захотелось стать балериной. По началу мама меня отвела в клуб пионеров на гимнастику. Я была гибкая от природы, шпагат и мостик давались легко. Как-то в наш кружок пришел педагог по танцам. Он что-то разглядел во мне и сказал маме, что я должна танцевать. Папа был против. Но когда меня сразу приняли во второй класс хореографического училища, отец сказал: "Если хочешь танцевать – то надо быть лучшей". Эти слова я запомнила на всю жизнь. Папа еще был жив, когда я стала первой украинской балериной, получившей звание народной артистки СССР. Отец был счастлив.

- Когда поступили в училище, детство закончилось?

- Вы знаете, да. До этого я ведь была ужасной хулиганкой. Дралась с мальчишками старше меня, некоторых била так, что кровь из носу шла. Мы играли в казаков-разбойников, лазили по подвалам и чердакам. Соседи на меня постоянно жаловались. Когда я перелазила через заборы, то часто рвала пальто или платье, мама всегда ругалась из-за этого и даже била. Но ничего не помогало. Поэтому, когда я пригласила соседей на свой первый спектакль, они были потрясены и поражены, что из меня получился нормальный человек. Вот я сейчас думаю, ну как бы я могла кого-то ударить, не представляю. А тогда… Не знаю, что это со мной было. Послевоенное детство, наверное.

- В училище ваш талант сразу заметили?

- Я пришла на год позже, чем остальные, нужно было догонять. Я попала в класс Зои Владимировны Серковой и получила у нее четверку. А на следующий год два класса объединили, и моим преподавателем назначили Антонину Васильевну Ярыгину. Она стала примой-балериной в 16 лет. Как-то во время занятий ее позвали к телефону, и мы стали заглядывать в тетрадь с оценками. Я увидела, что напротив моей фамилии стояла тройка. Со мной была дикая истерика. Ярыгина сразу все поняла. Я пожаловалась, что раньше у меня четверка была, на что Антонина Васильевна ответила: "Я не вижу, чтобы у тебя были изменения в лучшую сторону". Во второй четверти у меня уже была четверка, а в третьей пятерка. Но при этом меня три раза хотели исключить из училища.

- За что же?

- Можно сказать, что за поведение. Когда я проучилась два года, мы танцевали "Спящую красавицу". После своей партии я должна была спуститься в партер и наблюдать за спектаклем оттуда. А я по ошибке пошла в ложу. Вместо того, чтобы выйти через дверь, я перепрыгнула через барьер, чтобы сразу попасть в партер. Это все увидела воспитатель нашего училища. Меня сняли с танцев и вызвали родителей, но исключать не стали.

Второй случай произошел, когда я увлеклась прыжками в воду. Напротив училища был бассейн и я ходила туда тренироваться. Меня даже хотели отправить на соревнования в Ленинград. Но преподаватели в хореографическом училище стали ругать, мол, прыжки в воду вредят занятиям балетом. Но они не понимали, что это не только не вредит, а, наоборот, помогает. Благодаря прыжкам в воду я не боялась делать сложные поддержки, я шла на них совершенно спокойно. Спорт мне помог стать бесстрашной и воспитал силу воли.

Третий случай произошел в 1954 году, когда отмечали 300-летие воссоединение Украины с Россией. В Москве на площади организовывали парад, в котором принимали участие все 15 республик. Мы с подругами увидели объявление, что для участия в параде приглашают девушек, которые умеют делать шпагаты, мостики, стойки. И нас взяли. Руководитель училища Березова была против, но поскольку она человек партийный, не могла не отпустить. С тех пор она называла меня балериной-спортсменкой. Вот так я три раза чуть не лишилась профессии. Сына моего тоже, кстати, исключить хотели.

- Тоже за плохое поведение?

- Нет, он заниматься не хотел. Если хочешь стать танцором балета, нужно стоять у станка и работать, пока пот градом льется. За три года до выпуска ему пригрозили исключением, и только тогда он взялся за ум. Педагог Денисенко Владимир Иванович взял Максима под свое крыло. Уже в первой четверти он показал результаты, а на выпуске танцевал Дон Кихота. В 38 лет он стал народным артистом. Он еще и актер великолепный.

- Оба ваши сына пошли в балет. Это вы настояли?

- Старший Алешка ходил в обычную школу, а в 9-м классе вдруг заявил, что хочет танцевать. Я была в ужасе. Руководителем Киевского хореографического училища тогда была Галина Николаевна Кириллова. Я привела Алешу к ней. Оказалось, что у него хороший широкий прыжок. Сын четыре год прозанимался и пришел работать к нам в театр. Вместе со своей женой он танцует в мимансе (сокр. от мимический ансамбль; группа артистов, участвующих в массовых сценах в оперных и балетных постановках – Авт.). А младший Максим, уже глядя на Алешу, пошел с первого класса на балет. Ему в этом году 50 лет будет, и он еще танцует, представляете? Театр его не отпускает, потому что замены нет.

"ФИДЕЛЬ КАСТРО БРОСАЛ МЕНЯ В ВОДУ НА КУБЕ"

- Как так получилось, что вы стали примой-балериной уже в 19 лет?

- 1 сентября я пришла в кордебалет, так у нас принято. Спустя две или три недели меня вызвал к себе балетмейстер и сказал, что на ноябрьские праздники я должна станцевать "Шурале".  Это лирическая героиня, девушка-птица. А я считала себя темпераментной и хотела дебютировать в "Дон Кихоте". Меньше, чем за два месяца я подготовила спектакль "Шурале". Помогал педагог Дмитрий Клявин, который поставил для меня сложнейший вальс с разными трюками. Когда бывший балетмейстер Большого театра Юрий Григорович увидел этот вальс по телевизору, он пришел к нам в оперу и сказал: "Валя, если бы я этот балет увидел во время работы в Большом, ты бы здесь не танцевала". В Большой меня еще два раза приглашала Галина Уланова (балетмейстер Большого театра с 1960 по 1998 год – Авт.), но я отказалась. Я родилась в Киеве, безумно люблю его, здесь мама, папа, брат. Я счастлива, что осталась здесь.

- Знаю, что вам еще и в Америке предлагали остаться, но вы тоже отказались.

- Да, была такая история. В 1959 году мы поехали на гастроли в США. В гостинице был бассейн, и я ходила туда заниматься. Меня увидел один миллиардер, влюбился и умолял остаться в Америке. Говорил, что разрекламирует меня как балерину-спортсменку. Но я не захотела.

- Какой вам запомнилась Америка? Было ощущение, что попали на другую планету?

- Это была незабываемая поездка, действительно, другая планета. Нас поселили на 24 этаже. Смотришь в окно – а там небоскребы. В СССР тогда жили бедно, а в Америке уже тогда было все. К нам американцы и наши эмигранты приходили после концертов за кулисы, приносили деньги и подарки. Принимали шикарно, так больше никогда нигде никого принимать не будут. Тогда Америка была потрясена, она еще не видела такого уровня, который мы показывали.

- В СССР тогда был товарный дефицит. Что привозили в Киев из Америки?

- Первое, что я купила в Америке – это сиреневая помада. Она стоила 1,5 доллара. А в универмаге через три улицы она продавалась за 50 центов. Я только потом узнала, что на главной улице все дороже. А желтое нейлоновое платье с нижней юбкой, приобретенное тогда же, до сих пор висит в шкафу. Для дома я привезла портьеры, шторы, разные ткани.

- А сколько вы денег заработали на гастролях?

- Нам платили по 11 долларов 40 центов в день. А были мы там два месяца. Сумасшедшие деньги на то время. 10 центов стоил килограмм любых фруктов или бутылка пепси. За 62 доллара я купила шубу, за 11 долларов пальто. За туфли на шпильке отдала 4 доллара. Они продавались в том магазине, где одевались кинозвезды. Тогда запрещено было ввозить валюту на территорию СССР, поэтому все заработанное мы должны были потратить в Америке.

- Вы с гастролями объездили полмира. Какая страна еще запомнилась?

- Куба, потому что там я познакомилась с Фиделем Кастро. Опять же, благодаря тому, что занималась прыжками в воду. Нас заселили в отель ночью, а рано утром, когда мы посмотрели в окно, то обалдели. Бирюзовый океан, белый песок, желтое солнце, зеленые пальмы. Как-будто художник нарисовал картину. Мы быстро позавтракали и побежали на пляж. С нами был посол СССР на Кубе Александр Александров. Он заметил, что в воде купается Фидель и познакомил нас. Кастро и Александров бросали меня в воду. Раз, два, три сальто. Это я на всю жизнь запомнила. Фидель сказал: "Я хочу, чтобы вы поменьше танцевали и побольше смотрели мою страну".

- Вас называли украинской соперницей Майи Плисецкой. Вы действительно конкурировали?

- Мне слово соперница по отношению к балету не нравится. Да и конкуренции между нами не было (Плисецкая была на 9 лет старше Калиновской – Авт.) Расскажу вам историю. Когда я впервые услышала оперу "Кармен" в 1957 году, то была потрясена и мечтала, чтобы кто-нибудь поставил балет. И вот спустя много лет я узнаю, что кубинский балетмейстер Альберто Алонсо поставил "Кармен-сюиту" специально для Майи Плисецкой. Я ей искренне завидовала тогда. Художественным руководителем нашего театра была Галина Николаевна Кириллова. После премьеры "Раймонды" она у меня спросила: "Валентина Федоровна, вот что бы вы хотели еще станцевать?". Я ответила, что Кармен, но это только мечты. Плисецкая не разрешит. Кириллова сказала, что через неделю я буду репетировать Кармен. И она сдержала слово. Оказалось, что Плисецкая меня знала и с радостью разрешила мне танцевать. Ровно через неделю из Москвы приехали два брата Плисецких – Азарий и Алий. Они привезли две версии "Кармен-сюиты" - московскую и российскую постановки. Я выбрала лучшие элементы для своего балета и сделала третий вариант. Алонсо, когда увидела его, сказал, что именно я лучшая Кармен.

- В этом году балету исполняется 45 лет. 28 марта на сцене Национальной оперы покажут "Кармен-сюиту", где главную партию станцует Наталия Мацак. Пойдете смотреть?

- Этот балет очень интересен своими необычными движениями – ногами, руками, бедрами. Это не классический балет, в нем другая пластика. Поэтому, конечно, я пойду и посмотрю, как танцует Наташа. И вы сходите. Я Наташе передала записи своих спектаклей, чтобы она могла почерпнуть что-то для себя. Мне кажется, что она по темпераменту подходит для роли Кармен.

- Вы перестали танцевать в 43 года. Легко далось решение уйти со сцены?

- В театре освободилось место на ставку репетитора. Худрук национальной оперы Роберт Альбертович Клявин сказал мне: "Валя, все-равно придется уходить, возраст уже". И я ушла в середине театрального года. Когда афиши с моим именем не вышли, поклонники очень удивились и начали мне звонить. А в конце года в театр пришел работать мой сын Алеша. Конечно, хотелось выйти на сцену, где-то год сердце болело, а потом привыкла. 

Новой Кармен стала балерина Наталия Мацак. Фото: пресс-служба 

"ОТ ДЕТЕЙ ХОТЕЛА ИЗБАВИТЬСЯ"

- Вы родили двоих детей, будучи примой-балериной. Неужели вы не боялись, что измениться фигура, не сможете вернуть форму, а место на сцене займет другая?

- Я когда узнала, что беременна первенцем, то начала делать мостик, чтобы избавиться от плода. Но не получилось. Должен был родиться мой дорогой Алеша. Я очень быстро вернулась на сцену и получила нервное и физическое истощение. Где-то полмесяца не могла проглотить ни куска еды. В чувства меня приводили в санатории в Конча-Заспе, делали уколы и всякие процедуры. Второй раз я забеременела в 1968-м году, сразу после получения звания народной артистки СССР (Калиновской тогда был 31 год – Авт). Я хотела сделать аборт, но Ярыгина меня отговорила. Она сказала, что среди балерин, получивших звание народных, нет ни одной с детьми, а я буду иметь двоих. Моя мама бросила работу, чтобы ухаживать за внуками. Я приходила после репетиций уставшая, а она подносила мне ребенка, чтобы я его покормила.

- У вас наверняка было много поклонников. Супруг не ревновал?

- Первый мой муж Михаил Мотков (танцевал в ансамбле имени Павла Вирского – Авт.), о поклонниках ничего не знал. Я с космонавтом Германом Титовым дружила 12 лет, но когда вышла замуж второй раз, то сразу с ним распрощалась. Второго мужа я безумно любила. Толя (Анатолий Иконников – художник, был главным редактором отдела киноплаката "Укррекламфильма" -  Авт.). ходил на все мои спектакли, а я не знала. Я тогда жила на Пушкинской напротив театра русской драмы. У меня был балкон, к которому нужно сделать козырек. Я искала художника или архитектора, и моя приятельница посоветовала обратиться к Анатолию. Мы пришли к нему на работу и я сразу поняла, что за этого мужчину выйду замуж. А первый муж тогда страшно пил. Его должны были сделать репетитором в ансамбле Вирского, но на это место взяли другого человека. И он запил. Я умоляла много лет, но ничего не действовало. А тут увидела Толю и влюбилась.

- А первый муж дал развод?

- Нас только со второго раза развели. Он не мог со мной расстаться, даже душил, мама спасла… С Толей сначала жили раздельно, пока я не получила квартиру. Сначала мне дали на Чкалова (сейчас Олеся Гончара – Авт.), потом на Пушкинской, и еще одну на Прорезной.

- А сейчас государство вас поддерживает?

- Государство даже не знает, кто я. Им все-равно, народная не народная. Наша власть об искусстве не думает. На жизнь мне денег хватает. Пенсия 14 тысяч и 9 тысяч зарплата на полставки в театре (в Национальной опере Калиновская с 1981 года работает балетмейстером-репетитором – Авт.). Из них 6 тысяч гривен уходит на коммунальные услуги. Мне достаточно, еще и родным помогаю. Но ни на праздники, ни на юбилеи никто обо мне не вспоминает.

- Чем вы сейчас занимаетесь?

- У меня сейчас много свободного времени. Люблю принимать гостей и сама для них готовлю. У меня много кулинарных книг. Читаю, смотрю телевизор, вышиваю. Скучно, конечно. Я ведь привыкла, что рядом всегда были поклонники. А сейчас никого нет. Мой любимый супруг Толя умер 11 лет назад. Теперь приходится жить воспоминаниями. 

- А что по телевизору смотрите? Может вы и за молодыми артистами следите?

- Мне нравится Олег Винник. Он не очень симпатичный, но когда поет, то забываешь обо всем. Это настоящий певец, перед ним все остальные блекнут.

Младший сын Калиновской Максим Мотков - солист Национального театра оперы и балета. Фото: opera.com.ua

 

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях