Генпродюсер канала  Прямой  Алексей Семенов:  В Украине не просто свобода слова, а разгул

Генпродюсер канала "Прямой" Алексей Семенов: "В Украине не просто свобода слова, а разгул"

Комментарии: 4
Генпродюсер канала «Прямой» Алексей Семенов. Фото: Оскар ЯНСОНС

Это он запускал украинскую "Фабрику звезд", создавал каналы "112 Украина" и NewsOne. Сейчас он - генпродюсер канала "Прямой", который появился в телеэфире год назад. 

"Заниматься морализаторством – это не моя позиция"

- Алексей, "КП" встречалась с вами в прошлом году - накануне старта телеканала. "Прямому" - год. Идете по плану? 

- Я стараюсь поднять информационное телевидение на серьезную планку. В сегодняшнем виде "Прямой" - это еще незаконченный формат канала, но мы идем к телевидению серьезному и обдуманному. Разумеется, я хотел бы, чтобы в наших ток-шоу депутаты и политики не скандалили, чтобы кто-кто кого-то не бил палкой только потому, что это смотрит зритель… Я к подобному телевидению не стремлюсь, как бы ни хотел, чтобы наши показатели были лучше. Мне хочется, чтобы зрители смотрели не на скандалы, а следили за содержанием, не воспринимали телевидение только как систему развлечений. Когда Матвей Ганапольский спрашивает депутатов о том, на какие деньги существуют их партии и какие олигархи стоят за ними, а в зале среди зрителей в этот момент тишина, то эта тишина для меня гораздо важнее и дороже, чем драка или скандал между политиками, которые они устраивают, выясняя чья дача круче. Или когда наш журналист берет интервью у экс-президента Франции Франсуа Олланда, а это невероятная картинка, это серьезные обсуждения, а на другом канале в это время сидит второсортный действующий политик, на третьем - еще один такого же типа, и они что-то там себе кричат, я прекрасно понимаю, что они заберут лучшие показатели. Расстраивает ли меня это? Нет. Я подожду, потому что играю достаточно длинную историю. 

- Пытались ли за этот год политики к вам пристроиться?

- Я умею делегировать полномочия. Я не патриарх и не центр принятия решений. Я - играющий тренер, я на площадке с ведущими, режиссерами, операторами, вместе с ними выставляю кадр, ем бутерброды и обсуждаю, как нам сделать эфир лучше. Поэтому политики просто не знают, к кому и с чем идти. У нас есть шеф-редактора, гостевые редактора, у каждого из них есть свои задачи, и они решают, кто интересен и полезен обществу.

- То есть вы идете другим путем не ради рейтинга, а ради умного?

- Нужно же уважать себя как минимум! И уважать телезрителя, ради которого ты работаешь. Я не говорю, что нужно зрителю что-то навязывать, пытаться прививать вкус, заниматься морализаторством, – это не моя позиция. Я не готов к этому и не умею этого делать. Но погружать зрителя в депрессию и грязь, которая легко делается с точки зрения медиа, я точно не готов.

- Не боитесь, что таким образом не вырветесь вперед? 

- Нет. Я же четко представляю, куда движется наш локомотив. 

- Еще накануне запуска канала ходили слухи, что "Прямой" создается под выборы. Можете ли вы сказать точно, что "Прямой" будет жить после выборов?  

- Хотите, открою секрет: любой канал, какой бы ни создавался в Украине, всегда создается под выборы (смеется). О чем вы говорите?! У нас серьезнейшие замесы. У нас один из самых современных и технически обустроенных офисов! 

Если бы канал создавался под выборы, мы бы не делали качественного ремонта в нашем здании, не создавали бы большие ток-шоу с перспективой их развития. 

- Да, 12 ток-шоу в эфире – это затратно как материально, так и физически. Как вы решились на такой шаг? 

- У всех всегда есть свои тайны. Стоимость ток-шоу по-разному оценивается. Например, ориентировочная цена ток-шоу, которое в свое время делал Савик Шустер, - около 70-100 тысяч долларов за эфир. Это огромные деньжища! На сегодняшний день ток-шоу на телеканалах стоят от 30 до 40 тысяч долларов. Все ужали свои аппетиты, пытаются находить варианты, чтобы сделать дешевле. У нас свое оборудование, долгосрочно арендованный павильон, свои декорации, свои ведущие. Арендуем, по-моему, только кран и немножко платим массовке. Но, думаю, скоро мы от этой практики уйдем. Людям самим должно быть интересно прийти в студию ради интересных для них тем.

- Ганапольский с дочкой – ведущие одной программы. Чья идея?

- Уже даже и не помню. Это вы еще его младшего сына не видели! Думаю, придет время, и он тоже подтянется. Катя - очень талантливая. Порой она слишком эмоциональная, но в этом и есть ее преимущество - она уделает любого своего сверстника. Она безграничная – у нее нет территории ни внутри, ни снаружи. Ее рассуждения о жизни, о мире очень достойны. Конечно, Матвей Юрьевич бережет Катю, хочет ей помочь. Хотя Матвей Юрьевич бережет любого своего напарника, кто бы ни был его соведущим.

"Все, что происходило с Поярковым, это история Пояркова"

- Самое время вспомнить еще одного вашего ведущего - Сергея Пояркова, благодаря которому вспыхнул скандал между каналом и Снежаной Егоровой. Тогда гендиректор "Прямого" Евгения Захарова прокомментировала это так: "Поярков сделал свой авторский опрос. Канал не участвует в редактуре авторского проекта Пояркова точно так же, как не участвует в семейном конфликте Антина и Снежаны, ставшим публичным благодаря исключительно им". Вы не видите, что у вас в итоге выходит в эфир?

- Вот сейчас я сижу с вами и не вижу, что идет в эфире. У нас есть шеф-редактор, но он тоже не железный, он не ночует на канале. Это прямой эфир. Вот сидят ведущие в прямом эфире, им что-то в башку влезет, и они это говорят. Как я могу это предвидеть? Пускай умничают в эфире, но если они лажают, делают что-то противозаконное, пускай и несут за это ответственность. Они в этой ситуации плохие, а не канал в целом. А может, человек сознательно захочет подставить канал? Что мне с этим делать? Нарушил Поярков что-либо - пусть отвечает перед законом, просит прощения у Снежаны Егоровой. Другое дело, если программа идет в записи, – тогда это уже должно быть проконтролировано на предмет закона, и тогда это уже ответственность канала.  

Так что все, что происходило с Поярковым, это история Пояркова. 

- Вы обсуждаете со своим сотрудниками, что можно, а что нельзя? 

- Нет. Когда?! Я физически не могу этого делать. Мне кажется, если человек вошел в публичную плоскость, если его жизнь зависит от того, сколько у него телезрителей, то не нужно говорить, что тебя кто-то преследует. Меня никогда не интересовали отношения Снежаны с Антином. Но если я постоянно на это натыкаюсь, значит, они сами дают поводы о себе говорить. Ну а если так, тогда будь добр, будь готов к тому, что с тобой будут поступать, как захотят. У других людей может быть другая точка зрения. 

- В данной ситуации претензии были больше к некорректной постановке вопроса (вопрос звучал так: "Если бы у вас была возможность спасти одного из них, кого б вы не дали убить врагу?").

- Все это очень тонкие грани. Я себя считаю более нравственным человеком, чем безнравственным, но, мне кажется, это великолепный вопрос. Сейчас многие кажут: "Боже мой, что за мудак?" Но я сейчас говорю не про смысл вопроса, а про его филологию, форму, построение. Поярков же хоть и демонстрирует острый эпатаж, но он не идиот. Многие его просто недооценивают, за его внешностью есть глубокое понимание темы. 

PR в деле - почта Украины выпустила комплект марок с лицами ведущих
PR в деле - почта Украины выпустила комплект марок с лицами ведущих "Прямого". Как выразился лично Матвей Ганапольский - "теперь его можно облизывать буквально". Фото: Facebook Ганапольского

"Скоро нас, носителей Фейсбука, любителей твитов и репостов будут называть динозаврами"

- Анонсируя новый телесезон, вы задали риторический вопрос: "Как запретить Вересню махать руками? Это же будет не он!" А можно ли Вересню запретить швырять стакан с водой? Есть у вас какие-то рамки, как ведущий должен вести себя в эфире?

- У меня нет необходимости рассказывать ведущим, как им вести себя в эфире. Не надо Вересню кидать стаканы, потому что за внешним Вереснем со стаканами есть более глубокая составляющая. Он очень умный человек и любит Украину. При чем тут стакан? 

- А по какому принципу вы приглашаете политиков в свои эфиры?

- Их зовут гостевые редакторы в зависимости от тем и событий. На ток-шоу мы зовем представителей всех партий. Я даже не знаю, кого у нас не было. 

- У вас не было Тимошенко, хотя она не последний политик в стране. 

- Мне кажется, это уже такая заезженная балалайка. Насколько я знаю, ведущие зовут ее в эфир. Ее соратники и однопартийцы ходят. Почему не идет она - не знаю. Может, это какая-то форма игры. 

- У вас появилось новое ток-шоу – "Один за всех" с Юлией Литвиненко. Шоу с таким же названием давно выходит на СТБ. Совпадение? 

- На самом деле мы хотели назвать программу "1+1" с Юлей Литвиненко (смеется). Если бы я видел программу "Один за всех" на канале СТБ, такого бы не было. Она же - при всем моем уважении к Владимиру Бородянскому -адская. И если бы я знал, разумеется, никогда бы не назвал нашу программу так. Для меня демонстрация жести ради жести - сложная штука. Насколько ты любишь рейтинги, настолько я скажу тебе, хороший или плохой ты человек. 

- Кстати, что сейчас говорят ваши рейтинги? 

- Сейчас мы - с учетом захода ток-шоу - держимся устойчиво. За 10 дней увеличили показатели нашего канала на 60-70%, это очень много. По отношению к другим каналам когда-то мы выигрываем, когда-то проигрываем. Но это не относится к контенту, это относится к нашей работе с покрытием, узнаваемостью бренда. У нас еще не было большой рекламы, чтобы достучатся до телевизионного зрителя. У нас не было скандалов внутри канала. Мы не кричим, что нас ущемляют.

- Вас на самом деле не ущемляют?

- Вы, может, будете удивлены, но никого не ущемляют. Я считаю, что в Украине не просто свобода слова, а разгул. Когда ты можешь делать в своем эфире все что угодно вплоть до прямых оскорблений. 

- Правда?

- На сегодняшний момент никто не знает, что такое правильно, а что такое неправильно. Под общественным мнением сгибаются все, даже самые стойкие. 

- Как относиться к тому, что общественное мнение доросло до такого уровня, что оно может задавить человека?

- Я, например, крайне редко хожу на интервью, потому что считаю, что не достоин много говорить. Я еще внутри себя не дорос, чтобы кому-то сказать: это хорошо, а это - плохо. Но заходишь в Фейсбук, а там все - специалисты, все и всех знают. Каждый стал своим СМИ. И эти СМИ готовы загоняться до отупения. Многие потеряли границы, они вообще не понимают, что такое порядочность, внутреннее уважение. 

Но тут я вам расскажу страшную тайну. Думаю, мы одно из самых последних поколений Фейсбука. Точно так же, как для многих отжил ВКонтакте и остальная муть. Молодежь сидит в других соцсетях, более мобильных, более эмоциональных, более современных. Поэтому скоро нас, носителей Фейсбука, любителей твитов, репостов и остального барахла, будут называть динозаврами. 

"Многие ходят на каналы, чтобы "набить" свою популярность"

- Если бы Алексея Семенова пригласили на "Прямой" в качестве гостя, в какую программу он бы пошел и почему?

- Да в любую, у меня же дури много (смеется). Для чего многие ходят на информационный канал? Чтобы "набить" свою популярность. Для того чтобы стать политиком, сначала нужно, чтобы рейтинг узнаваемости был хотя бы 50-60% минимум. Но проблема в том, что многие ходят, но они физически не способны быть узнаваемыми. Есть такой тип политиков, которые ходят всю свою жизнь, а ты всегда думаешь: лицо знакомое, а кто это? 

- А вообще каналы насколько могут повысить рейтинг узнаваемости, если мелькать все время? 

- Мы как-то экспериментировали. Происходит какое-то событие, условно говоря, митинг. Митинг яркий, с громкими лозунгами, крутые спикеры, все как надо. А мы говорим – давай не будет его показывать в эфире. Проходит мероприятие, и мы не показываем. Все! Оно прошло где-то в соцсетях. С политологами и аналитиками, которые приходили к нам в это время, мы это событие не обсуждаем, поскольку мы не показывали его в своем эфире. В итоге митинг был на 3 фотографиях в Фейсбуке, его лайкнули 528 человек. Вот, делайте выводы.

- Вы иногда читаете лекции студентам. Что сейчас интересует молодежь, что они у вас спрашивают?

- Спрашивают, сколько зарабатывают в профессии.

- У вас есть ответ?

- Да, в зависимости от того, какой у тебя рюкзачок знаний, докладываешь ли ты в него что-то или нет. Вот многие стали думать, что генеральный продюсер – это не профессия, им кто угодно может быть. Но эта работа намного сложнее, чем некоторые могут себе даже представить.

- У ваших сотрудников большие зарплаты?

- У нас средние на рынке зарплаты, но у нас красивый офис (смеется). У нас офигенно. Там люди сидят, лежат, они не хотят оттуда уходить, у нас есть жизнь. 

- Наверное, потому, что вы офигенный руководитель. 

- Это очень условная штука. Столько людей считают, что я конкретный мудак!

- Сейчас ваши рейтинги повысятся! 

- Почему?

- Очень редко кто говорит так прямо о себе, согласитесь?

- Телевидение - прозрачная штука. Какими бы таинствами ты ни занимался, все всегда все знают. Это как в политике: все знают, кто кому родной отец. Тут же главное - не облажаться. А не облажаться ты можешь только в одной ситуации - если ты не лажаешь перед самим собой. Взлеты и падения - они же постоянные, и если ты их не проживаешь, тогда ты точно скучный тюфяк, который непонятно зачем живет. 

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях