Андрей Дементьев боялся своего 90-летнего юбилея

Андрей Дементьев боялся своего 90-летнего юбилея

Поэт и в преклонном возрасте сохранял исключительную бодрость духа и шарм... Фото: Из архива семьи

Вдова Андрея Дмитриевича, Анна Пугач, была его верным другом последние двадцать два года. Хотя познакомилась с ним значительно раньше, в середине 70-х, когда он был женат на другой женщине…

"ТЕРЕШКОВА СКАЗАЛА: "ЧТОБ ЭТОЙ ЖЕНЩИНЫ РЯДОМ С НИМ НЕ БЫЛО!"

- Андрей был очень правильный, с традиционными семейными ценностями, - рассказывает Анна. - Но с переездом в Москву (до 39 лет Дементьев работал журналистом в Твери. - Ред.) обрел другой статус и другой круг общения. Вначале он был инструктором в отделе пропаганды ЦК ВЛКСМ, в 1972-м году писатель Борис Полевой пригласил его своим замом в журнал "Юность". А через два года в журнал пришла работать и я - студентка журфака.

В Дементьеве было столько силы и молодости, что среди женского состава "Юности" всегда шла борьба за его внимание. Он был очень спортивным, модно одетым. Определить, в редакции Дементьев или нет, можно было по запаху дорогого парфюма. Конечно, он мне нравился, хотя ему было уже под 50.

- И у него была жена…

- Женщина, которая хочет оставаться с таким мужчиной, как Андрей, тоже должна расти вместе с ним. Его жена работала врачом в Твери, а когда они переехали, в Москве стала домохозяйкой, занималась ребенком. На всех публичных мероприятиях Андрей Дмитриевич появлялся один.

- Как вам удалось его покорить?

- У нас были общие интересы, связанные с работой. В конце 80-х я возглавила его избирательную команду, когда он баллотировался в Верховный Совет СССР. А когда в начале 90-х случился конфликт в "Юности" и Андрею пришлось с работы уйти, дома его не поддержали. А любому мужчине важно иметь надежный тыл. Я ушла из журнала вместе с ним, стала опорой в переломный момент.

- До этого у вас была романтическая поездка в Париж?

- В годы перестройки туда должна была лететь российская делегация от общества "Дружба". Ее состав утверждала Валентина Терешкова. Я пришла к ней, объяснила, что нам с Дементьевым обязательно нужно лететь, чтобы встретиться с писателями-эмигрантами, выступить на радио "Свобода"... А потом мне позвонили ребята, которые формировали делегацию, и сказали, что Терешкова велела включить в нее Дементьева, а "вот этой Пугач" чтобы рядом с ним не было! Она по-женски почувствовала то, чего я еще не понимала! Сейчас мы с Валентиной Владимировной дружим и эту историю вспоминаем со смехом. А тогда вопреки всем запретам мне все же удалось попасть в ту поездку. Париж нас с Андреем Дмитриевичем окончательно сблизил...

"ЕМУ СДЕЛАЛИ ПЕРЕЛИВАНИЕ КРОВИ, А ПОТОМ НАЧАЛСЯ ГЕПАТИТ"

- Я читала, что он ушел к вам, все оставив прежней семье…

- Весь его багаж состоял из зубной щетки, пары рубашек и бритвы. Он оставил квартиру, машину своей жене Галине и после жизни в центре Москвы переехал в мой панельный дом у метро "Молодежная". У меня даже не было телевизора, а он любил его смотреть... Уйти из семьи ему было очень сложно. Когда он переехал ко мне, несколько раз случались сердечные приступы. Ему было уже 67 лет... 

- Дементьев на тридцать лет старше вас.

- Я этого не чувствовала. С ним было интересно и легко. Я ни разу не видела, чтобы он работал с натугой. У него были огромный жизненный ресурс и хорошие гены, он очень следил за собой. Но мистически боялся своего 90-летия. Его отец и мать не дожили до этой даты несколько месяцев. 

- Так что же случилось в июне, когда Андрей Дмитриевич попал в Боткинскую больницу?

- В мае мы вернулись из Израиля, где ему делали стентирование сосудов. После этого он чувствовал себя неплохо, но мне показалось, что Андрей неважно выглядит, и мы поехали в Боткинскую больницу провериться. У него был низкий гемоглобин, врачи предложили остаться под наблюдением. В больнице ему сделали переливание крови. Зачем - до сих пор не понимаю. После этой процедуры начался гепатит, проблемы с печенью, с почками. С каждым днем ему становилось все хуже. На мои расспросы врачи разводили руками: "Что вы хотите - возраст!" Не сомневаюсь, они старались, Андрея смотрели доктора наук, собирали консилиум, но сам подход к лечению… Из Тель-Авива прилетели три врача, речь шла о перевозке Андрея в Израиль. Но в больницу их не пустили, не дали познакомиться с результатами обследований. Я не могла понять - почему? И вообще, что произошло? До сих пор мучаюсь этим вопросом...

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях