Денис КОРСАКОВ (25 мая 2016, 13:41)
Олег Даль: Удручает никчемность. Но хочется драться. Жестоко

Олег Даль: Удручает никчемность. Но хочется драться. Жестоко

Фильм «Женя, Женечка и «катюша» стал всенародно любимым гораздо позже 1967 года - тогда картину пустили вторым экраном, и слава, полагающаяся молодому Олегу Далю, пришла к нему позже. Фото: Кадр из фильма

Он умер в Киеве 35 лет назад, не дожив пары месяцев до своего 40-летия. Изучая его биографию и письма, понимаешь, почему он, скорее всего, не мог дожить до этого юбилея.

Разница между фотографиями и персонажами Олега Даля в 25 и в 37 лет огромна. В 25 он играл жизнерадостных мальчиков, и взгляд его светится надеждой. Ближе к сорока на смену героям "Жени, Женечки и "катюши" и "Земли Санникова" приходят Зилов в "Отпуске в сентябре" и озлобленный Косов в "Золотой мине". Первая роль была Далю особенно дорога, и когда фильм не выпустили на экран, это стало для него очередным ударом. Великая и печальная пьеса Вампилова все-таки иногда кажется почти водевилем в сравнении с тем, что сделал с нею Олег Даль: в нем сконцентрировано и умножено все отчаяние, вложенное в роль драматургом. Он играет виртуозно, но, если честно, вам никогда не хотелось отвернуться от взгляда его Зилова?

Не все собаки Павлова

Олег Даль умер в 39 лет. 3 марта 1981 года сидел за столом в киевской гостинице с коллегой, потом встал и отправился в номер со словами "Я иду умирать". Он так часто говорил о смерти, что коллега не обратил на это особого внимания. Но Даль поднялся в комнату, выпил и умер. По слухам, параллельно он принимал препарат для радикального лечения от алкогольной зависимости - человеку, который будет сочетать его с алкоголем, станет невыносимо плохо. По идее должен выработаться почти условный рефлекс по типу "алкоголь - боль". Вот только не у всех получается быть собаками Павлова.

Его вдова Елизавета Даль до конца своих дней настаивала, что умер он просто от остановки сердца во сне: сердце у него было слабое. В принципе таким, как Даль, чтобы оно остановилось, и пить-то особо не надо.

В 1974 году "Землю Санникова" посмотрел 41 миллион зрителей - один из кинорекордов СССР. А знаменитую "Есть только миг" сначала исполнял сам Олег Даль, но руководство "Мосфильма" решило его переозвучить, и ее спел Олег Анофриев. Фото: Кадр из фильма

Искреннее отчаяние

"Писатель - как священник. Он должен испытывать по отношению к своей работе такие же чувства... Даже если ваш отец умирает - и вы с разбитым сердцем стоите у его постели, то и тогда вы должны запоминать каждую мелочь, как бы это ни было больно", - сказал Хемингуэй, идол поколения, к которому принадлежал Даль. Он выписал эту фразу в свой дневник и добавил: "Если заменить в его словах "писатель" на "артист", все это точно отнесется к моей профессии. Это верно и честно, и в этом нет ничего героического и тем более сверхъестественного".

Вообще эти дневники - чтение довольно удивительное: мы все-таки живем в эпоху иронии, а Олег Даль был человеком очень серьезным. Многие в его поколении были такими. Но он отличался удивительным умением выгрызать себя изнутри за каждую роль, в которой сомневался. Все, кто вспоминает о Дале, твердят о его ранимости и болезненной ответственности - а еще о презрении к тем, у кого этой ответственности нет.

"Звонил оператор с "Мосфильма" - заказ сделать мой слайд для журнала "Искусство кино". У НИХ НЕТ ИСКУССТВА В КИНО, почему же моя рожа должна принадлежать ихнему журналу?" Не соглашается играть в "Инкогнито из Петербурга", гайдаевской экранизации "Ревизора": "Окончательно отказался от мечты сыграть Хлестакова. Соображения принципиального характера. Не по пути!!!" И половина дневника - на этой интонации. 

Еще он отказался играть в "Экипаже", в "Иронии судьбы", в "Легенде о Тиле" - от ролей, за которые многие актеры просто бы удавились, наплевав на всякие там "не по пути". Он и Зилова, еще одну роль своей мечты, едва не отказался играть: был взбешен тем, что режиссер не сразу сообразил, что именно Даль, только Даль и никто, кроме Даля, на это способен. И нет: несмотря на восклицательные знаки и прописные буквы, в этом дневнике нет девочкиной истерики, типичной для множества актеров, - одно искреннее отчаяние.

При такой эмоциональности ему легко было портить отношения с киноначальством - и об этом ходят легенды. Начальник "Ленфильма" якобы сказал Иосифу Хейфицу, снимавшему "Плохого хорошего человека": "Или я, или Даль". Хейфиц вежливо ответил: "Вы знаете, Даль" - и чудом добился его утверждения. Его встречи со зрителями превращались для организаторов в кошмар. Иногда он говорил: "Артист я скучный" - и уходил со сцены. А на встрече с курсантами школы КГБ после успеха "Варианта "Омега" сообщил будущим разведчикам, что обычно с ними бывает: "Либо их убирают, либо на два фронта начинают работать - ребята, вы ж лучше меня знаете". Скандал был неслыханный.

Иногда у режиссеров получалось его сделать чуть более расслабленным. Например, в "Земле Санникова". Фильме, на котором Даль заменил своего друга Высоцкого - а тот уже собирался в экспедицию, даже написал для "Земли Санникова" несколько песен, в том числе "Коней привередливых".Фильме, который снимался в аду, это была редкая история, когда актеры сочинили телеграмму на "Мосфильм" с требованием отстранить от режиссуры режиссеров, потому что они - непрофессионалы: "Сидим в говне на волчьих шкурах. Дворжецкий. Вицин. Даль. Шакуров". Режиссеров в итоге оставили, троих из четырех актеров успокоили, а Шакуров с картины ушел. 

Похоже, Даль так не любил и режиссеров, и эту роль, и себя за то, что согласился ее играть, что в результате неожиданно расслабился - и сыграл безупречно. Сегодня невозможно в этой роли представить Высоцкого - он бы прорвал всю причудливую ткань этого, несмотря ни на что, симпатичного фильма. А Даль был тем, что нужно, - так же, как "Кони привередливые" подошли бы ей меньше, чем легкий "Есть только миг между прошлым и будущим".

Второй случай - роль в "Не может быть!", комедии, где Леонид Гайдай аккуратно заставил Даля спародировать самого себя: ранимость и хрупкость обернулись воплем: "Я артист, я не могу работать в такой обстановке!"

Одну из его лучших ролей - инженера Зилова из "Отпуска в сентябре" по пьесе Александра Вампилова "Утиная охота", зрители увидели только в 1987 году. Через шесть лет после смерти Олега Даля. Фото: Кадр из фильма

"Чувствуют врага в искусстве"

Именно смерть Высоцкого, как считается, его подкосила: Даль считал его одним из лучших друзей. Он ему снился, жене он говорил: "Он меня так зовет". Во второй половине 1980-го записи в дневнике превращаются в стоны, тихие, но страшные.

"Нет, не вписываюсь я в их "систему"... Чувствуют врага в искусстве".

"Стал думать часто о смерти. Удручает никчемность. Но хочется драться. Жестоко".

Драться не получилось. Вскоре он записал: "Работа не приносит мне удовольствие. Мне даже странно, что когда-то я считал ее для себя всем. Вернее, она заменяла мне все. Вернее, все было в ней. Было".

Жизнь актера устроена так, что со зрителем остаются его кинороли - и Даля будут помнить по его Женечкам, по героям сказок, сыгранным в молодости. Но хотелось бы, чтобы его помнили и по всему, о чем сказано в этом тексте. Например, когда вы попадете на современный телесериал и посмотрите на игру большинства молодых актеров. Скорее всего, эти актеры проживут не 39 лет, а гораздо дольше. Но и через сердце прогонять каждую свою реплику вряд ли научатся. И так вспоминать, как Олега Даля, их не будут.

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях