Загрузить еще

Доносы на поэта Евтушенко читало все Политбюро

Доносы на поэта Евтушенко читало все Политбюро
Фото: О любом чихе Евгения Александровича «доброжелатели» тут же докладывали наверх. Фото: ИТАР - ТАСС.
Несколько недель назад поэт перенес череду сложных операций, в результате которых потерял ногу. "Комсомолка" в начале октября пообщалась с Евгением Евтушенко, писатель рассказал нам, что после выздоровления мечтает проехать по всей России от Калининграда до Чукотки. А сегодня "КП" решила вспомнить, что писали в СССР о гастролях знаменитости, причем с грифом "Секретно". Думаем, и сам Евгений Александрович с интересом узнает это.
 
"Одумайтесь, пока не поздно!"
 
В начале шестидесятых популярность Евтушенко была столь велика, что различные решения, касавшиеся не только публикаций, но даже поездок за границу, принимались на уровне ЦК КПСС. Тем паче что руководство было сильно обеспокоено поведением гения. 
 
Начались все неприятности в феврале 1963 года, когда была опубликована "Преждевременная автобиография" поэта во французском еженедельнике "Экспрессо". Скандал! Ведь автор не спросил разрешения Главлита и идеологического отдела ЦК КПСС. 
 
Начальник главного управления по охране военных и государственных тайн в печати при Совмине СССР Романов отправил в ЦК КПСС записку "о статьях о Е. А. Евтушенко в буржуазной иностранной прессе". Речь в ней шла и об "Автобиографии": 
 
"Французский буржуазный еженедельник "Экспрессо" начиная с № 610 от 21 февраля с. г. стал публиковать книгу Евтушенко "Преждевременная автобиография". Эта книга перепечатывается другими буржуазными органами печати, в частности израильской прессой, и широко  используется реакционными кругами для антисоветской пропаганды... Главлитом СССР задержана бандероль, адресованная Е. Евтушенко. В этой бандероли, присланной издательством "Бесс пресс", содержатся два номера американского политико-литературного журнала "Ах"... Второй номер журнала "Ах" открывается переводом стихотворения Е. Евтушенко "Разговор с американским писателем"... 
 
Естественно, ЦК КПСС начал "принимать меры", для начала "творческого характера". 20 апреля Евтушенко получил письмо редколлегии журнала "Юность" "с просьбой объяснить свое поведение": 
 
"Речь идет, следовательно, и о вашей судьбе как поэта, потому как поэт, которому народ перестает верить - уже не поэт. Вы это хорошо знаете и сами. Надо одуматься - пока еще не поздно".
 
Евтушенко "частично одумался", написав в журнал письмо о своей "Автобиографии". Отметив, что ее никто из редколлегии не читал, он согласился с некоторыми доводами критиков и признал, что в ней "...есть непродуманные, неточные факты. Не продуман и сам факт публикации".
 
Под колпаком 
 
В результате за Евгением Евтушенко была установлена плотная слежка. Почта перлюстрировалась, телефонные разговоры прослушивались, а о любом компрометирующем факте сообщалось в ЦК. Например, 9 августа 1963 года появилась записка идеологического отдела ЦК "О неправильном поведении Е. А. Евтушенко в Ленинграде": 
 
"Вечером 3 августа в гостинице "Европейская", где были размещены многие зарубежные литераторы... появился в нетрезвом виде поэт Е. Евтушенко... Через переводчицу он добивался встречи с французским писателем Роб Грийе, утверждая, что Роб Грийе является его хорошим другом… В тот же вечер 3 августа Е. Евтушенко в ресторане гостиницы "Европейская" имел беседу с западногерманскими писателями Рихтером и Энцельбергером". 
 
На записке стояли ознакомительные визы четырех секретарей ЦК КПСС, в том числе Брежнева и Подгорного…
 
Новый, 1964 год Евгений Евтушенко решил встретить в любимом городе на Неве. После этой встречи секретарь Ленинградского промышленного обкома Богданов отправил секретарю ЦК КПСС Ильичеву донос, в котором сообщал, что в 3 часа ночи 
 
Е. Евтушенко и Б. Окуджава появились во Дворце искусств: 
 
"Где Б. Окуджава спел два стихотворения, а Е. Евтушенко прочитал отрывок из своей неопубликованной поэмы "Декабристы". Присутствовавший на вечере композитор И. Дзержинский в знак протеста встал и покинул зал..." А дальше еще хлеще: "3 января 1964 года Е. Евтушенко и М. Павлов (артист ЛО ВГКО) в пьяном и неопрятном виде пришли вечером во Дворец искусств, где проходил бал старших школьников. На замечание секретаря партийной организации Дворца т. Пущанского, что в таком состоянии недопустимо появляться в общественных местах, Евтушенко ответил грубостью, оскорбил его и покинул помещение". 
 
Вот с этим письмом были ознакомлены уже все секретари ЦК, включая не только Брежнева и Подгорного, но и Суслова, Андропова, Демичева и Пономарева. Оргвыводы могли последовать в любое время, а эстафета была передана от ЦК в руки КГБ СССР. Уже 29 января председатель КГБ Семичастный в записке "Об обстановке в среде творческой интеллигенции" с грифом "Секретно" писал: 
 
"Определенную тревогу вызывает поведение поэта Е. Евтушенко. Его официальные заявления о том, что он все осознал, что он является "бойцом за революцию", находятся в явном противоречии с его практическими действиями. Двуликое лицо Евтушенко видно из письма, написанного им одному из своих корреспондентов в январе сего года: "Я однажды смалодушничал и признал свою несуществующую вину (речь идет о моей "Автобиографии"). Я не испугался, мне было просто до крайности противно, и мне хотелось, чтобы от меня отвязались. А я ведь знал, что моя автобиография принесла большую пользу нашей Родине, ленинизму…" основной заботой Евтушенко, как это вытекает из имеющихся материалов, является стремление всеми силами возродить свою былую популярность". 
 
Записка КГБ была доложена Хрущеву. 
 
Несомненно, решения "по Евтушенко" на основании доносов и материалов КГБ готовились, причем очень серьезные. "Показательная порка" должна была состояться в конце 1964 года. Но в октябре Хрущев был отправлен в отставку, за ним со временем последовал и Семичастный. А Евтушенко остался. Остался навсегда - великим поэтом и гражданином нашей страны...