Александр РОГОЗА (10 октября 2012, 07:21)

Подруга первой жены Визбора Ирина Петровская: "Ада умирала в муках, потому что поликлиника - это гестапо" Комментарии: 48

Москва простилась с Адой Якушевой, поэтессой, бардом, писателем, первой женой Юрия Визбора. О последних месяцах жизни 78-летней Ариадны Адамовны (полное имя исполнительницы) ее родные стараются подробно не говорить. Обмолвились только, что врачи обнаружили онкологию, болезнь протекала очень быстро. Однако одна из подруг Якушевой, телекритик Ирина Петровская, опубликовала на своей страничке в социальной сети настоящий "крик души".

"Только что вернулась от Татьяны Визбор, дочери Ады Якушевой, умершей вчера, - пишет Петровская. - Болезнь обнаружили в начале лета - Ада никогда к врачам не обращалась, но тут стало невмоготу: кашель, удушье. Операция по удалению опухоли легкого прошла успешно..."

По словам близких Якушевой, после операции женщина встала с постели, казалось, вернулась к обычной жизни. Но затем случился обморок, и медики обнаружили в мозгу поэтессы метастазы. Оперировать их было уже нельзя.

"И дальше началось хождение по мукам, - продолжает Петровская. - Районная поликлиника СВАО (ее номер мы не печатаем из этических соображений - Прим. авт.) - это гестапо!

Ада, маленькая, хрупкая, весившая к моменту смерти 37 килограммов (!), умирала в страшных мучениях, потому что в этой поликлинике не было то печати, то Марьиванны, выдающей справки...

"Мама страдает!" - кричала дочь. "Все страдают!" - отвечали ей врачи, которых язык не повернется назвать врачами. Накануне ухода Ады приехал врач из хосписа, ужаснулся страданиям, которые она испытывает, потому что районные суки не прописывают ей наркотики, и увез ее с собой. Там ей впервые вкололи морфий, и наша любимая Ада впервые за месяц, наверное, заснула, повернувшись на бочок и подложив кулачок под щечку. Утром она ушла без страданий".

 

Мы дозвонились Ирине Евгеньевне.

- Давайте поговорим об этой ситуации позже, после похорон, - попросила женщина. - В Интернет я эту историю выложила с согласия дочери Ады и Юрия Визбора, Татьяны. Но вы понимаете, что прямо сейчас она не готова об этом говорить, Татьяна потеряла близкого человека...

ВО ВСЕМ ВИНОВАТ... ТЕРАПЕВТ?

Телекритик в блоге называет фамилию врача поликлиники, который допустил такое чудовищное безобразие. Оказалось, упомянутая Петровской доктор П. - участковый терапевт. О назревающей в Интернете буре женщина впервые слышит. После прочтения текста из блога глаза ее округляются...

То, что скончавшаяся больная - Ада Якушева, супруга Юрия Визбора, врач узнала лишь от "КП". В медицинской карте поэтесса значится как Ариадна Кусургашева (фамилия по второму мужу. - прим. авт.).

 

- Меня вызвали к ней по участку лишь 1 октября, - рассказывает медик. - Это был первый раз, когда я ездила к ней. В тот день с больной была сиделка. Я объяснила, что нужно завести медкарту - у Кусургашевой ее не было, не знаю почему.

Врач показывает медкарту. На ней написано, что документ заведен 3 октября 2012 года.

- Вызвали к Кусургашевой онколога. Он выписал обезболивающее. Да, с получением медикаментов по справке была заминка на день или два. Наша поликлиника с недавних пор стала филиалом другой поликлиники, и какое-то время никак не могли разобраться, чья на документах должна стоять печать... Но я ведь терапевт, не онколог. Не понимаю, почему семья покойной пытается выставить меня виновником всех бед.

5 октября (за сутки до смерти Ады Якушевой. - прим. авт.) я приехала проведать больную. Онколог выписывал ей трамал (наркотическое обезболивающее). Но Кусургашевой выдали другой наркотический препарат, не инъекционный, в виде пластырей. Его использовали - я сама видела такой пластырь на больной.

Медсестра, работающая с терапевтом П., подтверждает: на следующий день после смерти Ады Якушевой ее дочь Татьяна принесла в поликлинику оставшиеся наркотические пластыри и сдала их - об этом есть запись в журнале.

Нам удалось отыскать и онколога из городской поликлиники № 120, которая выезжала к Аде Якушевой. Женщина рассказывает, что больная была в тяжелом состоянии. Врач предложила госпитализировать поэтессу в хоспис, выписала направление. На этой почве дети Ариадны Адамовны поссорились: сын порвал направление в клочья, дочь же считала, что в хосписе матери будет лучше.

С точки зрения человека здорового, день-два без лекарств - не самая большая проблема, наверное. Но при раке четвертой стадии, когда боль становится нестерпимой, - это беда. То, что онкобольные часто не могут вовремя получить обезболивание, - не выдумка. По действующим правилам купить такие препараты (да, понятно, что они на особом учете, ведь по сути это наркотики) непросто.

Во-первых, рецепт врача действует лишь пять дней - потом он аннулируется. Во-вторых, все заявки оформляются на спецбланках, нужно пройти несколько инстанций, получить несколько разрешений. В-третьих, купить обезболивающие может только родственник больного - строго по паспорту и в одной определенной аптеке, к которой прикреплена поликлиника по месту жительства. И все это - время, которое можно было бы провести рядом с уходящим человеком, нервы...

Чтобы не пропустить все самое важное и интересное, подписывайтесь на нас в соцсетях