Мария Максакова: Я ни о чем не жалею. Только о том, что со мной нет Дениса

Оперная певица откровенно рассказала "КП" в Украине" о своей жизни в Украине и расследовании убийства ее мужа Дениса Вороненкова.

Фото: Личный архив

Она кутается в норку, она подчеркивает свои тонкие породистые щиколотки высоченными шпильками, она ставит энергетические блоки многочисленными крупными украшениями, которые, видимо, очень любит. У нее отстраненный взгляд, который очень легко переходит в настороженный и прицеленный, словно выстрел, едва на горизонте появляются новые люди и начинают задавать вопросы. За длинную беседу она расслабленно улыбнулась лишь тогда, когда мы спросили ее о маленьком сыне Ванечке, после смерти любимого супруга ее единственную отраду.

Возможно ей комфортно в Украине, как она рассказывает, но мы понимаем другое - эта женщина сегодня в своей собственной жизни находится на боевых позициях, после того как она объявила войну своему привычному мягкому мирку, после того, как в неполных сорок лет осталась вдовой, оружие она не сложила. Но жизнь продолжается, о том, что сегодня происходит в жизни Марии Максаковой, она рассказала, побывав в гостях у "КП" в Украине".

 

"Без гарантий он бы не решился на преступление"

- Мария, заявление Генеральной прокуратуры об итогах расследования убийства Дениса Вороненкова стало для вас неожиданностью или вы все знали заранее? 

- Украинское следствие признало меня потерпевшей стороной, поэтому я периодически знакомилась с материалами дела. О заказчике я знала и пребывала в этом психологическом аду достаточно давно. Но была обязана хранить тайну следствия, поэтому старалась никак не подать вида. 

- Незадолго до пресс-конференции Юрия Луценко российский сайт РБК опубликовал информацию, которая свидетельствовала, что наша Генпрокуратура делала в Москву запрос.

- Это был абсолютный вброс. Украинская прокуратура ни о чем не просила Россию. Украинское следствие продемонстрировало такой уровень профессионализма, что российскому только завидовать. Помните, там говорили, что украинские следователи ничего не раскроют, будут только голословно обвинять руководство Кремля… А ничего этого не произошло. Нашли и настоящего заказчика, и отследили все звенья преступной цепочки. Участие Тюрина неопровержимо доказано

- Как вы думаете, чем он руководствовался?

- Личный мотив я считаю недостаточным, чтобы все это организовать. Может быть, он хотел смерти Дениса, но реализовывать такой дерзкий замысел на территории другого государства без дополнительной поддержки, а может быть, просьбы, наверное, не решился бы.

Дениса Вороненкова застрелили в центре Киева в марте этого года. Фото: Алеся Дончинова

 

"Хочу воспитывать своих детей в Украине"

- Вы прожили с Тюриным достаточно долго. Что вас удерживало? Дети? 

- В какой-то степени - да. Особенно первый ребенок, мне хотелось, чтобы он вырос в семье. Когда появилась Люся, даже еще во время беременности ею, я от Тюрина ушла. Он подался в бега из-за проблем с законом, я этим воспользовалась. Детей я воспитывала самоотверженно. С Ильей у меня вообще были поразительно нежные и близкие отношения. Когда сын поступил в Суворовское училище, я была рада, что он вырвался от пагубного влияния своего отца. Но Тюрин фактически насильно выволок сына из училища, угрозами вырвал у меня согласие. В то время мы с Денисом были уже в Украине, я не хотела идти на дополнительный конфликт. Оставить детей в России - не мой выбор. Но если Тюрин будет привлечен к ответственности, у меня появится возможность забрать  и воспитывать их в Украине. 

- Вы общаетесь с детьми?

- Последнее время нет… Сын учится в Московской экономической школе. Это дорогое заведение, в основном для мажоров. А лучших своих достижений Илья добился бесплатно, в Суворовском… Я говорила Илье: если вернешься ко мне, твой путь - это училище Ивана Богуна.

- В России результаты расследования убийства Дениса Вороненкова подвергают сомнению. Вы общаетесь с российскими СМИ? 

- Вы же понимаете, что я должна в какой-то степени доносить до российской аудитории истинную картину. Все, что могу, я буду делать для того, чтобы Тюрина экстрадировали в Украину. Тут суд изберет ему меру пресечения и будет устанавливать его виновность.

- Думаете, это реально?

- Это логично. Гражданство Российской Федерации Тюрин получил незаконно, все данные об этом я сообщила украинскому следствию. ГПУ может запросить Тюрина как гражданина Казахстана, который в 1991 году получил это гражданство. Соответственно, российское гражданство им было получено незаконно. В Братском он наврал сотрудникам паспортного стола, что потерял паспорт гражданина СССР, а в реальности он его обменял на паспорт гражданина Казахстана. Так что Украина имеет основания получить Тюрина. Если в итоге получит отказ, мы будем понимать, что РФ решила покрывать преступника.

- Бывший муж ревновал вас к Денису?

- Конечно, он ненавидел всю мою успешную жизнь без него, тем более личное счастье. Его трясло, что он ни в какое сравнение с Денисом не может идти. Но я повторю, что одной ревности было недостаточно. Тюрин очень осторожный человек, боится за свою жизнь и ее комфорт. Поэтому без каких-то гарантий он бы на такое не решился. Получив гарантии, не сомневаюсь, он сделал это с большим удовольствием. А вот кто ему их дал - вопрос. 

- Слишком затянувшаяся расплата…

- Ну почему, он мне и раньше мешал создать полноценную семью. Я потом узнала, что он кого-то напугал, переговорил с кем-то, и нам это вредило. Денис однажды мне сказал, что с таким "хвостом", кроме него, на мне, наверное, никто бы не женился. Роль Тюрина в этом деле - меня от нее тошнит. Даже уйдя от него, я ему помогала, а он - вредил. Вместо того, чтобы предупредить о преступных планах, он их исполнил. Думаю, что все, от Тюрина до тех, кто его просил, будут наказаны.

- Вы не ожидаете какой-то мести? С вашим мужем расправились - и с вами могут.

- Естественно, я понимаю, что произойти может все что угодно. Сейчас меня хорошо охраняют, это было бы очень дорого для заказчика. Кто же на это пойдет-то? Человек, который заранее будет знать, что он потеряет жизнь при исполнении?

- Все настолько серьезно?

- Сейчас убить меня и не быть убитым, по-моему, невозможно.

 

Черные списки артистов -  вынужденная мера

- Вы не скучаете по России?

- Нет, Украина меня просто спасла. Наши враги в какой-то момент объединились и загнали Дениса, как волка флажками, а надо мной хотели глумиться. Они и сейчас пытаются это делать, а не получается. Украина интегрируется в Европу, Украина производит гораздо больше интересного новостного продукта, чем Россия. Мировая пресса будет опираться на украинские источники, и расследование по делу об убийстве моего мужа будет преподнесено обществу в правильном свете.

- Украина Украиной, но вы женщина, которую достаточно сложно обидеть.

- После того, что случилось, мне кажется, даже невозможно обидеть, хотя раньше да…

- Ваше интервью с Андреем Малаховым вызвало большой резонанс, для него как российского телеведущего было достаточно смело приехать к вам на беседу в Украину.

- Малахов молодец, и он, кстати, никогда ни одного плохого слова об Украине не сказал, не бывал в Крыму и вообще старался держаться вне политики. Я поддерживаю с ним отношения, мы дружим. Ему, конечно, сложно там маневрировать, но тем не менее он старается.

- Он не в черном списке?

- Его нет ни в одних списках - он очень хороший, приличный человек.

- Как вы вообще относитесь к черным спискам?

- Вы же понимаете, что это вынужденная ответная мера. А как еще фильтровать происходящее? Списки бывают разные - официальные, обязательные к исполнению и рекомендательные, как общественное порицание.

- Чтобы не оказываться в черных списках, нужна внутренняя позиция. Михаил Ефремов не так давно отказался ехать в Крым сниматься там в кино.

- Ефремов вообще выдающийся человек. Он, пожалуй, на нынешнем постсоветском пространстве один из самых гениальных актеров, и его гражданская позиция вызывает восхищение. Более смелого человека, я бы сказала даже дерзкого, в среде артистов я не встречала. Некоторые его выступления даже меня, человека, который в общем-то мало чего боится, заставляют иногда врастать в стул.

Мария души не чает в младшем сыне Ванечке. Фото: Ян Доброносов

 

"Люди здесь мне гораздо ближе"

- Вам не тесно в Киеве после масштабов Москвы?

- Москву я никогда не любила с точки зрения комфорта жизни в ней - она очень загружена, по ней невозможно ни ездить, ни ходить, тем более там тяжело дышать, не самая чистая вода и много других аспектов. Мне всегда нравилось в Санкт-Петербурге: я работала в Мариинском театре, сын учился в Суворовском в Санкт-Петербурге. Я старалась проводить в Санкт-Петербурге максимально много времени. Я там любила гулять - там это можно делать, там много парков, садов, пригородов. Надеюсь, пройдет какое-то количество лет, не знаю сколько, и если, как говорил Толстой: ЕБЖ (если будем живы), то однажды мы съездим погуляем по Петербургу. Когда-нибудь…

- Ваш младший сын Ванечка приехал в Киев девятимесячным. Сейчас ему уже полтора годика, как он растет-подрастает?

- Ванечка растет чудесно, и он - копия папы. Самым тяжелым испытанием для меня было осознание того, что Ваня потерял огромную отцовскую любовь. Сын буквально не сходил с рук отца: засыпал на нем, просыпался. А как Денис любил Ваню! Я, конечно, видела, как отцы относятся к детям, но такого отношения я не видела никогда. Такое впечатление, что он не мог им надышаться, как будто он чувствовал что-то и, вероятно, понимал, что он под большим риском.

- Если сейчас вы уходите из дома, с кем Ваня остается?

- С няней. Это человек, который со мной уже много лет. И, кстати, она - украинка.

- За время пребывания в Киеве вы уже успели обзавестись друзьями?

- В Киеве у меня появился новый круг знакомых знакомых. И кое-кто из этого круга успел превратиться в моих друзей, и я себя уютно чувствую в их компании. Эти люди мне гораздо ближе по духу, чем те - как их назвать? - двухуровневые, трехдонные, лицемерные, с несколькими стандартами, с которыми мне приходилось иметь дело раньше. Тут как-то с этим лучше гораздо. Здесь: да - это да, а нет - это нет. Я не мучаюсь здесь оттого, что человек говорит одно, делает другое, и так постоянно. Здесь, если что-то не так, сразу говорят, и я не трачу свои силы напрасно.

- С сентября вы - преподаватель Академии руководящих кадров культуры и искусств Украины, которая находится в Киево-Печерской лавре. Сколько у вас учениц?

- У меня есть две ученицы - одной 19 лет, а второй - 22 года, они пришли в академию после музыкального училища, и я как доцент преподаю им академический вокал.

- На каком языке вы ведете преподавание?

- Вы хотите узнать, могу ли я преподавать на украинском? Да, могу.

- А зачем вам нужно было преподавание?

- Ну, во-первых, я люблю преподавать. Это расширяет возможности самого певца - когда мы учим кого-то, учимся сами. Это место работы, оно необходимо, я не хочу быть безработной. Ну, а во-вторых, мне нужно корни пустить, чувствовать себя при деле.

- Попасть в музыкальную тусовку киевскую, даже с вашим именем, все равно надо. А тусовка капризная.

- Доказывать надо каждый день, прошлых заслуг не бывает. Украинцы гурманы, они лишь бы что-то не будут слушать и терпеть.

- У вас в Москве остались студенты, они выходили с вами на связь?

- Они тяжело переживали мой отъезд. Они очень много мне писали, звонили, все спрашивал: чтобы мы можем для вас сделать? А я говорю: вы лучше о себе подумайте, для себя делайте.

Старшие дети Марии Максаковой остались в России. Фото: Александр Глуз

 

"С украинской публикой у меня роман взаимный"

- Вы дали в Украине уже несколько сольных концертов в Киевской филармонии, а совсем недавно в Львовской опере в рамках Форума книгоиздателей Украины. Как вам украинская публика?

- Теплая, доброжелательная. Но это и не удивительно, потому что я пришла к этому зрителю на том этапе своей карьеры, когда мне действительно удается делать свое дело достаточно качественно. Плюс, наверное, моя ситуация и отношение к Украине, я считаю, это роман взаимный.

- Тем не менее в соцсетях развернулись баталии по поводу вашего участия в концерте на Майдане ко Дню Независимости.

- Ну, это был вброс со стороны российских СМИ, что я якобы буду петь Гимн Украины. Хотя, если иностранный гражданин поет гимн государства, это лишнее подтверждение международного признания этой страны.  Но в реальной ситуации это вообще не входило в наши планы, в Украине достаточно своих собственных достойных исполнителей, которые прекрасно могут выполнить эту миссию.  Думаю, кто-то таким образом пытался сорвать мое выступление на Майдане Незалежности. Но, слава Богу, не удалось.

- Как вам все-таки удалось попасть в этот праздничный концерт 24 августа? Зная режиссера-постановщика этого события - Сергея Проскурню, с ним невозможно договориться. Кроме того, он принципиален в общении на украинском языке.

- Мы с ним на украинском и разговариваем.

- И все-таки как вы добились, чтобы Проскурня пригласил вас петь на свой концерт?

 - Я сидела у него на коленях, когда мне было 3 года (улыбается). Он дружил с Романом Григорьевичем Виктюком, а Виктюк ставил тогда "Анну Каренину" с мамой. Поэтому я с ним совсем по другому поводу общаться начала, а тут ему пришла такая идея в голову - он как раз искал исполнительницу для "Нормы", и в результате у него это все как-то совпало.

- То есть можно считать, что человек, который знает все об украинском театре, Сергей Проскурня - это один из ваших друзей.

- Знаете, я увидела его первый раз, когда мне было 3 года, а второй - когда мне было 40. Но, тем не менее, я очень удачно посидела на коленях (смеется). Может это и проведение, но как бы то ни было я очень благодарна ему за эту возможность. Работа с Сергеем стала для меня огромным, радостным событием.

- Что бы вы хотели сейчас спеть на сцене украинской оперы?

- Я бы хотела спеть "Запорожец за Дунаем", "Тоску" и "Кармен". Да что там, я бы все хотела спеть.

- Вся эта нервная обстановка последнего времени сказалась на вашем голосе?

- Нет. У меня есть зарубежные гастроли. Да-да, есть, и пусть не удивляются те, кто считает, что меня здесь держат насильно. Я вольна ездить со своей музыкой по всему миру.

- Помимо преподавательской деятельности, воспитания ребенка, гастролей, у вас еще есть какое-то занятие, возможно, бизнес? Первый вопрос, который задают, когда о вас начинается разговор: "На что она живет?"

- У меня есть сбережения. Но в основном я зарабатываю, у меня есть концерты, гастроли, я рассчитываю на себя.

- А преподавательская зарплата большая?

- Преподавательская зарплата не очень большая. Я считаю это неправильным. Не потому, что я возмущаюсь по поводу себя, а потому, что считаю, что преподаватель должен быть достойно оценен своим народом.

- Из всего получается, что вы видите свое будущее в Украине, это притом, что у нас в Украине не все хорошо.

- Давайте не будем программировать негатив. Будем решать сложности по мере их поступления. Мы не можем знать наперед ничего, зачем загонять себя мысленно в депрессивные состояния? Бог даст день, Бог даст пищу.

- Вы не жалеете, что ваша жизнь стала похожа на голливудский боевик?

- Нет, я ни о чем не жалею... Только о том, что со мной нет Дениса.