Первая победа: девушку, обгоревшую в Перми, перевели из реанимации в обычную палату

Первая победа: девушку, обгоревшую в Перми, перевели из реанимации в обычную палату

Светлана Чазова переживает за дочь Ирину. Медики ее в реанимацию пока не пускают. Фото автора.

Четвертые сутки в больницах Петербурга в тяжелейшем состоянии находятся люди, пострадавшие на пожаре в Пермском клубе «Хромая лошадь».  Ближайшие два дня, по словам врачей, могут стать переломным, для кого-то в лучшую сторону, а для кого-то, увы, в худшую.

В НИИ им. Джанелидзе медики из других отделений приветствуют реаниматологов и хирургов шутливым: «Слава героям!». А потом, вмиг посерьезнев, спрашивают: «Ну как там у вас? Справляетесь?».

«Там» пока что очень тяжело. Сейчас в реанимации этой больницы и еще в клинике термических поражений военно-медицинской академии без сознания находятся три десятка человек. Врачи ВМА тоже пока порадовать не могут: больные без изменений. Ожог верхних дыхательных путей, отравление угарным газом…. Почти все из пострадавших не могут самостоятельно дышать - они подключены к искусственной вентиляции легких. Каждый день эти люди переживают множество операций.

- Ничего хорошего пока что сказать не могу, - на ходу бросил корреспондентам «КП» главврач НИИ им. Джанелидзе Владимир Коцур. - Пока никакой положительной динамики. Ну, не бывает так, чтобы такие тяжелые больные, уже через несколько дней вскакивали на ноги.

И все-таки одна хорошая новость есть. Первая победа питерских врачей - 27-летнюю Любу Казакову первую из всех пострадавших перевели из реанимации в обычную палату.

- Один день она была на искусственной вентиляции, второй - просто в реанимации, а сегодня уже приняли решение о переводе, - поделился с журналистами радостью директор НИИ Сергей Багненко. - Это более чем хорошие результаты. Конечно, ей еще предстоит очень долгое лечение, но, тем не менее, ей лучше.

Увы, но других поводов для радости пока нет. Еще трое пациентов в крайне тяжелом состоянии, у одного из них уже даже была клиническая смерть. Многие из пострадавших в медикаментозной коме, кто-то в сознании - слышит, понимает, может отвечать на вопросы, но это еще не гарантия того, что все в порядке.

- Сейчас идет первый пик возможности летального исхода, - пояснил «КП» Багненко. - Это когда пострадавшие не переживают ожоговый шок. Второй пик наступит через две недели - месяц - когда к этому присоединится тяжелое заражение крови, сепсис. Надо понимать, чем больше людей выживет сейчас, тем больше попадет вот в это второе состояние. Мы умеем его лечить, но другой вопрос - хватит ли сил у организма.

Тем временем в Петербург начали прибывать родственники пострадавших. Убитых горем, но, тем не менее, не теряющих надежды людей, бесплатно разместили неподалеку от больниц - в гостиницах и социальных учреждениях.

Близких заводят в реанимацию буквально на несколько секунд, причем, только в сопровождении врачей, которые ведут их туда в буквальном смысле за руку. Светлану Чазову, маму 30-летней Ирины, к дочери пока что не пускают. Но она сидит в больнице весь день. Уверена - пусть даже так, но она все равно рядом со своим ребенком. На исходе четвертых суток переживаний женщина уже способна немного улыбаться.

- Главное, что дочь жива, - уверенно говорит она, - Руки-ноги все на месте. Поэтому я и отнеслась к этому более или менее легко. Обгорела - да. 35 процентов ожогов. Но ведь есть те, у кого восемьдесят. А сколько людей погибло…

Светлана узнала о трагедии одна из первых. Ее даже впустили в палату и дали указания - как давать пить, как поворачивать, как обтирать. Ирина числилась в пострадавших средней тяжести. Поэтому они очень удивились, когда им сказали об эвакуации.

- Дочь была в сознании, но что произошло, помнила плохо, не осознавала, - рассказала «КП» Светлана Павловна. - Единственное, говорила: мама, мне повезло, я стояла не в центре зала, а у барной стойки, поэтому выбралась. Потом сказала, что глотать больно. А потом нам сообщили про транспортировку, но речь, правда, сначала шла о Москве.

О том, что в «Хромой лошади» могло что-то случиться, Светлана даже и предположить не могла. Клуб известный, публика приличная, скандалов вокруг него не было.

- Я учительница в школе, уже много лет преподаю, поэтому многих из погибших хорошо знала, - тяжело вздыхает Чазова. - Страшно, что столько молодых людей пострадало.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт