Маргарита ЧИМИРИС, Фото Артема ПАСТУХА. (10 февраля 2011)
На одно село - 450 матерей-героинь

На одно село - 450 матерей-героинь

Комментарии: 80
У 45-летней Елены Ковалевич 15 детей. Сейчас она ждет 16-го. Фото Артема ПАСТУХА.

В отдаленном от городов и заводов селе Глинное Ровенской области вопреки  законам демографии ежегодно «собирают урожай» из 200 и больше малышей. «Комсомолка» решила выяснить, почему для местных жителей 15 детей в доме - не тяжкий труд, а награда.

В почтовом отделении села  немноголюдно. Кутаясь в пальто (газ не провели, поэтому греются дровами), сотрудницы почты с любопытством рассматривают столичных гостей. Журналисты здесь не в диковинку, но все равно событие. Особенно из Киева: жители Глинного давно смирились с тем, что размер их семейного счастья - десяток детей - в столице не понимают.

- Вот вы, городские, с трудом на одного ребенка решаетесь, - скороговоркой на украинском вперемешку с русскими и белорусскими словами говорит почтальон Галина. - А у нас счастье - это когда детей много. Вот у меня их девять, и я всех люблю. И разве это много?

О детях в Глинном всегда говорят искренне. Ведь здесь умеют любить и поднимать на ноги столько сыновей и дочек, сколько дает Бог.

 

«НАШЕ МОРЕ - ЭТО ОГОРОД»

Юрий Карповец, глава Глинского сельсовета уже восемь лет, по-хозяйски приглашает в свой кабинет.

- Специально для вас всех людей пересчитали, самых многодетных определили, - отчитывается Юрий Петрович.

В канцелярии сельсовета учет рождаемости и смертности - дело хлопотное, но приятное. Оттого цифры, которые в устах министерских чиновников лишь сухая статистика, в «мэрии» Глинного звучат жизнерадостной песней.

- В 2010 году у нас родились 202 ребенка, - хвастается Юрий Карповец. - А умерло жителей почти в пять раз меньше - 42 человека. Правда, в прошлом году у нас больше новорожденных было - 229! Но мы наверстаем в 2011-м - уже за январь 22 ребенка на свет появились. Столько в других селах за год не рождается!

Привычную для современного украинского села картинку - пустующий дом с осунувшейся крышей и вечно темными окнами - в Глинном не сыщешь. Здесь в каждом дворе в среднем живут по 5-6 человек. А во многих домах звучат голоса девяти, а то и больше детей. Впрочем, особняков с десятком комнат для всех членов семьи здесь никто не строит - не по карману. А если уж жилплощадь расширяют, то чаще не для себя, а для старших детей. Так и появляются возле побеленных по старинке хат деревянные дома - срубы. Уезжать далеко от отцов в Глинном не принято.

Для Елены и Виктора Ковалевичей счастье - только в их детях.
Для Елены и Виктора Ковалевичей счастье - только в их детях.

- Петр Ковалевич - 15 детей, - зачитывает выписку из хозяйственной книги глава сельсовета. - Кулакевич - 14, Виктор Ковалевич - 15,  Рогульчик - 15, Месечко - 13, Дробуш - 12, Хомич - 11, Лисковец - 10, Коханевич - тоже 10! В некоторых из этих семей детей больше - просто у старших уже свои семьи.

Причины многодетности своих односельчан (сам Юрий Карповец хоть и вырос в большой семье, решился только на одного ребенка) глава сельсовета определил давно и уверен в их безошибочности:

- Все дело в традиции! В нашем селе рожали до и во время войны, при «советах», в голодные 90-е и в кризис. Независимо от того, платит ли государство за детей или только награждает звездочками матерей-героинь. (А таких в Глинном аж 450!) Нынешние многодетные мамы выросли в больших семьях, поэтому другой жизни, кроме как в материнских заботах, для себя не видят. А еще наши люди - очень религиозные. Аборт - самый страшный грех. Если об этом проступке разлетится слух - односельчане заклюют. Даже если врачи будут убеждать не рожать малыша, который может появиться на свет больным, наши люди отказываются избавляться от него - пусть умрет сам, если Богу так угодно.

К Богу жители Глинного ходят по разным адресам: половина ревностно посещают местную православную церковь, остальные - прихожане молитвенного дома веры евангельской. Есть и те, кто наведывается в храмы не по зову сердца, а по привычке - на праздники. Впрочем, большие семьи у всех.

- Наши женщины говорят, что раз Бог дает ребенка, то и на ребенка тоже даст, - рассуждает Юрий Карповец. - Современные украинцы стали эгоистами: хотят жить для себя, красиво одеваясь, прогуливая деньги в ресторанах и на курортах. На детей часто не хватает то желания, то денег, то времени. А ведь опора нации - это прочная и большая семья.

- Наше море - это огород, - признается еще одна сотрудница почты - многодетная мама Валентина. - Жить ради детей - это же жить для себя.

ЖЕНЩИНЫ: ДЕКРЕТ ДЛИНОЮ В ЖИЗНЬ

Героиня Натальи Гундаревой в фильме начала 80-х «Однажды двадцать лет спустя» Надя Круглова могла бы стать идеалом для женщин Глинного. Мама десятерых малышей режет свое новое платье на  новогодний костюм для дочки. А на вопрос «Чего вы ждете от жизни?» с радостью отвечает: «Я жду ребенка!»

Жизнь женщины, которая сидит передо мной, - кинофильм о счастье материнства длиною в 25 лет. Елене Ковалевич - сорок пять. Морщины на лице, выбивающиеся из-под платка седые волосы и огрубевшие от работы в земле руки добавляют ей еще лет десять. Героиня Гундаревой (кстати, в роль матери бездетная актриса входила с огромным трудом, но зритель ей верит!) выглядела лучше и моложе Елены.

По количеству учеников школа в Глинном - рекордсмен среди сел. Здесь за партами сидят 700 детей.
По количеству учеников школа в Глинном - рекордсмен среди сел. Здесь за партами сидят 700 детей.

Но радость от любви, которую Елена дает и которую получает в ответ от мужа и детей, в жизни не менее настоящая, чем в кино.

Самое младшее круглолицее счастье по имени Павлик (папа Виктор с упоением рассказывает, что малышу в декабре отпраздновали год, а он уже так хорошо ходит) сидит на руках у матери и с подозрением всматривается в объектив фотоаппарата. Но стоит ему вскочить с колен Елены, как женщина смущенно прикрывает руками заметно округлившийся живот. 16-й ребенок в этой семье появится в ближайшие месяцы.

Ковалевичи помещаются в четырех комнатах: в спальне по периметру расставлены широкие кровати. А в центре с потолка свисает люлька: соблюдая обычаи, ее прикрепили к железному крюку. Кто первым проснется, тот и качает хныкающего ребенка. В комнатке возле летней кухни спит бабушка и сын-подросток. На тесноту не жалуются. По крайней мере когда отец рядом. Старшая дочь скоро тоже мамой станет, у сына - уже трое детей. Дни и даже время рождения всех в этой семье помнит только Елена. Ей, как матери, положено любить и нежить вниманием всех. А дети в ответ признаются, что самый большой семейный праздник - это когда маму из роддома забирают: в последнее время Светлана с мужем радуют детей такими праздниками едва ли не каждый год.

- Работаем тяжело, - стеснительно рассказывает женщина. - Шесть школьников растет, малых тоже много. Хлеба каждый день по восемь булок печем.

Геройства в своей многодетной жизни Елена не видит и говорить об этом не любит. 

Раскрыв рты и прижавшись к подолу маминого халата, ее слушают дети. Розовощекие ухоженные мальчики и стеснительные, как мать, девочки-школьницы. 9-классница Наташа готова повторить судьбу мамы: на ней уже сейчас уборка, стряпня, уход за детьми, когда Елена занимается коровами, свиньями и огородом.

- Наши дети с детства знают: чтобы заработать - нужно трудиться, - поглаживая по голове сына, говорит Елена. - Захотят конфет - бегут в лес по шишки. За них лесники денег дают (семечки из шишек отбирают на семена. - Прим. авт.) - вот и есть у детей сладкое на целую неделю.

15-му ребенку Ивана Рогульчика Маше - полтора года. Для него она станет опорой в старости.
15-му ребенку Ивана Рогульчика Маше - полтора года. Для него она станет опорой в старости.

- А рожать так часто и поздно не тяжело?

Увидев смущение на лице жены, Виктор отвечает за нее:

- Сейчас тяжелее стало - ноги и спина у нее болят. Раньше легче было, - слова в защиту своей любимой муж подбирает с трудом, словно охраняя семью от неудобных вопросов. Ему бы сказать, что он гордится женщиной, которая не боится всю жизнь радовать его детьми. Но такие слова при чужих звучали бы не по-настоящему.

…Несмотря ни на что, счастлива еще одна мать 15 детей - Светлана Ковалевич. Ее дом меньше и скромнее, чем у однофамильцев. Хотя в нем есть микроволновка и стиральная машина-автомат. Но все дети пока живут со Светланой и ее мужем Петром. Самому старшему сыну - 19, а маленькой дочке Алине всего два месяца.

- Чтобы всех накормить, надо шесть литров борща на день сварить, - без капли сожаления рассказывает Светлана. - Благо что едим в две смены, а по будням дети в школе обедают. Так что помещаемся!

Об усталости и тяжелой женской доле Светлана говорить не привыкла. У нее другие беды: слабое напряжение в электросети (вечером дети не могут учить уроки из-за плохого света), дорогая детская обувь (сапожек за 300 гривен на сезон не хватает, а их 15 пар надо), задержка выплаты пособия (эти деньги как раз пошли бы на лекарства, ведь дети всю зиму по очереди болеют).

Дочки-школьницы слушают маму внимательно, понимающе кивая головой. Совсем малые мальчишки того и ждали: оторвавшись от опеки старших сестер, смело резвятся, прыгая с кровати на кровать и оставляя на стенах и подушках следы испачканных в шоколад рук и щек.

Намного ли они несчастнее сверстников, у которых нет столько братьев и сестер?

Тяжелую мужскую работу местные мальчишки учатся делать с детства.
Тяжелую мужскую работу местные мальчишки учатся делать с детства.

МУЖЧИНЫ: НА ЗАГРАНИЧНЫХ ХЛЕБАХ

- Не стойте на ветру, лучше заходите к нам в гости чаю попить! - гостеприимность еще одного отца-героя Ивана Рогульчика удивляет. В его не огороженный забором двор мы заглянули только ради красивых снимков - поразительными выглядели двое 10-летних дровосеков, с легкостью колющих полена тяжелыми топорами. С раскрасневшимися от работы лицами под прицелом фотокамеры сыновья Ивана заработали еще напористее.

На столе привычное для местных лакомство: яйца, пожаренные с салом, домашний хлеб из печи, маринованные белые грибы. Наших криков «ой не надо, мы не голодные» хозяйка упорно не слышит и сокрушается, что не успела приготовить картошки для гостей, - не предупредили ведь! Сразу видно: пара лишних ртов для большой семьи - не в тягость. Тот, кто привык делить хлеб на десяток кусков, отрежет и 11-й.

Через полчаса кухня наполнилась детьми. Вместе с матерью они усаживаются на лавочке и внимают всему, о чем говорит отец. В Глинном давно определились, кто в семье - тыл, а кто - хранитель домашнего очага. Следуя традициям  матерей рожать детей, здесь не спорят и с тем, что слово мужчины  - закон.

Иван, по меркам Глинного, мужчина многодетный, но зажиточный. У двоих из 15 детей - уже свои семьи. Есть и внук. Самой младшей дочке Маше - полтора года.

- Надежда и радость на старость, - обнимая девочку, повторяет Иван. Еще одна -

6-летняя Люда - его боль и мука. У девочки - врожденный порок сердца, который вызвал отставание в развитии. Внимательно всматриваясь в лица гостей, она быстро находит общий язык - увы, пока только жестами.

Новый дом мужчина построил сам три года назад: до этого семья ютилась у родителей. Зарабатывает он, как и большинство местных, строя дома под Киевом, Москвой и Санкт-Петербургом.

Ближайшее к селу работающее предприятие - стекольный завод - находится в 40 километрах от Глинного, и ездить туда каждый день селянам невыгодно. А на фермерстве много не заработаешь: урожаи с больших огородов съедают сами.

На стройки из села отправляются целыми семьями: отец, сын, брат, племянник. О том, ездит ли хозяин этого дома на заграничные хлеба, можно судить по машинам во дворе - почти у каждого есть свой микроавтобус. В среднем за месяц работы из России привозят по тысяче евро - заоблачные деньги по сельским меркам, где в последние годы можно выжить, только продавая летом лесные ягоды и грибы. Впрочем, мало кто бросает семью дольше чем на три месяца.

 

Хоть местные жители и не верят в «плодоносность» древнего дуба, туристов в селе хоть отбавляй.
Хоть местные жители и не верят в «плодоносность» древнего дуба, туристов в селе хоть отбавляй.

- Старший сын уже со мной в Подмосковье ездил работать, - рассказывает Иван. - Отрываться от родни и села не хочет. Говорит, что лучше «біля тата». Лентяй!

Впрочем, именно этому «лентяю» Иван строит дом по соседству со своим.

Остальным сыновьям, которые еще бегают в школу, хоромов Иван не обещает - здоровье уже не то.

- Поживем - увидим, - без тени сомнения говорит мужчина. - Не зря же я их всему учу. Что не смогу дать - того добьются сами.

ДЕТИ: ДИПЛОМЫ НЕ В ПОЧЕТЕ

Школе, выстроенной в Глинном за счет областного бюджета в прошлом году, позавидуют в любом городе. 3-этажное современное здание с большими классами и широкими коридорами родители буквально отвоевали для своих детей, не пустив их

1 сентября 2009 года в старую аварийную школу.

- Сейчас у меня 700 детей, - рассказывает директор школы Николай Карповец. - В первый класс в прошлом году пошли 74 ребенка! И рождаемость в селе растет - к 2015-2016 учебному году у нас будет 855 школьников. Надеюсь, что к этому времени мы достроим спортзал, столовую, мастерские и несколько классов. А то даже сейчас в две смены учимся.

Школьники Глинного ездят на предметные олимпиады, иногда даже занимают призовые места, но далеко не все стремятся получить высшее образование.

- Учатся в основном в Ровно и Житомире, - рассказывает глава сельсовета. - Но не каждая многодетная семья может позволить себе дипломы для детей. Чтобы даже одного студента выучить и накормить в чужом городе, младших надо оставить без куска хлеба. А будет ли потом достойная работа? Да и не хотят наши люди из села уезжать: в школе, на почте, в клубе, магазинах - все местные.

Многодетные родители признаются: заставить детей учиться - трудно.

- Хотят деньги зарабатывать, а не книги читать, - вздыхает Виктор Ковалевич. 

В большинстве многодетных домов нет даже письменного стола: уроки делают в кухне, а чаще всего на коленках. Здесь предпочитают семейную науку. О том, как строить дома и обрабатывать землю, сыновьям рассказывают отцы, а матери учат дочерей печь хлеб, варить борщ и растить детей.

И, пожалуй, для многих жителей Глинного такие «университеты» - не только не унизительны, а необходимы, как воздух.

КСТАТИ

Дети - от любви, а не от дуба!

Феномен многодетности Глинного пытались объяснить журналисты, священники, чиновники. Все, кроме ученых (сюда пока не наведался ни один специалист в области демографии). Некоторые даже предположили, что причина - в тысячелетнем дубе, растущем в трех километрах от села. Мол, если за столько лет дуб не высох и на нем все еще появляются желуди - значит, он не простой и может дарить «плодородие» и людям.

Легенду о том, что пары, обнявшие дуб, станут счастливыми родителями, полюбили местные молодожены - в свадебные дни от гостей здесь нет отбоя. Каждый так и норовит оторвать кусочек древнего дерева. Вдруг повезет?

Сами жители  Глинного в мифы не верят.

- Наши дети от любви, а не от дуба, - смеются они. - Но если кому-то он помогает стать родителями, то пусть эти люди будут счастливы.

А вот у директора местной школы Николая Карповца своя теория - он верит, как и наши предки, в то, что это могучее дерево (кстати, символ мужской силы) способно направить человека на путь истинный.

- Дуб этот если не детей дает, то правильные мысли, - говорит Иван Петрович. - Если подойти к дереву с сомнениями и обнять его, ответ на волнующий вас вопрос придет быстрее.

СЧИТАЛКА «КП»

Рождаемость в Глинном в 10 раз выше, чем в Киеве!

Мы решили посчитать, как обстояла бы ситуация с рождаемостью в столице, если бы киевляне жили и «трудились» по заветам Глинного.

Итак, в селе, где живет около 6000 человек, в январе этого года родилось 22 ребенка. В Киеве, официальное население которого составляет 2,5 миллиона, за первый месяц года появилось на свет 824 малыша. Но если бы киевляне плодились, как в Глинном, в столице бы рождалось вдесятеро больше - свыше 8000 детей в месяц!

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт