Елена КАЛАЧЕВА, Зинаида РОШУ (21 марта 2012)
Уникальную инфекционную больницу выселяют в разрушенное здание на окраине столицы

Уникальную инфекционную больницу выселяют в разрушенное здание на окраине столицы

Комментарии: 36
В этом здании возле Лавры, построенном на пожертвования киевлян, с 1918 года размещалась 1-я городская инфекционная больница.

Предполагается, что знаменитая инфекционка переедет в стационар бывшего кожно-венерологического диспансера на Виноградаре. Но это здание нуждается в серьезном ремонте. И пока строители будут приводить его в порядок, врачи останутся без работы, а пациенты без медицинской помощи.

ЕЩЕ ТРИ ГОДА НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ

Найденное решение с переездом - неокончательное. Это, скорее, попытка быстро сделать хоть что-то, а уже потом думать. Ведь помещения в кожвендиспансере взяты в аренду… всего на три года! Один год точно уйдет на ремонт. Не успеет клиника переехать в новые стены, как ее могут вновь попросить на выход. 

Мы решили осмотреть новое здание для больницы. Оказалось, разыскать его не просто: от метро долгий путь на троллейбусе и продолжительная прогулка пешком. Строение возвели в 1946 году, и почти год оно пустует. Его уже облюбовали бомжи. Окна выбиты, краска на стенах осыпается, в потолках дыры, ржавые краны и горы хлама. 

- В пятницу приезжали строители. Увидели, что работы много. Нужно подготовить проектную документацию, провести тендер… Может, в мае только приступят. Но и это еще не факт, - рассказывает завхоз диспансера Раиса Гаранькина. - Конечно, перебираться сюда - плохая перспектива. Тут не лучшее место.

На ремонт здания выделили аж семь миллионов гривен! Строители уверены: в эту сумму не вложиться, ведь менять нужно почти все: перекрытия, систему отопления, окна, сантехнику. Они вообще сомневаются, смогут ли приспособить старое помещение для нужд современной клиники.

Вообще о необходимости переезда стало известно полтора года назад, когда правительство дало указание передать здания возле Лавры в ведомство Украинской православной церкви Московского патриархата. Но, к сожалению, руководство института и Академии меднаук не нашли лучшего решения, чем расформирование больницы. 

- Закрывается 33 койки в отделении гепатитов и 30 коек отделения нейроинфекции. Откроется 50 коек на эти два отделения и отделение интенсивной терапии на 10 коек (сейчас оно на 14 коек). Возможно, реанимация больше не понадобится, так как изменятся его функции, - попытался объяснить суть перемен директор Института Виктор Мариевский. - Отделение ­СПИДа в соответствии с решением бюро президиума Академии меднаук должно разместиться в клинике работников нефтегазовой промышленности. Как дальше будет, решит академия. А я как директор выполню ее волю.

Отсутствие энтузиазма у директора института понятно. Через две недели состоятся выборы нового директора. И сотрудники вряд ли проголосуют за того, кто допустил такой кризис в НИИ.

ПАЦИЕНТОВ РАЗГОНЯЮТ

В клинике 5 отделений и 140 коек, которые никогда не пустовали. Здесь люди искали помощь, когда врачи гос­поликлиник и больниц разводили руками и говорили: "Ничем не можем помочь". Полгода назад беда постучалась в дом и моей знакомой. 

- У дочки немели щека и руки, возникали сильные боли в области лица и уха, потом она стала терять равновесие, нарушилась общая моторика рук, - рассказывает киевлянка Анна Федоровна. - Мы обошли стольких врачей... Терапевты, отоларингологи, невропатологи, неврологи, психиатры… Никто не мог поставить диагноз. Только опытный нейрохирург по истории болезни предположил, что это может быть нейроинфекция, и посоветовал обратиться в клинику института им. Громашевского.

Тут и выяснили, что у женщины (а ей всего 37 лет) букет вирусных инфекций, которые спровоцировали нарушение нервной деятельности и воспаление мозговой оболочки. Лечение длится почти три недели, и уже появились первые позитивные результаты. Однако тут пришла новость о выселении отделения. 

- Нам нельзя прерывать курс лечения. Недели мало. Таких пациентов, как моя дочь, десятки. Рядом лежит девушка из Ивано-Франковщины. Она год назад перенесла грипп, который вызвал осложнения. На нее без слез не глянешь. Теперь всех этих больных вышвыривают на улицу, - сетует Анна Федоровна. - Поверьте, их больше негде лечить. Наши дети никому не нужны. Я не знаю, что дальше делать. У нас только появилась надежда. А теперь и ее отбирают.

Здание кожвендиспансера явно не готово принимать отделения инфекционной клиники. Строители опасаются, что не смогут быстро привести его в порядок. 

КУДА ПОЙДУТ ВРАЧИ? 

Персоналу закрытых отделений предлагают найти места: одним - заняться наукой, другим - устроиться в столичных клиниках. Но эти предложения люди считают неконструктивными.

- Врач стационара имеет инфекционные надбавки, категорию, стаж работы. Если он пойдет младшим научным сотрудником, его зарплата уменьшится примерно вдвое, - рассказывает главврач институтской клиники Владимир Гандзюк. - Теряют надбавки медсестры и санитарки. К тому же людям не предлагают перейти в реально существующее лечебное учреждение на конкретное место с конкретной зарплатой. Просто просят подписать заявление, что они согласны на переход. Некоторым сотрудникам осталось год-два до пенсии, и они потеряют льготы при начислении пенсии по вредности.

Еще момент: одно дело - заниматься теорией и писать научные труды, а другое дело - каждый день работать с пациентами. Ведь отсутствие практики для врача - всегда потеря квалификации! 

- Нуждаются в трудоустройстве 40 человек. Мы стараемся сохранить всех научных сотрудников, они будут выполнять работу научных консультантов и ездить по вызовам, - рассказывает Виктор Мариевский. - С каждым человеком я беседую, предлагаю работу в научных подразделениях, но еще никто не согласился. А платить зарплату людям, которые числятся в неработающих подразделениях, невозможно. 

- Отделения СПИДа и гепатита входят в один научный отдел, они взаимосвязаны. Разделять отделения - все равно что отрубить одну руку у человека, - возмущается заведующий отделением СПИДа и гепатита Сергей Федорченко. - До того как завершится ремонт, коллектив распускают. Ситуация цинична! О сохранении науки речь не идет. Лаборатории, которые сейчас есть, просто прекратят существование. Тем, кто выше, важно, чтобы коллектив был разворошен, поэтому сейчас закрывают только два отделения, а два вроде как остаются. Но, я убежден, со временем и их закроют. 

КОМПЕТЕНТНО

"Это конец науке"

Николай ОКРУЖНОВ, д.м.н., доцент кафедры инфекционных болезней ­НМАПО им. П. Шупика (32 года отработал в клиническом отделении на Лаврской, 1):

- Уже ничего не будет. Была школа украинских инфекционистов, были традиции, существовала в мировом понимании украинская школа нейроинфекций. Это уникальная клиника. Если специалистов разгонят по разным местам - это конец науке. Ведь лучшие результаты достигаются, когда наука в комплексе с практикой. 

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Давайте решать проблемы цивилизованно

Наверное, центр города и посещаемая туристами Киево-Печерская лавра действительно не лучшее место для лечения людей с тяжелыми инфекционными болезнями. Да и само здание старое, а медицина в современном мире требует особых условий и современного оборудования, которое сложно установить в такой тесноте. Но решать проблемы надо цивилизованно. Ненормально разгонять тяжелобольных пациентов и выселять врачей в бомжатник. У нас и без того с медициной масса проблем, а такое решение вызывает только раздражение у людей.

Всегда есть варианты для разрешения сложных вопросов. Например, под Киевом пустует немало пансионатов, которые при минимуме усилий можно переоборудовать и создать на их базе хорошие клиники. В конце концов в Александровской больнице перестроили инфекционное отделение. Там хватило бы места и для пациентов клиники, и для научных сотрудников института. Но даже если уже нашли помещение, почему бы сначала не сделать ремонт, а потом вести речь о переезде? Ведь такое выселение единственной в Украине высокотехнологической инфекционки равносильно ее уничтожению и убийству людей, которые там лечатся.

Фото Максима ЛЮКОВА и с сайта maps.yandex.ru

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Спорт