Олег ШЕВЦОВ (Наш соб. корр.) (22 августа 2007)
Василий Аксенов пишет новую книгу

Василий Аксенов пишет новую книгу

Аксенов на фоне своего фотопортрета, выполненного Екатериной Рождественской. Писатель изображает Чапаева. Фото: ГАЛИ

Знаменитый писатель накануне своего 75-летия поделился с «КП» замыслом новой книги

Аксенов практически неуловим: он сейчас нарасхват. Созваниваемся почти неделю, пока писатель наконец не выкраивает время на интервью.

- Если попробовать подвести промежуточный творческий итог за последние 25 лет - с тех пор, как вы уехали в Штаты, а потом вернулись в Россию: что удалось, а что осталось несделанным?

- За эти годы были написаны и вышли в свет самые важные мои работы: «Остров Крым», «Московская сага», и дорогой мне «Ожог», и «Москва - ква-ква», удачная, на мой взгляд, вещь. Ну и, конечно, последний роман - «Редкие земли».

- Неизбежный вопрос: какие сейчас писательские планы?

- У меня ведь нет ни графика, ни плана. Я спонтанно сочиняю. После того как напишешь большой роман, наступает пауза. Начинаешь думать. Закрадываются и такие мысли: а не прекратить ли это дело вообще? Не завершить ли с писательским жанром? Может, вообще сменить занятие, заняться чем-нибудь еще? Сейчас пишу совсем мало - больше раздумываю.

- Но все-таки пишете?

- Потихоньку обдумываю. Хочу обратиться к своему детству. Совершить ностальгическое путешествие, прыгая из одного года в другой. Как у Феллини в «Амаркорде» - поход в далекие времена.

- А по жанру это что будет - эссе, рассказ или снова роман?

- Роман, но не как «Редкие земли» с навороченным сюжетом. Не знаю, получится - не получится. Речь пойдет о годах Великой Отечественной: мне было 8 лет, когда она началась, и 12 - когда она закончилась. Это была жизнь на грани голода, выживания. Например, ужасный 1942 год, когда мы чуть не погибли в Казани, и дети, и взрослые. Про то ощущение обреченности, когда казалось, что нас все бросили. «Нас» - я имею в виду Советский Союз. Никому мы тогда были не нужны, нас забыли. Мне казалось: мы погибаем.

У меня это перекликается с моментами тяжелой дифтерии, которой я тогда переболел. Страшное чувство, когда задыхаешься, накатывает дикий ужас. Вот это чувство, что все, ты уходишь навсегда, ты обречен. А потом проснулся, лежу в палате, в инфекционной клинике, а за окном белый, пушистый снег. И вдруг этот снег как вспорхнет, сверкая красными грудками. Никак не мог тогда вспомнить, как птичек звали: «Сногери, сонгери, снегири».

А потом это у меня перерастает в тему «лендлиза». Он был очень важен для нас тогда. Как бы начала с ним вливаться новая струя жизни через северные конвои. Они везли технику, оружие. Но, что важно, и большое количество продовольствия, которое в конечном итоге спасло военное поколение детей. Такие вот у меня задумки.

- Как вам живется во Франции?

- Биарриц мною задумывался как дача - для отдыха. В сезон так и выходит. Все время быть здесь - скучно. В сентябре вот опять поеду в Москву, меня ждут книжные выставки, презентации «Редких земель» и книги стихов. А потом в октябре хочу рвануть в Казань, где я родился, к старым друзьям. Есть идея устроить там аксеновский фестиваль с чтениями, с джазом, со встречами с читателями. Мои друзья приедут. Из молодого поколения - Андрей Макаревич из «Машины времени». Отметим юбилей, а потом опять в тишину, в Биарриц - думать, творить.

- Вы долгое время жили в СССР, потом в США, затем во Франции. Теперь часто бываете в России. Где вам комфортнее?

- В Штатах все предусмотрено для потребителя. Жить мне там было развлекательно и весело.

Франция, она ближе к нашему прошлому, к российскому. Мы же «галломанская» страна. Поэтому у нас с ними много общего. Мы друг друга понимаем. А в сегодняшней России интереснее всего. Все меняется, все движется. Здесь по-настоящему испытываешь творческий драйв. Масса мероприятий, встреч, презентаций. Многие - действительно полезные.

- Недавно вы попали в больницу. Как вы сейчас себя чувствуете после госпитализации? Бегать начали?

- Начинаю опять потихоньку.

- Как будете отмечать юбилей в Биаррице?

- Никаких особых торжеств устраивать не будем. Соберемся своим маленьким обществом - человек пять-шесть, бутылку шампанского вскроем. «Вдову Клико», как и положено. А праздновать с размахом будем уже дома, в России.

ЛИЧНОЕ ДЕЛО

Василий АКСЕНОВ родился 20 августа 1932 года в Казани, но часть детства был вынужден провести в Магадане, куда была сослана во время репрессий его семья. Мать писателя - Евгения Гинзбург, автор знаменитого романа о сталинских лагерях «Крутой маршрут».

Окончив Медицинский институт в Ленинграде, Аксенов три года проработал врачом. Но «серенькая судьба сельского лекаря», по его словам, Аксенова не устраивала. Он понял, что должен «отдавать все силы литературе, а с врачеванием заканчивать».

Печататься начал с 1959 года. В 1978 году принял живейшее участие в создании литературного альманаха «Метрополь». Изданный без разрешения цензуры, альманах вызвал гнев властей, усмотревших в нем попытку вывести литературу из-под контроля государственной идеологии. Уже в следующем году некоторые участники альманаха оказались за границей. В июле 1980-го уехал и Аксенов - в США. В 1990 году ему было возвращено гражданство. Последнее время живет то во Франции, то в России.

5 самых знаменитых книг Василия Аксенова:

  • «Остров Крым»
  • «Московская сага»
  • «Коллеги»
  • «Апельсины из Марокко»
  • «Вольтерьянцы и вольтерьянки»
загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Тайная любовь Потапа и Насти: 5 доводов, почему они вместе
Тайная любовь Потапа и Насти: 5 доводов, почему они вместе [фото] 8257 1

Долгие годы певец и продюсер Алексей Потапенко скрывал кардинальные изменения в личной жизни, но в конце года решился на сердечный "каминг-аут". Кто же она, тайная муза одного из самых успешных артистов Украины?

Спорт