Дарья ТАРАКАНОВА, Андрей ДЕМИН («КП» - Пенза») (20 мая 2008)
Оставшимся в Никольском затворникам грозит арест

Оставшимся в Никольском затворникам грозит арест

Александр Вабищевич идет с вещами в «Газель». Снимок сделан сразу после вынесения приговора суда о депортации.

Вечером в пятницу Бековский райсуд принял решение о депортации за нарушение режима шестерых граждан Белоруссии (эти люди сожгли свои документы как «бесовские»). Семью Вабищевичей - Александра, до последнего остававшегося в пещере, его жену Инну с двумя дочерьми (они вышли в начале апреля) - и еще двух женщин посадили в «Газель» и повезли в Белоруссию. В воскресенье бывшие сидельцы уже были в Бресте, откуда их под милицейским конвоем развезли по домам.

Остальные шестеро затворников провели в РОВД сутки, после чего было принято решение в принудительном порядке отправить их по домам - в Ставрополь, Нижний Новгород, Клязьму… Утром в субботу у здания РОВД Бековского района снова выстроились машины. Затворники садились в «Газели» молча, опустив головы. Несли в руках небольшие сумки - то немногое, что решили забрать домой. Между собой не разговаривали.

В овраге, где находится пещера затворников, сейчас продолжают дежурить несколько милиционеров, чтобы, не дай бог, еще кто-нибудь не залез в эту землянку. Сразу после того как специалисты закончат ее исследовать, убежище сидельцев взорвут.

Сейчас в Никольском остались семь бывших затворниц. К ним периодически наведываются сотрудники милиции и паспортного стола и требуют оформить документы. Если женщины не сделают этого в течение месяца, им грозит штраф до двух тысяч рублей (около $80) с каждой или арест на 15 суток. Если учесть, что денег у них нет, то, скорее всего, их ждет второе. Домой пока готовы уехать только двое - Тамара Коврыжкина (в последнее время она жила в Дивееве) и Валентина из города Луга.

Кстати, большинство затворниц окончательно разочаровались в Кузнецове. Но не в его учениях!

- Петр нас обманул, когда мы уходили под землю, - рассуждают они. - Говорил, что закрывать пещеру не будут, что мы сможем выходить на улицу, когда нас никто не увидит, и дышать свежим воздухом. Некоторые из наших плакали, когда заваливали вход. Мы тогда даже думали, что живыми уже оттуда не выйдем. А когда наверх поднялись первые наши единомышленники, Петр удивился: «У вас там два трупа? Я думал, что будет больше».

Затворники садятся в «Газель», на которой их повезли в Белоруссию. Инна Вабищевич держит на руках свою дочь Леночку.
Затворники садятся в «Газель», на которой их повезли в Белоруссию. Инна Вабищевич держит на руках свою дочь Леночку.

Фото Александра ТОЛКАЧЕВА. 

КСТАТИ

Где похоронят людей, умерших в пещере?

Мария Ярошевич из Белоруссии и Тамара Быстрова из Амурской области погибли во время затвора под землей. Одна - от голодного поста, другая - от рака. Их тела достали из пещеры ночью 16 мая и отвезли в морг. Там они находятся и сейчас.

Жители Никольского категорически против того, чтобы женщин похоронили на местном кладбище:

- Пусть везут их, куда хотят! Здесь нам они не нужны! 

А В ЭТО ВРЕМЯ

Станислав Апарин «излечился» от идей сидельцев

Ольга КНЯЗЕВА («КП» - Нижний Новгород»)

Еще буквально месяц назад брат Святослав - так называл себя Апарин во время затворничества - уверял всех, что уедет обратно к «братьям и сестрам» сразу после того, как переведет бизнес на жену. Но месяц назад под видом журналиста к Апарину приехал психотерапевт Андрей Камин. Он порекомендовал его жене Любе всеми возможными способами удерживать мужа рядом, по максимуму загружать его работой, домашними делами и заботой о детях.

- Если Станислав останется дома хотя бы на месяц, то, возможно, навсегда отойдет от идей сидельцев, - уверял он заплаканную женщину, измотанную полубредовыми идеями мужа.

И эти слова оказались пророческими.

- Он начинал ремонтировать машину, чтобы уехать в Никольское, а я подбрасывала ему нашу крохотную дочурку и уходила по делам», - признается Любовь Апарина. - И так постоянно, пока он не начал живо интересоваться именно нашей жизнью, а не тем, что происходит под Пензой.

Из всех сидельцев, с которыми он провел полгода, Станислав вспоминает только матушку Антонию.

- Я бы хотел съездить к ней в гости, - признался он. - Но не для того, чтобы снова уйти в затвор, а просто поговорить по душам. За время затвора она стала для меня лучшим другом.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт