Никита Высоцкий: "Отец как будто взял нас за шкирки и встряхнул, чтобы не буржуазно себя вели…" Комментарии: 4

На днях в Киев приехал Никита Владимирович Высоцкий  - автор сценария и продюсер фильма. Очень хотел увидеть памятник Жиглову и Шарапову, но не успел – вечером улетал обратно, в Москву…

 - Никита Владимирович, вы - автор этого фильма?

- Я автор сценария. И один из продюсеров. Мы работали над этой картиной 5 лет. В какой-то момент включился в эту работу и стал сопроизводителем канал "1+1". И справедливо, что в Украине эту картину увидят одновременно с Россией. По-моему она удалась. По-моему, это хорошее большое кино.

- Для многих Владимир Высоцкий стал идолом и до сих пор остаётся таким. Кроме того, что он ваш отец, кто он ещё?

- Знаете, я всегда так приговариваю и это не шутка, что я - поклонник Высоцкого, кроме того, что его сын. И самое, наверное, главное, что вот если спрашивать "Кто Высоцкий?", если говорить не сухо – "Вот он русский поэт", или "Он большой артист" - он очень значительный, очень яркий, очень обаятельный человек, личность. Именно это отражается в том, что он делал. И он очень многим людям  близок, интересен, хотя его нет уже больше 3-ти лет.

- Вам его часто не хватало как отца?

- Знаете, трудно перед всеми исповедоваться и говорить. Но он умер, когда мне было 16 лет. Это как раз был такой период в моей жизни, в таком возрасте, в 13-15 лет  сыновья тянутся именно к отцам. И так же произошло и у меня. И это вот так вот оборвалось. И, конечно, не хватало. Но это моё частное дело, это частная моя проблема, частное горе. Но я с ним все эти годы. Кроме всего прочего, я последние 15 лет директор музея Высоцкого. Это огромная часть моей жизни. Я продолжаю всё равно как бы жить с ним, думать о нём и т.д. Вообще такая странная история. Вот, например, мой сын Сеня. родился 25 лет назад. И у него скоро день рождения. И это было очень давно! А вот отец, его смерть, которая была больше 30-ти лет назад, – это было вчера. Понимаете, вот такая странная вещь. Вот вы спросили, хватает или не хватает. Вот он всё равно присутствует. Вот у меня нет такого ощущения, что когда-то давно он ушёл. Он присутствует в моей жизни.

- В кого вы такой высокий?

- Во-первых, у отца в роду были высокие мужчины и крупные. И женщины крупные. Вот, скажем, здесь в Киеве есть одна родственница деда моего – по-моему, она племянница его двоюродная. Она тренировала баскетбольную команду и я довольно давно её не видел, но она очень высокая, очень крупная женщина. Высоцкие тоже были очень крупные. Ну и по маме у меня были и  казаки русские, и офицеры, и моряки. Как-то вот они не для подводной лодки все были такие большие. Вот я от них, наверное, этот рост и приобрёл.

- А отец вас ребёнком баловал?

- Вы знаете, как баловал. Он не такой человек был. Для него семья была ни на втором, ни на третьем, а вообще неизвестно на каком месте. Можно сказать, такие люди, как он, они лишены этого. Он был нормальный человек, он любил детей своих и других тоже. Был нормальный живой человек. Но не для семьи он жил и не во имя семьи. У него были другие задачи. Ну да, когда была возможность, у нас и джинсы были, когда их у других не было. Но мне всё не везло – он дарил невероятной какой-то по тем временам красоты и модности вещи, но из-за моего роста, он постоянно промахивался. И у меня были короткие куртки и джинсы. Просто до слёз было обидно. А мой брат более компактный и субтильный, и не так быстро рос. И у него получалось по два комплекта. А у меня не всё подходило. Но всё равно я доволен тем, как он к нам относился. Я благодарен, что он находил и время, и желание. И потом ,я повторяю – он был нормальный человек. Вот я, не знаю, я люблю своих детей – это ж нормально.

- 31 год с нами нет Владимира Семёновича Высоцкого. Почему именно сейчас вы посчитали нужным показать фильм о нём?

- Вы знаете, коротко – пришло время. Об отце столько сказано, столько написано. Но это сделано в такой документальной, мемуарной манере. Мне кажется, что в этой шахте уголь уже выгребли, там уже ничего нет. Т.е. повторы, воспроизведение того, что было, один и те же люди, примерно одни и те же факты, одни и те же выводы и т.д. И в общем это неправильно. Наше поколение… Я не говорю, что я уходящая натура, уходящее поколение, но мы должны отдать то, что дорого. В этом, наверное, функция любого поколения по отношению к более молодым – надо отдать то, что мы любили и отдать это искренне. Так, чтобы они взяли – и дети наши, и братья наши младшие и т.д. Поколение отцовское уходит. Ему через год будет 75 лет. И мне кажется, что сейчас вот возникла потребность, просто необходимость совершенно в другой форме поговорить о нём. Не петь… Дело не в том… Это был прекрасный период, когда люди пели его песни. Но сейчас вот необходимо было сделать это – художественными способами рассказать о нём. Сделать именно художественный фильм. Эрнст Константин Львович - он первый со мной об этом поговорил. И он практик. Он не говорит просто так: давай подумаем. Мы сразу начали работать. Практически одновременно 4 самых, наверное, крупных продюсерских кинообъединения в России обратились примерно с этой же идеей. Другое дело, что мы уже работали.

- Это коммерческое кино?

- Что называть коммерческим кино? Он дорогой. Я думаю и верю, что он будет иметь хорошую прокатную судьбу, что люди пойдут и будут его смотреть. Он хорошо сделан, там есть что посмотреть. Другое дело, я вам скажу, это не главное было сделать. Если бы мы хотели сделать коммерчески успешный проект, мы в первую очередь занижали бы наши затраты. А мы на самом деле очень широко работали, знаете. Мы действительно потратили много денег. Я считаю, что фильм о Высоцком не должен быть неуспешным. Он должен быть в том числе и коммерчески успешным.

- Как вы считаете – исполнителю главной роли и фильму удалось передать настоящего Высоцкого?

- Мне кажется, да. Константин Эрнст на кинорынке сказал… Конечно, отца нет больше 30-ти лет, но в этом фильме он есть. Он незримо присутствовал на съёмках, он двигал нас, он нас поправлял, он нас осаживал. На кинорынке произошло то, что в принципе не может произойти на кинорынке. В момент, когда надо было показывать кино, вылетело всё! И нельзя было показывать кино. А люди сидели…  Как будто он нас так взял немножечко за шкирки, встряхнул, чтобы не буржуазно себя вели (смеется). И потом всё наладилось и мы показали фильм. И, на мой взгляд, мы на профессиональную аудиторию, на людей, которые занимаются прокатом в России, и в Украине, и в Казахстане произвел впечатление. В этом смысле отец сыграл. Он есть в этой  картине. И это правда. Это не замануха. Это действительно так.

 

загрузка...
загрузка...

Политика

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

работа в Донецке логопедом