Никита Михалков: Я приехал в Венецию прямо с фронта

Никита Михалков: Я приехал в Венецию прямо с фронта

Знаменитый российский режиссер получил приз крупнейшего кинофестиваля в гриме комдива Котова

Картина Михалкова «12» расколола венецианское жюри, состоявшее исключительно из режиссеров с мировыми именами (см. вчерашний номер «КП»). Той части из них, что активно стояла за вольный пересказ русским режиссером классической судебной драмы Сидни Люмета «12 разгневанных мужчин», чуть ли не во второй раз за всю историю фестиваля позволили наградить его специальным «Золотым львом». Я встретился с Михалковым за день до церемонии награждения. Вся его внушительная фигура излучала уверенность в грядущей победе.

- В картине Сидни Люмета все действие происходит в комнате, где заседают присяжные. Вы в «12» показываете и боевые действия в Чечне, и тюрьму, где томится заключенный, и даже его сны. Многим критикам кажется, что все это ни к чему.

- Во-первых, не надо рассматривать мою картину как чистый ремейк фильма Люмета. Это великая картина, но для меня она была только импульсом. Поэтому не нужно сравнивать, почему у нас так, а у Люмета было по-другому. Чечня мне нужна была как контрапункт. Зрители должны видеть, что за история у этого мальчика. То есть то, чего не видели и не знают эти двенадцать присяжных. И для меня эти выходы за порог одной комнаты отнюдь не попытка развлечь зрителя. Если вы обратили внимание, у меня есть куски, которые идут почти десять минут. И практически на общих планах. Только за счет энергии внутри кадра.

- Вы сильно рисковали, заставив Маковецкого, как в театре, в течение 10 минут читать монолог.

- Зрители привыкли, что их все время пытаются развлекать. И я понимаю, что рискую. Но уверен, что, если внутри есть энергия, если одиннадцать актеров слушают двенадцатого и эта энергия сохраняется в кадре, это должно передаться в зрительный зал. Актеров одновременно снимали четыре камеры, и никто из них не знал, кого именно снимают в эту секунду. Поэтому они должны были все время работать. И это создает то энергетическое поле, которое удерживает интерес. Зритель ценит не столько и не только ту энергию, которую затрачивают актеры, сколько ту, что затрачивает он сам, когда смотрит картину.

- Почему вы приехали в Венецию с покрашенными усами Котова из «Утомленных солнцем»?

- Так я ведь снимаюсь сейчас! Я прямо с фронта! До показа на фестивале я не видел «12»! Зашел только в зал, когда картину смотрели журналисты. Он был полон, смотрели на одном дыхании…

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт