Владимир Фесенко: Как кризис с генпрокурором отразится на отношениях Банковой с НАБУ и САП
Громкий скандал вокруг отставки генпрокурора Руслана Кравченко и его внезапный побег за границу обнажили острый конфликт между ключевыми правоохранительными ведомствами страны. Хотя Кравченко считался кандидатурой власти, сегодня президент Владимир Зеленский готовит кадровые изменения в ГПУ и подписал Указ об отстранении Кравченко от должности генпрокурора. Угрожает ли это противостояние новым политическим кризисом и как оно повлияет на отношения Украины с западными партнерами, в интервью журналисту Коротко про рассказал политолог Владимир Фесенко.
«Война» между НАБУ и Генпрокуратурой – это риск провоцирования политического кризиса
Политолог Владимир Фесенко. Фото: ua.news
- То, что сейчас происходит вокруг генпрокурора Руслана Кравченко - это реальная борьба с коррупцией или борьба за влияние между властью и антикоррупционными органами?
- Здесь, безусловно, борьба с коррупцией, потому что ситуация с колл-центрами - это же не вымысел, и эта проблема будет в дальнейшем. Но «крышуют» колл-центры не прокурорские, они только собирают дань. «Крышуют» их представители других правоохранительных органов. Поэтому это может затронуть интересы разных высоких чинов и в СБУ, и некоторых других спецслужбах, и в правоохранительных органах.
Второе, и вот сейчас проблема, связанная с тем, что Кравченко «хлопнул дверью» перед своим побегом и выписал подозрение на главу НАБУ Семена Кривоноса. А это уже риск институционного конфликта между Генпрокуратурой и НАБУ и САП.
Ну и сама ситуация с Кравченко свидетельствует об институциональном кризисе в самой Генпрокуратуре, что само по себе тоже небезопасно. А если еще начнется институционная война между ней и НАБУ, то это очень плохо отразится на всей правоохранительной системе Украины. Плюс еще и риск провоцирования политического кризиса. Сейчас для нас это точно не нужно и слишком рискованно в нынешних условиях. Поэтому уже новое руководство Генпрокуратуры плюс Офис президента попытаются нейтрализовать эти риски и как-то потушить этот пожар.
– А что будет с подозрением в отношении председателя НАБУ Кривоноса, которое инициировал Кравченко?
– Я думаю, что его на данный момент могут «отложить в ящик», но не закрывать полностью, чтобы это была мина замедленного действия. Если НАБУ будет переходить определенные "красные линии" в атаках против президента или его ближайшего окружения, вот тогда это подозрение достанут и могут запустить в полноценное дело. То есть это будет инструмент сдерживания против Кривоноса. Но главный интерес президента Зеленского и его Офиса – это стабилизировать ситуацию и снять напряжение, которое сейчас возникло вокруг Генпрокуратуры и ее отношениях с НАБУ.
- Вы упомянули о «красных линиях» для НАБУ и САП, а разве нынешняя ситуация с генпрокурором Кравченко - это уже не переход «красных линий»?
– В каком-то смысле да. Я что-то не вспомню, чтобы у нас были дела против действующего генпрокурора. Были конфликты и обвинения, кризис 2007 года, но там был политический конфликт. А здесь очень серьезная ситуация. Но обратите внимание, президент воспользовался расследованием НАБУ для того, чтобы убрать Кравченко.
Он давно потерял доверие к Кравченко. Я еще весной этого года слышал о том, что у Банковой есть планы по замене генпрокурора. То есть это, безусловно, переход НАБУ определенных «красных линий», и некоторые наши правоохранительные генералы именно так ее и воспринимают. Они считают, что это очень опасно, что в НАБУ перешли "красные линии". Но в НАБУ так не считают, они считают, что делают свою работу.
Кравченко скрылся, потому что побоялся стать фигурантом антикоррупционного дела
– Но ведь Кравченко – это была личная кандидатура Зеленского, именно он привел его на должность, а теперь сдает?
– Категорически не согласен. Кравченко был не личной кандидатурой Зеленского, он, как утверждают разные источники, был кандидатурой Ермака. Вот сейчас я слышал от некоторых парламентариев, что Зеленский сам будет искать кандидатуру на этот пост. Но у меня есть сомнения, есть ли такая кандидатура вообще.
- Почему президент, его Офис снова и снова наступают на те же кадровые грабли, когда их ставленник становится фигурантом коррупционного скандала?
- Во-первых, есть общие проблемы с кадрами, а точнее, нет кадрового резерва, и это давняя проблема команды Зеленского. Во-вторых, когда люди оказываются «на верху», появляется много соблазнов, здесь не важно, ты из команды Зеленского или вообще не принадлежишь к какой-либо команде. Кто-то умеет устоять перед этими соблазнами, а кто-то нет. Приведу пример: бывший глава Верховного суда Украины Князев – он прошел конкурс, проверку на благочестивость и считался нормальным человеком. Но когда появились большие суммы, миллионы долларов - не устоял (НАБУ задержало Всеволода Князева на взятке в 2,7 млн долларов, - Ред.).
Поэтому здесь проблема не только в кадровой политике президента Зеленского. И эти проблемы с коррупцией и с коррупционными рисками простой заменой президента или отдельных должностных лиц не решить. Это системная работа.
И я считаю, что и активность НАБУ, и все эти скандалы формируют поле риска. Плюс ограничения для ПЭП-ов (публичных политических лиц. – Ред.), декларирование их доходов, все это создает поле риска, и оно будет давать свой эффект, но не сразу, постепенно. А что касается Зеленского, то в его команде действительно оказалось много случайных людей, которые не прошли испытания и политическими процессами, и просто жизнью.
- Почему генпрокурор Кравченко с женой сбежали за границу вместо того, чтобы держать оборону в Киеве, ведь его бегство красноречиво свидетельствует, что это признание вины?
- Я думаю, что да, скорее всего, он боялся стать фигурантом этого коррупционного дела. Фактически то, что он сделал, это игра на опережение.
Кравченко без проблем уволят в Раде, но нового назначения генпрокурора может не быть
- Какой смысл было бежать в Европу, ведь в случае признания вины Кравченко будет экстрадирован в Украину?
- А вы много знаете примеров экстрадиции сбежавших из Украины подозреваемых или осужденных украинских чиновников? Экстрадиции нардепа и олигарха Константина Жеваго, также обвиняемого в коррупции, добиваются уже лет семь, и нет никакого результата. Сбежал бывший глава Фонда Госимущества – Дмитрий Сенченко, и его тоже не могут вернуть. Экстрадиция из западных стран сейчас очень непростое дело. Поэтому я думаю, что и Кравченко на это надеется. Но если ему выдвинут официальное подозрение в причастности к этим колл-центрам, тогда риск экстрадиции для него возрастет.
- Уволят ли Кравченко в Раде, и чего ожидать от голосования в Раде? Ведь и ситуативное большинство, и даже сами «слуги народа» сейчас не очень лояльны к Банковой?
- Нет, его уволят быстро и без проблем. Я разговаривал со многими депутатами, и в Раде нет сейчас желающих его защищать. Так что здесь как раз проблем нет. Другой вопрос, кого назначить на место генпрокурора.
– Сейчас на место генпрокурора активно прочат Данила Гетманцева, авансом непопулярную фигуру с огромным антирейтингом среди бизнеса.
– Он уже сам это опроверг, хотя это была интересная информация. Говорят об экс-главе СБУ Малюке, но он вряд ли пойдет на это. Потому что Генпрокуратура – это очень специфическое ведомство, закрытая корпорация с собственной внутренней этикой, которая очень плохо воспринимает чужих. Кравченко был своим, прокурорским, а вот кто приходил как политически назначенный, все они в конце концов проигрывали.
Луценко, Венедиктова, Рябошапка, Костин, занимая этот пост, не получали полный контроль над прокуратурой, и в конце концов прокуратура их вытесняла из своих рядов. Это еще большой вопрос, кто будет новым генпрокурором. Самая вероятная версия, которую я слышал от некоторых депутатов и сам к этому склоняюсь, это такой сценарий, что у нас определенное время будет исполняющий обязанности генпрокурора.
Потому что назначить нового главу ГПУ будет очень тяжело. Эксклюзивное право на возбуждение уголовного дела, подозрение, любые процессуальные действия по народным депутатам – это все генеральный прокурор. Если это сомнительный человек или человек, в котором не очень уверены депутаты, зачем за него голосовать? Пусть лучше будет временно исполняющий, понимающий, что ему нужно будет идти через Верховную Раду. И это такой стимул особо не воевать с депутатами.
Президенту тоже сейчас нужно посмотреть, как будет работать исполняющий обязанности генпрокурора. Если его удовлетворит эта кандидатура, если нынешние скандалы утихнут, тогда уже можно будет выдвинуть его на утверждение Верховной Рады. По всей вероятности (и я слышал такую кандидатуру, которую чаще всего называют) – это первый заместитель генпрокурора Алексей Хоменко, именно он может стать исполняющим обязанности генпрокурора.
Арахамия частично заполнил оставшийся после Ермака вакуум. Фото: Andriy Zhyhaylo/Oboz.ua/Global Images Ukraine via Getty Images
Арахамия частично заполнил оставшийся после Ермака вакуум
– Если вернуться к Гетманцеву, то он же человек Арахамии, какова его роль в событиях вокруг генпрокурора?
– Нет, Гетманцев не человек, а союзник Арахамии. Он входит в десятку самых влиятельных людей в парламенте. По его связям с Офисом президента, влиянию на налоговую и таможенную системы, на некоторых депутатов, в том числе и в оппозиции, особенно во фракции.
– А какова тогда роль Арахамии в ситуации с генпрокурором?
– Его роль, как всегда, заметна и важна. Во-первых, он хочет на эту должность человека, на которого он может повлиять. И потому я думаю, что идея с Гетманцевым появилась не случайно, и это точно было в интересах Арахамии. С этим я могу согласиться.
– А вам не кажется, что Арахамия сейчас взял на себя часть влияния Ермака?
– С уходом Ермака действительно возник вакуум. Для Зеленского нужен был неформальный политический советник, предлагавший ему определенные комбинации, определенные решения и так далее. Раньше эту функцию выполнял Ермак. Просто у Ермака были возможности еще и для прямых предписаний от президента. У Арахамии таких возможностей нет, а вот быть креативным советчиком для президента он может и использует это.
Он может выполнять щепетильные поручения и сам, кстати, может проявлять инициативу в некоторых щекотливых ситуациях. В частности, в переговорном процессе с американцами, с россиянами и так далее. И в парламенте тоже. Он же коммуникатор не только по фракции "Слуги народа", он коммуникатор с Порошенко, Тимошенко, с мажоритарщиками. Так что в этом смысле Давид Георгиевич выполняет очень много разных функций. Он в значительной степени заполнил тот вакуум политических услуг, в которых нуждается Зеленский.
– Если бы Ермак остался на посту главы Офиса президента, он был бы ключевой фигурой процесса смены генпрокурора. Почему Буданов так пассивен в этих процессах, похоже, что он едва не самоустранился от них?
– Потому что влияние Буданова ограничено, он так и не стал новым Ермаком. Он только выполняет поручения президента. Хотя я не исключаю, что по генпрокурору Буданов может быть в этом процессе. Для него это тоже актуальная тема, и он понимает, что это важно для стабильности государства. Но здесь сейчас ключевая роль у президента, и именно он будет все решать.
Если Зеленский будет совещаться с Будановым или даст ему поручение подготовить список потенциальных кандидатов, провести собеседования с ними, подготовить собеседования для президента, Буданов будет этим заниматься. Но Буданов действует сейчас очень осторожно. Он пытается быть администратором, но не претендующим на самостоятельную административную политическую роль. Скорее всего, он выступает как политический союзник Зеленского, который готов ему помогать, готов обеспечивать внутреннюю стабильность. Не будет поручения от президента искать кандидатуры, Буданов этим заниматься не будет.
Удар по имиджу есть, но это не приведет к прекращению поддержки Украины
- В Украине принято считать, что НАБУ и САП – это ставленники Запада, в частности Европы. Дело Кравченко идет от них или это личная инициатива руководителей антикоррупционных органов?
– Это большое преувеличение. Я не знаю прямых фактологических подтверждений, прямого влияния американцев на НАБУ и САП. Я пока не видел никакого влияния на Зеленского со стороны американцев, чтобы это дало результат в контексте всех этих антикоррупционных расследований. Европейцы - да, активно контактируют с руководством НАБУ и САП, но они, скорее, способствуют тому, чтобы не спровоцировать политические кризисы в Украине. Я слышал от некоторых дипломатов о позиции европейцев: мы знаем о коррупции внутри Украины, с ней нужно бороться, но так, чтобы это не помешало внутренней политической стабильности в Украине. И именно такие советы они дают руководителям НАБУ и САП – Кривоносу и Клименко. Но вообще преувеличивать их влияние на эти органы не стоит.
– Как это ударит по имиджу Украины в глазах наших западных партнеров?
– Безусловно, негативно, но это не приведет к прекращению поддержки Украины. Хотя все эти коррупционные скандалы дают доводы критикам поддержки Украины в США и Европе. Выступающие против поддержки Украины будут в полной мере использовать все эти скандалы. А те, кто нас поддерживает, они от поддержки Украины не откажутся, потому что это интерес безопасности Европы. Они понимают, если не будет их поддержки и мы проигрываем войну, то война придет к ним. Потому поддержка со стороны Европы не прекратится.
– Чем закончится этот раунд для НАБУ и САП? Они усилят свое влияние или власть после этого скандала начнет системно мстить и урезать им полномочия через Верховную Раду?
– Сейчас нет прямого противостояния между НАБУ, САП и Банковой. Напротив, Банковая пытается выступать в роли арбитра, она может и пытается уладить этот конфликт.
