Нападения на военнослужащих ТЦК: что предлагают для уменьшения числа конфликтов
Убийство офицера Галицко-Франковского районного ТЦК и СП Олега Авдеева больно всколыхнуло общество. Во Львове это второй случай гибели военнослужащего терцентра при исполнении служебных обязанностей, по Украине – четвертый. К несчастью, конфликт между мобилизационными группами и гражданскими усугубляется. По состоянию на январь, в Сухопутных войсках сообщили, что с начала полномасштабной войны совершено 272 нападения на военные ТЦК и СП. Глава Нацполиции Иван Выговский назвал еще большую цифру – 526 фактов силового сопротивления.
Министерство обороны обещает, что система мобилизации в ближайшее время претерпит изменения, но не говорит каких. Что обсуждают в обществе - в материале Коротко про.
Все возложить на полицию
Активнее всего муссируется идея полностью заменить представителей ТЦК сотрудниками полиции. И она не нова. В августе прошлого года впервые об этом сказала военный омбудсмен Ольга Решетилова (Кобилинская). В эфире Общественного радио она сообщила, что это было ее требование при назначении на должность, и мотивировала тем, что военнослужащие ТЦК не научены коммуницировать с военнообязанными, а полиция – обучена.
Сейчас сторонники такой реформы напирают на то, что только полиция имеет право задерживать нарушителей, доставлять в свой участок или ТЦК, применять спецсредства и оружие в случае активного сопротивления. А еще полицейские вроде бы более компетентны в правах человека. Полномочия ТЦК должны начинаться исключительно внутри территории центра.
Сейчас мобилизационные или группы оповещения, которые мы видим на улицах, состоят из представителей ТЦК и полиции. В них могут включаться представители органов местного самоуправления, но это не распространенная практика.
- Полицейские к ТЦК приставлены именно для того, чтобы задержание и доставка в терцентр имели законный вид, - напоминает юрист Игорь Зорин. - Если правоохранителей в группе нет, военкомы могут производить только гражданское задержание - удерживать человека на месте до приезда полиции. Это право каждого гражданина, ставшего свидетелем правонарушения и желающего ему помешать. Если убрать из групп военкомов, ничего, по существу, не изменится. Задерживать условных уклонистов и доставлять их в терцентры будут сами полицейские. Может возникнуть даже обратный эффект – полицейским поручат «наловить побольше».
Юрист объясняет, что административное задержание – на три часа - полицейский может применить даже к гражданину, у которого все документы в порядке.
– Например, паспорт смахивает на фальшивый, а человек – на преступника, находящегося в базе розыска. Три часа в ТЦК вполне достаточно, чтобы сделать военнообязанного мобилизованным, - моделирует ситуацию юрист.
И самый важный момент: полицейские не вправе вручать повестки, которые группы оповещения раздают на улицах. Чтобы их уполномочить, нужно внести изменения в ряд законов. А это дело не нескольких дней, и вряд ли будет согласие со стороны МВД на дополнительные хлопоты.
Право нельзя дать, потому что оно уже есть
Пользователи соцсетей обращают внимание, что представители ТЦК в группах оповещения в отличие от полицейских не имеют оружия. И предлагают закрепить за военкомами право на самооборону.
– Право на самооборону есть у каждого человека. А военкомы наравне со всеми военными могут носить оружие и его применять в исключительных случаях – если есть угроза жизни и здоровью или попытка нападения на охраняемый объект, – консультирует Игорь Зорин.
Группы оповещения из ТЦК выходят на улицы без оружия, поскольку выполняют административное задание, а не боевое. Они проверяют военно-учетные документы и выдают повестки. Оружие носит представитель полиции, потому что он охраняет общественный порядок.
А военные ТЦК, осуществляющие охранные функции, имеют оружие и могут его применять. Это подтвердил член оборонного комитета ВР Александр Федиенко после произошедшей в январе прошлого года трагедии. На АЗС в Пирятине, «освобождая» родственника, гражданский застрелил одного из трех военкомов, сопровождавших мобилизованных в учебный центр, и забрал у мертвого автомат. «…Если к находящемуся при выполнении задачи военнослужащему приближается человек с оружием, военнослужащий обязан был применить оружие», - сказал в комментарии «Эспрессо» народный депутат.
Для самообороны военкомы теоретически могут носить травматические пистолеты, но такой практики нет. «Резинка» для военных никаким законом не предусмотрена, такое оружие нужно покупать в частном порядке и на общих началах – по разрешению Нацполиции. Известно, что военные ТЦК иногда используют газовые баллончики, из-за которых были скандалы, но слезоточивую жидкость применяют и против них.
Да и по большому счету не во всех ситуациях оружие может помочь. Бывший участник Олимпийских игр офицер ТЦК Олег Авдеев погиб от внезапного удара ножом, который никто не мог предусмотреть.
Простые люди судебные реестры не читают
Еще в обсуждении тема об ужесточении наказания за физический ущерб представителям ТЦК. Умышленное убийство – это, безусловно, самая тяжелая статья 115 Уголовного кодекса – от 7 до 15 лет или пожизненное заключение. А что закон говорит о нападении?
– Военных УКУ относит к служебным лицам, исполняющим гражданский долг, – это статья 350. Военнослужащие ТЦК подлежат общим военным законам, поэтому выделять их в отдельную касту в Уголовном кодексе нельзя, – считает юрист. - Относительно наказаний, то умышленное нанесение побоев карается ограничением или лишением свободы от 3 до 5 лет. Тяжелое телесное повреждение - лишение свободы от 5 до 12 лет.
В марте этого года журналист « Громадського » подсчитал, что за 2025 год по этой статье вынесли 29 приговоров, из которых только в одном случае было реальное наказание, все остальные – условные.
Но вряд ли это играет какую-нибудь роль. Простые люди судебные реестры не читают, они руководствуются эмоциями. Да и усиление наказания, как свидетельствует мировая практика, не влияет на статистику преступлений, если не устранены их социальные причины. От того, чтобы занести нож на офицера Авдеева, таможенника не остановил начавшийся во Львове суд над Григорием Кедруком. 30-летний мужчина обвиняется в убийстве ветерана Юрия Бондаренко, который также служил в Галицко-Франковском районном ТЦК и погиб от ножевого ранения, находясь в составе группы оповещения.
Готовый рецепт не изобретен. Остается ждать, что решат в Минобороны.
