Еще несколько лет тому назад такая история могла бы стать сюжетом фантастического фильма. После тяжелого ранения Михаил Дамаскин полтора года не мог ходить. Сегодня он тренируется, участвует в международных соревнованиях, планирует вернуться в армию. О том, как живется с двумя нейростимуляторами, которые нужно заряжать каждый день, ветеран рассказал Коротко про.
Готовясь к этому интервью, журналист Коротко про впервые подумала: киборги уже живут среди нас.
– На самом деле я смеюсь, когда меня называют киборгом, – с улыбкой комментирует военный Михаил Дамаскин.
Но за его шутками - история о силе человека, отказавшегося мириться со своим диагнозом.
Харьковчанину Михаилу Дамаскину с позывным "Мяус" сейчас 29 лет. В армии – с 2019 года, служил в десантно-штурмовых войсках. В начале полномасштабного вторжения в Херсонской области во время одного из штурмов мужчину серьезно ранило в спину. Ему удалось самостоятельно заскочить в танк на эвакуацию. Но уже в больнице в Кривом Роге Михаил понял, что не чувствует собственного тела: три конечности были парализованы. Следующие полтора года мужчина не мог ходить.
– Поэтому очевидно, что когда врачи мне предложили нейростимулятор, я сразу согласился, потому что это была соломинка, за которую нужно было хвататься, – признается Коротко про Михаил Дамаскин. – У меня были ужасные боли. А врачи обещали, что нейростимулятор снимет боль. Но и честно предупредили: шанс, что система заработает именно так, как сейчас, – примерно один процент.
Результат удивил даже врачей. Система, пока считающаяся экспериментальной, сработала настолько хорошо, что сегодня Михаил не только ходит, но и занимается спортом.
Устанавливали это медицинское устройство, которое обошлось Михаилу в миллион 200 тысяч гривен, во время операции.
– Мне разрезали спину, и к спинному мозгу и нервным корешкам подсоединили необходимые провода, – рассказывает Михаил. – Сейчас в моем теле два нейростимулятора украинского и американского производства: один на ноги, другой – на тазовые органы. И в районе таза под кожу вывели датчик. Через этот датчик и пульт, который у меня есть, я заряжаю нейростимуляторы. Это как беспроводная зарядка.
Заряда хватает на 12 часов. Бывает и подольше. Или, напротив, меньше.
– Бег «съедает» заряд быстрее, чем ходьба по лестнице, – говорит Дамаскин. - Почему так – до сих пор не знаю.
Но Михаил не просто ходит медленно. Он тренируется, участвует в международных спортивных соревнованиях, в том числе по бегу. В региональных соревнованиях «Игры ветеранов» занял первое место по киберспорту и второе – по кроссфиту.
С нейростимуляторами ветеран тренируется, участвует в международных спортивных состязаниях, в том числе по бегу. Фото: instagram.com/mykhailo.damaskin/
Без своевременной нейростисмуляции тело Михаила перестает работать. Впервые мужчина почувствовал это тогда, когда выбежал из дома в магазин за любимым энергетиком. Подумал, что заряда хватит туда и обратно, но просчитался. Упал, сломал ногу, которая еще долго не заживала. К счастью, имел зарядное устройство с собой. Здесь же, на месте падения на асфальте, немного подзарядился, чтобы хватило сил добраться домой.
– Уже три с половиной года, со дня установки нейростимуляторов, я живу по графику, и мне не нужно ставить напоминания для зарядки, – объясняет ветеран. – Уже все на автомате. Даже в выходные дни, когда хочу поспать, спросонок встаю зарядиться. За то время, пока лежу на зарядке, читаю книги или "залипаю" в телефоне.
- После установки медицинского устройства почувствовали ли вы то, что изменились – физически, ментально? – спрашиваю.
– Нет, я остался тем же Михаилом. – отвечает. – Но я ничего не чувствую телом. Горячее, холодное, укол иглы, порез ножом – я этого не чувствую.
Представьте: металлическую чашку с крутым кипятком или горячую сковородку "Мяус" спокойно держит в руках. Не чувствует боли. Правда, ожоги на коже все равно будут. Поэтому с горячими напитками Михаил осторожен. То же и с горячим душем. Чтобы проверить температуру, подставляет под воду голову.
В настоящее время Михаил работает в оборонной сфере энергетики. Также окончил 1-й курс Киево-Могилянской академии по специальности «политическое управление и администрирование». В будущем планирует быть политиком. Говорит, что немного знает политическую «кухню», ведь был советником министра по делам ветеранов, спикером Минветеранов. И хочет вернуться к политике со знаниями, чтобы менять родную страну.
– А сейчас в моих планах – восстановиться в армии, – рассказывает "Мяус". – Вот завтра уезжаю в Изюм пообщаться с товарищами, посмотреть на обстановку. Ведь когда все время сидишь в Киеве, то тупеешь и отвлекаешься от войны. А я хочу быть в контексте, понимать, что сейчас работает на войне, что нет. Знаете, война уже во мне, это часть меня. Я хочу вернуться, потому что знаю, что могу принести там пользу. Тем более что война продолжается. А когда закончится, то я буду в первых рядах на увольнение из армии.
Михаила поддерживают родные. Мужчина не хочет говорить о семье, оберегает родных как может. В первые дни полномасштабного вторжения вывез семью из Харькова. Жена и дети (имеет 10-летнего сына и 3-летнюю дочь) Дамаскина сейчас живут в Прикарпатье.
- Как будет складываться жизнь завтра, я не знаю, и каких-то долгосрочных планов нет, - говорит. – У меня было вчера, которое уже не вернуть. А то, что будет завтра, может не быть. У меня есть только сегодня и только этот момент, который я живу сейчас.
- После всего, что вам пришлось пережить, что бы вы сказали сегодня военным, которые только начинают свой путь реабилитации?
– Не замыкайтесь в себе, – советует ветеран Михаил Дамаскин. – Общайтесь. Смотрите на других ветеранов, которые уже прошли этот путь. Если они смогли, то вы тоже сможете.