24 марта
Загрузить еще

"Не допускать к игре": как военных будут отлучать от онлайн-казино

Фото: t.me/playcityukr

Так что, рецепт найден? Минобороны и Минцифры отчитались о механизме, который отсечет армейцев от азартных игр. Перед этим в конце февраля Кабинет министров утвердил порядок ведения Единого государственного реестра военнослужащих. Как связаны между собой эти два события, почему возникла необходимость в жестких мерах и помогут ли они решить проблему - интересовалась журналист Коротко про.

Задание с прошлого года

Задание, которое сейчас считается почти выполненным, Владимир Зеленский поставил еще год назад. Это была реакция президента на петицию, набравшую 25 000 буквально за считаные дни. Автор обращения - военнослужащий 59-й бригады ВСУ Павел Петриченко (ныне уже погибший) - подверг огласке проблему, которую до него пытались не выносить на всеобщее обозрение, как сор из дома: армия страдает от лудомании. Для многих военных нездоровый азарт становится едва ли не единственным способом справляться со стрессом. Игрозависимые военные проигрывают в онлайн-казино свои боевые, набирают в долг по микрокредитам и даже сдают в ломбарды дроны и тепловизоры.

– Мы тогда еще обдумывали с собратьями, что ничего они с этой бедой не сделают, – говорит военный Сергей. - Я лично не играю, но у меня есть знакомые, которые на пунктах постоянной дислокации часами просиживают в тех злачных местах. Даже не стремятся что-то существенное выиграть, просто хотят играть и дрожат, когда стрелка двигается по циферблату или разбрасываются виртуальные карты. Не скажу, что это массовое явление, но достаточно распространенное. Кто-то играет больше, кто-то меньше, кто-то и бросает, когда начинает понимать, что вылетает в трубу. Это как в гражданской жизни: есть люди, которые могут преодолеть свои плохие привычки и которые не могут. В армии просто все более концентрированно, а потому больше бросается в глаза.

Командиры занимались самодеятельностью

Игровой бизнес в Украине был узаконен в августе 2020 года. Следить за порядком в этой индустрии было поручено Комиссии по регулированию азартных игр и лотерей, но в марте прошлого года дело подобрало под себя Минцифры, создав государственное агентство PlayCity (https://playcity.gov.ua/). Новация заключалась в том, что казино, получающее лицензию, обязано подключиться к государственной системе онлайн-мониторинга. Подчеркнем: получившее лицензию.

С июля 2021-го в Украине функционирует так называемый реестр лудоманов – лиц, которым ограничен доступ к игорным заведениям как офлайн, так и онлайн. Эта база объединяет людей, которые либо добровольно запретили себе этим заниматься, либо их данные внесены в реестр по просьбе родственников первой степени родства, либо по решению суда. Если в лицензированное онлайн-казино попытается зайти лицо, числящееся в реестре, система автоматически ставит блок.

По такой схеме мог бы действовать «стоп» для военных, но проблема в том, что более 90% искателей азарта записались в реестр добровольно, чтобы обезопасить себя от соблазна. Права загонять туда солдат силой командирам не дали.

- В группах писали, что в воинских частях выдавали распоряжение о запрете игры в казино, отбирали у зависимых телефоны, денежное довольствие, чтобы перечислять родным. Но это все была самодеятельность на местах, и реально она ничего не давала, - констатирует Сергей.

Проверку и блокировку осуществляет автомат

Механизм, о котором идет речь сейчас, будет основан на государственном реестре военнослужащих - цифровой базе бойцов ВСУ и специальной службы транспорта (порядок ведения нового реестра был утвержден постановлением Кабмина от 25 февраля этого года). Обмен данными будет производиться через систему «Трембита». Алгоритм следующий:

  1. Идентификация. При регистрации или авторизации организаторы азартных игр будут посылать запрос в реестр лудоманов и реестр военнообязанных.
  2. Блокировка. Если данные человека будут в одном из реестров, ответ - «не допускать к игре».
  3. Безопасность. Организаторы казино не будут получать информацию о принадлежности лица к войску, поскольку запрос обрабатывается сразу в двух реестрах и ответ не содержит ссылки на тот, с которого взяты ограничения.

Как скоро заработает система, пока неизвестно, но известно, что "табу" будет действовать как минимум до конца военного положения. По убеждению Минцифры, механизм оградит военных и их семьи от рисков и последствий игровой зависимости.

Инфографика Минцифры

Инфографика Минцифры

Уже ищут «противоядие»

А теперь немного дегтя в бочку меда. В соцсетях уже обсуждают, как можно обойти запрет. По состоянию на декабрь 2025 года, по данным PlayCity, в лицензионный реестр внесено 30 онлайн-казино. При этом Минцифры постоянно отчитывается о блокировании сотен нелегальных, что свидетельствует об их активном размножении.

– Игроки просто больше перейдут в «серый» сектор этого бизнеса, где не нужна идентификация по персоналиям, где нет никакого контроля и велика вероятность напороться на мошенников. Да и относительно официальных казино небольшая проблема - купить новую телефонную карточку и оформить аккаунт на подставного человека, – говорит специалист по ИТ Сергей Черняков. - Могу даже предположить, что разовьется рынок игровых аккаунтов – их будут продавать или сдавать в аренду. Максимум, что может дать блокирующий механизм, это отсечь некий процент военных, мало разбирающихся в виртуальном мире, но потом и они научатся.

Лудоманию врачи относят к тяжелым расстройствам.

– Не каждый, кто играет, является настоящим лудоманом. Азартная игра может восприниматься как развлечение. Когда человек играет, он думает не о деньгах, а о том, чтобы победить. Проиграл – на следующий день хочется сатисфакции. Если вовремя отобрать эту «игрушку», игрок понервничает с неделю, может депрессовать, а потом переключится на что-то другое, – говорит психолог Инна Ковальская. - Реальная лудомания – это когда развивается биохимическая зависимость от гормонов, вырабатываемых в процессе игры – дофамина и адреналина. Невозможность найти игру приводит к «ломке», похожей на наркотическую. Это уже не столько психологическая, сколько медицинская проблема. Но я не думаю, что в армии она будет стоять так остро.