16 мая
Загрузить еще

Хозяйка приюта для животных: Услышав колонны танков, собаки научились не издавать ни звука

Хозяйка приюта для животных: Услышав колонны танков, собаки научились не издавать ни звука
Фото: facebook.com/GeneralStaff.ua (иллюстративное)

Свой приют для животных Александра Марущак организовала в поселке Клавдиево, недалеко от Бородянки. Почти месяц местные жители провели в оккупации. Сама Александра вместе с четырьмя десятками питомцев – собаками, котами, ежом и совой - не смогла эвакуироваться и осталась в поселке.

Спасали 6 лет маниакального консервирования

- Александра, как ваши животные пережили войну?

Александра Марущак. Фото: Из архива Александры Марущак

Александра Марущак. Фото: Из архива Александры Марущак

- У меня приют с разными собаками и питомник жесткошерстных такс. Охотничьи породы пережили оккупацию нормально: у них дипломы на выстрел: над ухом стреляют – собаки не реагируют.

Но на самом деле от взрывов стресса не было даже у нас. Копаем огороды, ставим заборчики, а вокруг бахает, от огня все красное. Но понимаешь, что прилетает не в нас.

А вот от чего был стресс, так это от танков. Никогда не подозревала, что собаки могут разом замолчать и не издавать ни звука, пока мимо не проедет колонна тяжелой техники. Гул шел такой, что дрожала земля. Ощущение дичайшее! У меня на доме крыша покосилась.

Но хуже всего дело обстояло с питанием. Когда начались бомбежки, я позвонила в ветклинику Бородянки, которой больше не существует. Спасибо ее хозяину, Юрию Борисовичу. Добрый человек, помог мне, чем мог.

Пока была возможность, хватали все, что видели. Сколько смогли взять, столько увезли. Мы уже тогда ездили селами, чтобы на трассу не выезжать: сильно бомбили и было страшно. Обычно я на месяц брала 90 кг корма. В этот раз 90 кг мы не взяли, поэтому варили кашки.

За время оккупации мои питомцы, конечно, похудели. Я, впрочем, тоже. На 12 килограммов. Но я давно хотела (смеется).

- А вам-то самим оставалось что есть?

- Да, но все были на нервах и не до еды. У меня оставались две большие морозильные камеры, забитые мясом. Оно, когда пропало электричество, начало портиться. Пока одна из моих морозилок держала холод, мы и наши соседи (у них трое мужчин и подросток) питались мясом. Потом засолили остатки, сложили в погреб и давали собакам с кашами. Это очень помогло: мяса хватило на несколько семей.

Плюс спасало то, что я 6 лет маниакально консервировала. Не знаю зачем. Мои домашние тогда смеялись, говорили: «Зачем это нужно? Мы сейчас себе огурчиков с помидорчиками в магазине купим».

А в войну выяснилось - при отсутствии сахара и вообще еды офигенно иметь варенье. Даже отварив голую кашу, можно добавить варенья - и наесться.

В приюте мирно уживались и собаки, и коты, и даже ежи. Фото: Из архива Александры Марущак

В приюте мирно уживались и собаки, и коты, и даже ежи. Фото: Из архива Александры Марущак

Наши пожарные - настоящие герои

- Хорошо, что запасы круп были…

- Да не было у нас запасов, потому что мы - идиоты, не успели их вовремя сделать. Хорошо, что дети нам что-то купили и закинули в гараж.

Мы месяц провели в полной блокаде! Эти сволочи не пропускали ничего! Да и наш сельсовет успешно тырил гуманитарку. Все, что мы имели - 130 граммов батона в неделю на человека. За деньги! Вот что нам продавали во время оккупации. И получить их могли только те, кто выстоит в очереди. Поэтому местные старики этих батонов не видели.

Затем сельсовет радостно сообщил: «Чтобы не было бойни за продукты, мы развезем их по адресам». Мы 94-летних старушек выводили за двор и сажали на табуреточки ждать этот хлеб.

Поэтому первую гуманитарку наши бабушки получили через неделю после освобождения, когда СБУ приехала в сельсовет узнать, что происходит. Тогда всем раздали черствый хлеб, который явно хранился не одну неделю.

- Бесплатно ничего не давали?

- Какой бесплатно! Я вам могу сказать цену на ведро картошки во время оккупации. 8 килограммов картошки – от 550 до 1000 гривен. У нас одна женщина сказала, что сохранит ее как антиквариат, чтобы помнить.

Бесплатно – порезали соседскую ферму и давали кусочками немного мяса. Но до нас (мы в конце села) ничего не дошло.

Что-то иногда заносили пожарные. Им люди, которые выезжали, время от времени отдавали продукты. Вот пожарным нашим нужно героев Украины давать! Они не уехали, не сняли форму, а жили в пожарном депо весь месяц. Запускали генератор и заряжали людям телефоны. Русские их то пропускали тушить пожары, пока у них был бензин, то нет. Под настроение.

- К вам хотя бы никто из оккупантов не приходил?

- Нет. В этом смысле нам повезло. Они через поселок проезжали, лазили по окраинам, весь лес в растяжках. Недавно сосед подорвался на одной из них. Моим собакам нескоро можно будет там погулять.

Оккупанты стояли во всех соседних селах. Люди не выходили из домов месяц: им не разрешали. Причем там жили 2 старенькие бабушки. На них смотреть сейчас невозможно: они постарели на глазах. Эти твари сразу забрали у них телефоны, и семьи не знали, что с ними.

Мы тоже на связь не выходили долго. Для этого нужно было 5 километров топать на рельсы и там, подпрыгивая, успеть сказать пару слов из серии: «Мы живы, животные живы, позвоните дедушке».

У Александры были питомник жесткошерстных такс. Фото: Из архива Александры Марущак

У Александры были питомник жесткошерстных такс. Фото: Из архива Александры Марущак

Самая знаменитая такса Украины

- Откуда у вас вообще появился приют для животных?

- Я киевлянка, переехала Клавдиево 6 лет назад. У меня были коты и несколько собак. В Киеве нам стало тесно, потому уехала в поселок городского типа, а потом мне начали подкидывать животных через забор.

Также я занимаюсь таксами. У меня официальный питомник жесткошерстных такс. Под бомбежками родился первый помет. Накануне войны собрала в питомнике офигенные крови: у нас в стране почти нет жесткошерстных такс. Из Румынии перед войной привезла себе щенка. Малыши, конечно, вляпались: для нормального роста им нужно хорошо питаться. К счастью, были витамины, ну и у соседей брала по 3-4 яйца.

Моя взрослая такса, пожалуй, самая известная в Украине – прошлым летом на выставке заняла 3-е место из 10 000. Мне удалось популяризировать породу и хоть немного развезти ее по стране. Кроме такс, у меня есть дворняги, шелти, немец – его я подобрала в селе.

- Помимо собак и кошек, у вас еще и дикие звери?

- Да, я занимаюсь ежами, белками, совами. Готовлю их к выпуску в дикую природу. Обычно мне спихивают ежей и белок весной. Я учу их правильно кушать. А сова живет в вольере и ест то, что дадут, потому что не умеет охотиться. Пока с ней самые большие сложности. Коты не хотят ловить мышей, так бы ей отдавала, цыплята кончились. Сижу и добываю мясо. Обваливаю в перьях и кормлю сову.

Кроме такс, у Александры есть дворняги, французские бульдоги и даже шелти. Фото: Из архива Александры Марущак

Кроме такс, у Александры есть дворняги, французские бульдоги и даже шелти. Фото: Из архива Александры Марущак