• Главная
• Экономика

Компания «Стрим Техно» известна как разработчик и изготовитель беспилотников Vampire, а также владелица этой торговой марки. Кроме нее к разработке этих мощных гексакоптеров присоединилась еще одна украинская компания, ООО «Скайфолл Индастрис». Кроме того, что многочисленные упоминания связывают эти два общества с одним лицом, их объединяет целый ряд несколько странных нюансов.

О БПЛА «Вампир» (Vampire)

Гексакоптер (6 винтов) с грузоподъемностью 20 кг. Дальность полета: 20 км, высота – 400 м. Скорость: до 80 км/ч без погрузки. Время в воздухе около 23-27 мин с полным боекомплектом.

Способен нести 82-мм и 120-мм минометные мины, кумулятивные и термобарические боеприпасы, а также противотанковые мины (в том числе ТМ-62). Оснащен биспектральной тепловизионной камерой для работы в темноте, имеет защищенную систему навигации GNSS и инерционную систему, позволяющую продолжать полет в условиях враждебного глушения сигнала. Оборудован функцией автоматического возврата к точке взлета при потере связи.

Стоимость единицы: $10 000 – $12 000

Упомянутое лицо – Александр Конотопский, основатель и председатель наблюдательного совета компании Ajax Systems, «Предприниматель года» по версии издания Forbes (2021 г.) и один из 100 лидеров, двигающих Украину вперед, по версиям «Украинской правды» (2024 г.) и New Voice (2025 г.). Он активно развивает свою основную компанию, с не меньшей энергией участвуя в работе нескольких других. Самыми известными из них являются вышеупомянутые ООО «Стрим Техно» и ООО «Скайфолл Индастрис».

Созданный тяжелый ударный дрон-бомбардировщик Vampire довольно популярен среди военных: его закупают в значительных количествах за государственные средства, через государственные оборонные заказы, с помощью программ типа «Армии дронов», за деньги местных бюджетов и даже через Prozorro – воинские части и Нацгвардия.

И вот здесь начинается самое интересное.

В текущем материале мы не будем упоминать назначение главы «Стрим Техно» Евгения Гвоздарева руководителем государственного предприятия «Укроборонсервис» и разбираться в справедливости подозрений в получении астрономической по размеру выручки в 15 млрд грн на производстве дронов.

Мы попытаемся разобраться с поставкой компонентов и составляющих продукции этих двух компаний и поразмыслить, нет ли в этом неправомерной выгоды.

Удивительная «прокладка»

Начнем разбор с ООО "Стрим Техно", которое подготовило руководителя госкомпании. По данным таможенных деклараций, в 2025 и 2026 годах компания импортировала продукцию от около 60 поставщиков-нерезидентов на общую сумму более 43,1 млрд. грн. Только за январь-июнь текущего года стоимость импорта составила 25,6 млрд грн – фактически 60% от общего показателя.

В общем перечне партнеров стоит отметить одну компанию-поставщика – DMO COMMERCE OU из Эстонии, имеющую со «Стрим Техно» прямые и косвенные контракты. За период сотрудничества, с ноября 2025 г. по июнь 2026 г., получено продукции на 4,1 млрд грн, свидетельством чего таможенные декларации.

Ресурс 52wmb подтверждает, что украинская компания является единственным покупателем товара у DMO COMMERCE OU.

По прямому контракту с ООО «Стрим Техно» DMO COMMERCE OU (Эстония), в соответствии с таможенными декларациями, выступает поставщиком товаров на общую сумму около 940,7 млн ​​грн (ноябрь 2025 г. – июнь 2026 г.).

Стоит упоминание косвенного контракта между юридическими лицами, через который проходит остаток торговли.

Среди поставщиков агрегатов, оборудования и комплектующих для дронов в пользу Стрим Техно выделяется гонконгская компания LINGHANGZHE INTERNATIONAL FREIGHT FORWARDING CO., LTD. За январь-июнь 2026 г. она поставила эстонцам (а через них украинцам) товаров на 3,2 млрд грн.

Интересно то, что украинский получатель является единственным покупателем продукции компании, о чем свидетельствуют данные об экспортных операциях из международных баз данных.

Поскольку контракт косвен, расчеты по поставкам происходят не с компанией из Гонконга, а с эстонской DMO COMMERCE OU, которая, в свою очередь, перечисляет средства на счета производителя. В большинстве случаев такое промежуточное звено необходимо для завышения импортной цены и вывода средств за границу.

Эту гипотезу подтверждают официальные данные : компания из Эстонии декларирует уровень рентабельности около 50%, так что DMO COMMERCE OU ведет прибыльную деятельность. С одной стороны, можно порадоваться за компанию и ее команду, с другой – понять, что эта доходность достигается в результате поставок в Украину товаров, необходимых для производства дронов, а значит, эта деятельность позволяет выводить из страны значительные бюджетные средства.

Да и порадоваться за команду DMO COMMERCE OU также вряд ли удастся. Ее ведь не существует.

Компания была зарегистрирована 18 июня 2024 г., имеет уставный капитал в размере 2500 евро и занимается оптовой и розничной торговлей. Ее основателем является Denys Ovsiannikov (Денис Овсянников). Финансовая отчетность компании свидетельствует, что у нее нет затрат на оплату труда – соответственно, упомянутой выше команды нет. Более того, компания использует режим е-резидентства – поэтому даже не имеет физического места нахождения на территории Эстонии.

В Украине такую ​​современную отдаленную форму ведения деятельности законодательно продвигает Министерство цифровой трансформации.

А что же учредитель? Он не только успешный поставщик комплектующих к дронам – также господин Овсянников является вице-президентом по финансовым вопросам украинского венчур-билдера SKELAR.

Враз: SKELAR – это компания, занимающаяся созданием и развитием IT-компаний с нуля. Компания была создана в экосистеме другой украинской IT компании Genesis. Это именно так компания, против нескольких продуктов которой начала расследование Федеральная торговая комиссия США (FTC). SKELAR, соучредителем и СЕО которой является Максим Штепа, специализируется на цифровых продуктах, мобильных приложениях, онлайн-платформах и сервисах, деятельность и выручка которых ориентирована на международные рынки.

Сотрудничает с Минцифрой, Минветеранов, Украинским ветеранским фондом, Veteran Hub, Superhumans и другими партнерами.

И если для DMO COMMERCE OU «Стрим Техно» является единственным покупателем, то для украинской компании она не единственный поставщик. Есть еще – и это подтверждается таможенными декларациями – New Eurasian Co., Limited. Это частная компания из ранее упоминавшегося Гонконга, специализирующаяся на международной оптовой торговле электроникой, кабельно-проводниковой продукцией и промышленными компонентами. Зарегистрированная в 26 июля 2023 г., базируется в районе Квун-Тонг (офис 101а на 1 этаже здания Genplas).

Компания осуществляет экспортные операции в пользу украинских компаний. В частности, двоих: Скайфолл Индастрис и Стрим Техно, которую многочисленные источники настойчиво указывают как компании с орбиты Александра Конотопского. На них приходится 98,67% всех поставок с общей суммой импорта в 56 млрд грн (июнь 2025 г. – июнь 2026 г.).

Существует гипотеза о том, что New Eurasian Co., Limited не случайно появилась в Гонконге – одной из самых привлекательных в мире юрисдикций для международной торговли и ИТ-бизнеса. Льготный налоговый режим, развитая финансовая инфраструктура, стратегическое расположение и возможности осуществления международных расчетов давно превратили особый административный район Китая в точку притяжения бизнеса.

Итак, резюмируем: анализ внешнеэкономической деятельности ООО «Стрим Техно» свидетельствует о том, что компания осуществляет импорт товаров преимущественно из Гонконга и Китая по внешнеэкономическим контрактам. Одним из посредников в указанных операциях выступает эстонская компания DMO COMMERCE OU, конечным бенефициарным владельцем которого является лицо, деятельность которого связана с украинской ИТ-сферой.

Вместо выводов

Концентрация поставок на ограниченном круге нерезидентов, а также использование посреднической компании при закупке товаров непосредственно у производителей или поставщиков из Китая и Гонконга не является типичной моделью для независимых международных трейдеров и может свидетельствовать о функционировании указанных нерезидентов как отдельного звена в структуре поставок товаров в Украину.

При таких обстоятельствах не исключается, что указанные компании могут использоваться для централизации закупок, формирования ценовой политики, аккумулирования прибыли за пределами Украины, в частности, вывода средств полученных от оборонного бюджета, а также усложнения идентификации фактических выгодоприобретателей внешнеэкономических операций.