26 октября
Загрузить еще

Актриса Ирина Гатун: Я пришла в «Женский Квартал» не вырывать лишние волосы и выцарапывать глаза

Актриса Ирина Гатун: Я пришла в «Женский Квартал» не вырывать лишние волосы  и выцарапывать глаза
Фото: «Квартал 95»

Разговор с Ириной Гатун – это какой-то особый жанр общения. Она умеет задористо завернуть свои фразочки, но при этом выдать все, что действительно у нее на душе.     

В «Женский Квартал» Ирина пришла год назад и настолько полюбилась зрителям, что на ее страницах в соцсетях вы не найдете ни единого плохого слова. Уже 16 октября на «1+1» стартуют премьерные выпуски «Женского Квартала». А еще Ира десять лет играет в театре импровизации «Черный квадрат». Кто не видел – идите и смотрите, равнодушными не останетесь.

Когда Юра Ткач снимает со стены гитару – вечер удался

- Ира, вас уже можно называть «экранная супруга» Юрия Ткача. И на сцене «Квартала» вы пара, и в новой комедии «Велика прогулянка»  играете его жену. Как вам в таком сценическом амплуа?

- Чудесно! Это просто диво дивное. Наверное, все боги услышали мои молитвы, потому что мы с Юрочкой дружим вне сцены и вне камер. Он – мой лучший друг. Это замечательный добрый человек без чувства зависти и с нереальным чувством юмора. Поэтому мне с ним легко и комфортно. Конечно же, бывают какие-то ситуации, где мы друг друга можем не понять, но это все человеческое, что и говорит о том, что Юра настоящий, живой и мною любим.

- Я с вами согласна. Юра – человек-праздник!

- Оркестр! Ему ложки дай, он на ложках будет ваять, дай баян – будет на баяне играть, дай гармошку – будет на гармошке. А когда он снимает со стены гитару – все, вечер удался!

С родителями и лучшим другом Юрой Ткачом. Фото: Личный архив Ирины Гатун

С родителями и лучшим другом Юрой Ткачом. Фото: Личный архив Ирины Гатун

- Это на домашних посиделках так?

- Я очень часто бываю у них дома. У меня там есть своя комната, зубная щетка… Но это ни в коем случае не интимного характера встречи (смеется). Я дружу с Викой, супругой Юры, их дочкой Лизой, мы любим проводить время в домашней уютной атмосфере.

- А как вы познакомились?

- Мы даже недавно пытались вспомнить этот момент. И нам не очень удалось. Пару дней назад мне пришло напоминание в Фейсбуке, что в начале ноября 2017 года у нас была фотография, сделанная в Днепре во время моих гастролей. Как оно случилось до -  непонятно. Наверное, познакомились через Вову Шумко (актер «Женского Квартала» и театра «Черный квадрат». – Авт.). Вова, кстати, является моим театральным супругом, а Юра – уже телевизионным.

С Юрой никогда нет ощущения, что ты находишься со звездой, он сразу влюбляет в себя. Такое впечатление, будто сейчас мы ему бенефис какой-то пишем (смеется).

- Легче ли играть семейные сцены с другом нежели просто с коллегой?

- Наверное, легче. Но я же изначально актриса импровизации, работаю в театре импровизации «Черный квадрат». Когда я подаю Юре какую-то внутреннюю шуточку, он понимает, о чем это, и она уже вызывает у него какую-то эмоцию.

Конечно, профессиональнее делать такие вещи с каждым, вживаться в естественность, но с друзьями легче, это правда.

С Юрием Ткачом и его семьей Ира тесно дружит вне сцены. Фото: Инстаграм Ирины Гатун

С Юрием Ткачом и его семьей Ира тесно дружит вне сцены. Фото: Инстаграм Ирины Гатун

Мне не нравится слово «звезда»

- Интересно, помните дату, когда пришли в «Женский Квартал»?

- Тоже Фейсбук недавно напомнил – это было в августе прошлого года. Меня пригласили в качестве приглашенной звезды, хотя ненавижу это слово. А задержалась девчонка!

- Вам не нравится слово «приглашенная» или «звезда»?

- Хороший юмор (смеется). Мне не нравится слово «звезда». Приходится его слышать. И я не кокетничаю, мол, говорите – и говорите. Просто «звезды» – это о чем-то недосягаемом, а я такой же человечек с ручками, ножками, как и все, и меня, кстати, можно потрогать. Это на правах рекламы.

- Кастинг у кого проходили?

- С Валерой Жидковым и Сашей Пикаловым. Но я даже не могу назвать это кастингом. Я же не с улицы пришла. Ребята приходили на мой спектакль, видели, на что я способна, а потом предложили авантюрку – попробовать себя в «Женском Квартале». Вот и все.

- Александр Пикалов, он же художественный руководитель коллектива, как принял?

- Кстати, вот к ним слово «звезда» можно добавить. Помню, как сидела в Нежине перед телевизором, смотрела на Женю, Степу, Сашу – и для меня они были звездами, потому что я через экран не могла их потрогать. Собственно, и сейчас они для меня звезды. Но Саша ведет себя совершенно ровно и очень правильно: всегда – Иринка, Иринка, Иринка… Пошла вечеринка.    

Я-то в команде человек новый, мне приходилось вливаться, если можно так сказать, ведь до концерта мы репетируем 10 дней, потом - генпрогон, концерт, и все разбегаются по своим заботам. А чуть больше месяца назад мы ездили на восток Украины с благотворительными концертами. Проехали Мариуполь, Краматорск, Авдеевку, Бахмут, Северодонецк, еще и отдельно в части к военным заезжали, так что нам пришлось 5 дней 24/7 быть вместе. Думаю, за это время Саша увидел во мне того человека, которого, может, и не замечал в эти краткие наши рабочие встречи. Как он сказал, ему было приятно меня для себя раскрыть.

На сцене «Женского Квартала» с Ириной Сопонару и Валентином Михиенко. Фото: «Квартал 95»

На сцене «Женского Квартала» с Ириной Сопонару и Валентином Михиенко. Фото: «Квартал 95»

Страх на самом деле только в нашем скворечнике

- Не страшно было вливаться в «Женский Квартал»?

- Я 10 лет отдала моему любимому театру, и, поверьте, 14 девочек в сравнении с труппой в 50 человек – это не страшно. Да и гендерное распределение значения не имеет. Мне нечего с ними делить.

Мне кажется, у каждого - свой путь. Дадут мне роль - она моя, не дадут – я не буду за ней лезть, тарабанить в двери, падать на пол и стучать ногами. Дадут один номер на три концерта – спасибо и на том.

Я не пришла в «Женский Квартал» вырывать лишние волосы и выцарапывать ненужные глаза. Поэтому мне не страшно. А еще мне 34 годика, и тут уже пора бы не бояться.

- Но сомнения у многих есть вне зависимости от возраста.  

- Я слушаю очень много разных практик. И я сейчас не о грусти скажу, наоборот, о веселом. У меня борьба со страхом и со всеми отраслями, с ним связанными, идет от обратного – все мы смертные, все умрем. Почему, к примеру, мне бояться лезть на Эйфелеву башню, если я туда уже добралась?!

Страх на самом деле только в нашем скворечнике. Поэтому за ним надо ухаживать, чистить мысли, окружение и любить. Ничего страшного в жизни быть не должно. Кроме тараканов, ненавижу их (смеется).

- Впервые на сцену «Женского Квартала» вы вышли в период локдауна, когда концерт проходил без зрителей в зале. Что чувствовали?

- Наверное, эта ситуация сработала в плюс. Ребята приглашали меня и ранее, но так как у меня график по театру и гастролям расписан на 3-4 месяца вперед, я не могла найти нужный промежуток. А тут - локдаун, работы нет.

Конечно, мне, как театралу, было сложнее, мне очень важна реакция зала, ибо зал - это как третий партнер на сцене, который дает свою эмоцию, аплодисменты, смех или же слезы, а ты этим напитываешься и отдаешь обратно. Но в зале нас поддерживали Юра Ткач и Женя Кошевой с семьями, а этих двоих хватает на весь зал. Когда Женя и Юра смеются - все! Они были мне сумасшедшей поддержкой.

- У Жени просто заразительный смех.

- Да это невозможно выдержать! Я узнаю его из миллионов. На него невозможно смотреть, когда он смеется, - сразу улыбка на лице.

- Видела вас на сцене и «Вечернего Квартала» - вам вдвойне повезло с работой.

- Меня пригласили буквально на несколько номеров. Первый раз, когда Лена повредила ногу  и не могла принимать активность в каких-то номерах, меня пригласил Женя – и мой первый номер в «Квартале» был с ним в паре. А на недавний концерт пригласили сыграть сценку с Юрой, потому что мы как Биба и Боба - «яке їхало, таке й здибало».

- Кстати, прочитала забавную новость, что вы являетесь «крестной» собачки Юры Ткача. Что это за прикол?

- Нет, я крестная собачки Вовы Шумко (смеется). У Вовы и его супруги Ани есть собачка Джонни. И как-то мы с ними сидели, веселились, и Аня говорит: «Кума, кума...». А кого же крестить, если у них пока детей нет, у меня – тоже! И тут как раз Джоник выбегает. Так мы в шутку решили, что я буду крестной Джонни.

Хотя, конечно, и Бусинке Ткача могу быть крестной. Когда они куда-то уезжают, она живет у меня. И я за ней ухаживаю больше, чем за собой. Я редко бываю дома, редко готовлю, а Бусе всегда варю еду, выкармливаю.

Ира признается, что не старается быть такой, как надо всем. И это подкупает.  Фото: Инстаграм Ирины Гатун

Ира признается, что не старается быть такой, как надо всем. И это подкупает. Фото: Инстаграм Ирины Гатун

Иногда тишина меня давит, но иногда я в ней нуждаюсь

- Вы говорили, что вам свойственно быть сентиментальной до бесконечности. На сцене же вы создаете другое впечатление. Что еще такого у вас прячется за вашим образом?

-  Я ничего не прячу. Кстати, в театре у меня есть спектакль «Налево от разлуки, на север от тебя». Как-то мой художественный руководитель Анатолий Неелов сказал: «Ну все, Ир, смешить ты умеешь, а сумей сделать так, чтобы все сели и боялись чихнуть, потому что нельзя прервать эту тишину. И ты насладишься этим трепетным моментом». Я сначала возмутилась, ибо для меня, как для актрисы комедии, не кажется, что смешить – это легко. И мы с ним еще вступили в спор: «Говорю, приведите мне тех, кто меня рассмешит».

Я избалованная по юмору. Мне очень нравится Верка Сердючка в молодости – это мне смешно. А то, что принято сейчас – какие-то грубости, хамство, - это невоспитанность, это мне противно. Но я все же пошла на этот риск. Мы написали спектакль. И, наверное, на шестой раз он получился таким, как я хотела. Это когда в зале слышно, как муха присаживается, ибо ей стыдно летать.

И там есть красный монолог, как я его называю, где я прощаюсь с любимым человеком, любя его, но понимая, что выхода дальше нет. В этом монологе я умею через себя выжать ту сентиментальность, о которой мы начали говорить.

Я такая же одинокая, как и каждый из нас, когда остается наедине с собой. И в этом нет ничего зазорного. Все мы рождаемся одни и уходим мы по одному. Иногда тишина меня давит. Но и в ней иногда я тоже нуждаюсь.

Я писала стихи, как правило, грустные, о безответной любви. Потом поняла, что пишу, но не переживаю этих ощущений. Они красивые, так говорили, не мне судить, но я перестала это делать, потому что спустя несколько лет меня догоняло то, что я в них писала.

Я буду плакать над «Титаником». Не доведи Господи, что-то где-то с собачкой или котиком случится - никогда мимо не пройду. Старость меня очень сильно тревожит. Не моя, просто сейчас грядет тот момент, когда очень много родителей друзей начинают уходить, и я по этому поводу очень переживаю.

- Вот мы заговорили про одиночество… Говорят, главное при этом, чтобы самому с собой не было скучно. Вам не скучно?

- Не скучно. Иногда люблю включить какие-то романсы. Как-то Вова Шумко назвал меня «Миссис Драма». Но это не драма. Для того, чтобы отдавать много энергии на сцене, мне ее откуда-то надо брать. Поэтому в какие-то моменты даже хочется погрустить, поскучать. Либо выехать на день к морю, где нет людей. Тогда набираюсь сил и бегу дальше. Так я восстанавливаюсь. Наверное. Нашла себе такое оправдание.

- Вы учились совершенно на другую профессию – организатор коммерческой деятельности в гостиницах и ресторанах. А в вас, оказывается, жила замечательная актриса. 

- Она все время во мне жила. Я с ней дружила, я ее знаю, она всего этого хотела. Даже когда оканчивала 11-й класс, все – и директор, и зауч, и классная руководитель, и преподаватели - не сговариваясь, говорили мне: «Ты наша гордость, хотим видеть тебя на экранах». Почему они себе так придумали?!

В Нежине, наверное, просто нет ни одного кружка, который я бы не закончила. Пошла в музыкальную школу, прихожу домой – давайте мне пианино. Денег нет, еды нет, а я пианино прошу. Но нашли. Люблю своих родителей за сообразительность. На хор, песни, танцы – везде мне было надо.

А история с поступлением вообще похожа на сериал. В Киев я ехала с мыслью стать актрисой. Но поступаю в гостинично-ресторанный, причем дома ничего об этом не знают. Как я сдала собеседование на английском – не понимаю. Учитель сидел на глазах. Я была уверена, что туда не поступлю, понимаю, что это провал, и еду в театральный колледж. Но не доехала две остановки – мне позвонили и сказали, что меня приняли. Так впервые, наверное, и единожды я предала свою мечту.   

Закончила чудесно гостинично-ресторанный, любила, была старостой, все нравилось, но все равно меня тянуло к театру. Само слово «театр» у меня всегда вызывало дрожь – я могла ходить и нюхать кулисы, гладить стулья... Как не от мира сего, знаете (смеется).

А потом мой друг попросил поработать барменом на мероприятии в Театре юного зрителя. Видимо, что-то такое во мне тогда заметила Инна Мирошниченко, мне было 25. Она подходит и говорит: «Для «Карпенко-Карого» вы старая, попробуйте «Черный квадрат», хорошие ребята, за годик из вас что-то сделают».

Тот самый пингвиненок Дениска, пленивший сердце актрисы. Фото: Инстаграм Ирины Гатун

Тот самый пингвиненок Дениска, пленивший сердце актрисы. Фото: Инстаграм Ирины Гатун

Сейчас уже семь раз подумаешь о том, что вытворить

- Когда домой в Нежин приезжаете, идут на звезду посмотреть, хоть вы и не любите это слово?

- С родителями у нас редкие и короткие встречи, не успеваю из-за плотных графиков. Папе 18 октября будет 70 лет, 18-го я на гастролях, поэтому мечтаю поехать 19-го и очень хочу остаться с ночевкой, не ночевала дома, наверное, лет 6-7. Вырываюсь только на день.

Бывает, конечно, когда зайду маме за цветами, слышу: «Ой, это она». Но никто не падает от этого в обморок.

- Это ж в Нежине вы вместе ходили на хор с Екатериной Павленко из GO_A?

 - Да. А наши родители на хор до сих пор ходят, молодцы. Голос Кати обвораживал еще с тех времен.

- Дружили?

- Я просто жила по графику - шапка, дверь, побежала. А Катя больше по музыке. Поэтому не всегда пересекались. Общались, знали, что родители наши дружат, она была очень скромная девочка, чего нельзя сказать, к сожалению, было обо мне.

- Были не скромной?

- Ой! Как и сейчас. Тогда просто было чуть больше какого-то неосознанного ветра в душе и голове. Сейчас уже семь раз подумаешь о том, что вытворить. Хотя все равно вытворяешь (смеется). Как написано гусиным пером по судьбе, так и будет.

- Жизнь одна, как бы банально ни звучало, и надо жить, как хочется.

- Золотые слова. Правда, мы никому ничего не должны. Мы никому ничем не интересны. Люди пришли, посмотрели, увидели, но, уходя домой, они думают только о себе. И это очень здравый эгоизм.

Вот заметила я у девочки порванные штанишки, можно сказать. Но вдруг она потом будет умирать со стыда?!  А я себе пойду спокойно и в жизни больше не вспомню ни девочку, ни ее штанишки. Но нам же хочется себя блестками присыпать, чтобы только светилось. Зачем?!

- Вас любят зрители, это видно по комплиментам в соцсетях. У вас нет хейтеров?

- Пока нет, и не хочется. Я не стараюсь быть хорошей, правильной и такой, как надо всем. Я такая, какая есть. И, наверное, это людям и нравится. Они узнают во мне себя, своих друзей. Я добрый человек. И с недавних пор, хотя еще и не в идеале, но собой довольна. Я бы с собой дружила. Это не хвастовство, не поворачивание короны, неровно висящей, это здраво.

Мы же себя постоянно ругаем, что там не так, там не справились… Я очень предвзято к себе отношусь: после концерта всегда анализирую, где так, а где не так, особенно после импровизации. Если есть текст, уже никуда не отойдешь. А после импровизации себя кусаю, хотя все выходят и говорят: «Боже, это было нечто!». Я их слушаю и думаю: «Им лучше знать».

За 10 лет работы в театре не слышала ни одного плохого отзыва. Счастливый человек другого несчастным никогда не сделает. Что у кого есть, тот тем и делится.

- Признайтесь, поклонников мужского пола стало больше?

- Нет. Пишут только благодарности за искусство, смех, юмор, доброту.  

С 16 октября в новых выпусках «Женского Квартала» девчонки приготовили зрителям сюрприз. Все они, и Ира в том числе, снимались ню для видеосопровождения песни Златы Огневич «Богиня». Фото: «Квартал 95»

С 16 октября в новых выпусках «Женского Квартала» девчонки приготовили зрителям сюрприз. Все они, и Ира в том числе, снимались ню для видеосопровождения песни Златы Огневич «Богиня». Фото: «Квартал 95»

Если захочется хинкалинку, не буду себе запрещать

- Я уже поняла, что вы вся в работе, даже домой с ночевкой выбраться не можете. А где вы с парнями знакомитесь?

- Ночные заведения не посещаю. Для меня отдых – это посидеть возле моря, речки, по лесу походить. Несколько месяцев работала без выходных, и тут звонит мне мой дружочек и говорит: «Поехали на природу, выдохнешь». Я выдохнула и познакомилась с мужчиной. Мужчины если хотят - пишут! Я максимально открыта к беседам.

- Это просто друг или что-то больше?

- Нет, это друг-друг-друг. А отдыхая с ним, я познакомилась с парнем, и начались танцы.

- То есть вы уже в отношениях?

- Я бы так не зарекалась. Это совсем недавно, поэтому не ставьте галочку, что занята (смеется). Пока Боженька только рисует мои планы.

- Все девушки хотят быть идеальными. Вы для себя идеальная?

- Конечно же, не все нравится. До 25-ти были какие-то переживания, злость, расстройство, бешенство. Сейчас умею принимать себя такой, какая есть. Хотелось бы и похудеть, и чтобы животик подтянуть, и лицо подправить, но моя внутренность от этого никак не поменяется.

Вот натягиваешь новое платьице, туфельки, делаешь прическу, красишь губы помадой –идеальная, господи помоги. А потом работаешь 12 ночных смен, приходишь, хвост на лбу, глаз течет, потому что на ветру снимались, – идеальная? Да такая же, как в платьице и с помадой. Просто чуточку устала.

Надо работать, но я не буду над собой издеваться. И если мне захочется хинкалинку, не буду запрещать, не буду сидеть и всю ночь о ней думать. Зачем мне это надо? А так взяла две штучки с бараниной, и за два часа работы на сцене они и улетучились.

- У вас, кстати, шикарный бюст. Говорят комплименты?

- Когда мы с вами созванивались, знаете, что я делала? Покупала себе два красивых бюстгальтера. Грудь родители прямо по книжке делали – с ней все получилось. Люблю ее и обожаю. И не только я (смеется).

- Вы все так в себе любите? Никогда не хотелось себе что-то менять?

- Резать себя – нет! Мне очень нравится, когда получается выстроить режим, чтобы был полноценный сон. Тогда и лицо нормальное, и глаза. Плавать люблю. И когда видишь «стройнение», тебя это радует. А потом снова гастроли, съемки, естественно, никто не кормит меня с ложки по расписанию.

 - Вы коллекционируете пингвинов. Почему пингвины?

- Они уже выселяют меня из квартиры – они на тапках, ночнушках, везде (смеется). В моей жизни есть очень важный друг, он живет в Днепре. И как-то по дороге на гастроли он купил мне на заправке пингвиненка. Мы назвали его Дениска, и он провел со мной три года. Это был не просто кусочек тряпочки, это была моя душа. Когда-то я забыла его в поезде, то ради него мы подняли на уши всю железную дорогу.

А несколько лет назад потеряла его в аэропорту Тбилиси. Утешила себя тем, что ему очень понравилась страна и он остался там жить, его нашел какой-то ребеночек и он счастлив. В какой-то момент у меня началась такая грусть-печаль по Дениске, что теперь я защищаю всех остальных пингвинов. Мне их вышивают, вяжут, привозят с других стран, зрители дарят. Это очень приятно. Осталось только живого завести. Но не будем на этом акцентировать, а то Ткачи уже намекали (смеется).

- Неудивительно, что ваша любимая актриса – Фаина Раневская. Есть ее любимые фразочки?

- Она для меня всеобщий перл. Если так первое, что на уме – «вторая половинка есть у мозга, жопы и таблетки. А я изначально целая».

Она была очень грустная и несчастная, судя по ее биографии, но то, что она творила на экране – это прелесть.

- Вот прямо сейчас – чего вам хочется?

- Самое главное, что мне хочется, чтобы как можно дольше в здравии, сознании жили мои родители и любимые мне люди. Из материальных благ, естественно, это собственное жилье, которого у меня пока нет. Очень люблю машину Toyota Camry – можно дарить, я приму. Даже если она будет перевязана с пингвином. Из духовного мне бы хотелось сняться в художественном историческом фильме. И все это облить малиновым соусом под видом смелого, страстного, красивого, богатого, щедрого, любящего меня, и я его, и всю его семью, что немаловажно, мужчины.