Ежегодно издание The Economist выпускает ежегодную обложку-ребус. И поскольку многие считают этот ребус "экономическим пророчеством", проверим, что действительно свершилось, а что так и осталось фантазиями редакции.
Беспроигрышный вариант
Прошлогодняя обложка была выполнена в традиционных для The Economist цветах и манере: круглый коллаж – символ мира в 2026 году, в котором прогнозировалось практически все: геополитические конфликты, развитие технологий, разные социальные явления, новые и старые экономические тренды. В красном цвете традиционно изобразили опасность, конфликты, противостояния США и Китая, в синем – технологии и будущее, в черном – все остальное и нейтральное.
Как мы писали год назад, такой вариант 100-процентно беспроигрышный. Медицинские колбы, искусственный интеллект, ракеты и деньги можно рисовать много лет подряд – эти вещи из нашей жизни уже никуда не денутся, трактовать их можно по-разному, поэтому всегда будет возможность сказать, что прогнозировали правильно, просто их неправильно поняли.
Юбилей США и инфляция
В общем хаосе символов выделялся, прежде всего, торт с числом 250. И здесь не нужно было быть Нострадамусом: в 2026 году США отметили круглую дату со дня подписания декларации независимости, и об этом было прекрасно известно и в 2025-м. То есть снова выходим на то, что такой прогноз мог бы сделать каждый из нас.
Над тортом – рука в наручнике и сжатый кулак. Что также было более или менее понятно: авторы обложки намекали на суровые американские будни с протестами, акциями, требованиями и борьбой за свои права.
Сразу под праздничным тортом расположился график или галопирующей инфляции, или бешеного канкана тарифов. Здесь, посмотрев на 2026 год, можно сказать, что каждая страна мира может воспринять этот прогноз на свой счет.
Согласно данным Международного валютного фонда сейчас средний прогноз мировой инфляции на 2026 год составляет 4,7%. Это, к счастью, не пиковое значение 2022-2023 годов, когда инфляция в мире превышала 8%, но и до стабильных показателей около 2% еще далеко.
Высокую инфляцию в мире в 2026 году прогнозируют в Венесуэле - около 470%. С такой базой сравнения украинский прогноз в 12,5% выглядит вполне сознательно.
Индия и США: сложная динамика
У праздничного торта на ребусе приплясывал Дональд Трамп, а за ним расположился индийский премьер Нарендра Моди. Год назад мы предположили: тот факт, что Моди танцует с Трампом невпопад, означает, что США и Индия пока не двигаются в такт. Но то, что они рядом – уже показательно.
В 2026 году отношения между США и Индией действительно демонстрируют сложную динамику: с одной стороны, страны существенно сблизились в экономической и энергетической сферах, с другой – между ними остаются острые разногласия из-за геополитики и санкций.
Напомним, что в течение всего 2026 года Вашингтон и Нью-Дели вели интенсивные переговоры о масштабном двустороннем торговом соглашении, направленном на снижение взаимных пошлин. В октябре стороны завершили первый этап его подготовки, и документ перешел на стадию юридической доработки.
Кроме того, Штаты стали крупнейшим поставщиком сжиженного природного газа в Индию. На фоне летнего пика потребления в Азии Индия нарастила импорт американского СПГ, частично перенаправив ранее идущие в Европу потоки.
Однако, несмотря на такую экономическую интеграцию между странами, сохраняются серьезные геополитические противоречия. В первую очередь, речь идет о нефтяном конфликте. В сентябре 2026 года Палата представителей США приняла законопроект, предоставивший президенту полномочия вводить пошлины до 100% против крупнейших покупателей российской нефти. Индия, критически зависящая от этих поставок, резко отреагировала и пригрозила Вашингтону последствиями для двусторонних отношений, заявив, что будет защищать свои интересы и продолжит покупать сырье.
Как видим, такие сложные отношения целиком заключаются в общей идее, заложенной на обложке, а детали можно было интерпретировать как угодно.
Кто все эти люди?
Рядом с Моди на прошлогодней обложке была изображена блондинка, стоящая за танком с автоматом на крыше. С идентификацией блондинки возникли определенные затруднения. По нашим предположениям она могла быть как премьером Италии Джорджией Мелони (и тогда это намек, что Европа должна сама позаботиться о своей обороноспособности), так и пресс-секретарем МИД РФ Марией Захаровой (здесь никакие намеки не нужны).
А вот с Владимиром Зеленским на обложке ошибиться трудно. Он стоит с биноклем, военная техника и символы возможного морского противостояния хорошо вписываются в главную реальность 2026 года. Война России против Украины идет, а Черное море остается важным пространством военного и экономического противостояния. Конечно, нам хотелось увидеть в ребусе замаскированные российские репарации Украины, но, к сожалению, пока ими даже не пахнет.
В то же время дипломатическая активность заметно усилилась: 10 ноября в Абу-Даби начались трехсторонние переговоры Украины, США и России.
Троица – Владимир Путин, Си Цзиньпин и Биньямин Нетаньяху – были интерпретированы нами как люди, которые в 2026-м будут задавать тренды на мир и войну.
Через год можно констатировать, что Владимир Путин и Си Цзиньпин действительно продолжили укреплять стратегическое партнерство. В мае 2026 г. лидеры встречались в Пекине, где обсуждали развитие двусторонних отношений, торговлю, энергетику, международную безопасность и подписали десятки соглашений в различных сферах.
С Нетаньяху ситуация сложнее. Ближний Восток в 2026 году не стал более стабильным, а военная эскалация вокруг Ирана даже переросла в прямое противостояние с участием США и Израиля. В настоящее время американские удары по Ирану приостановлены, однако дипломатическое урегулирование остается неопределенным.
Итак, предположение о том, что именно эти лидеры будут определять мировую повестку дня в вопросах войны и мира, оказалось достаточно точным. Но объединить их в один политический блок невозможно: у каждого есть собственные интересы и цели.
Вообще войны в предполагаемом будущем The Economist было очень много: здесь и ракеты, и танки, и стреляющие солдаты, и подводные лодки с перископами, и дроны, и боеголовки. Все это свершилось: пожалуй, еще никогда, как в 2026 году, нам так часто не казалось, что весь мир сошел с ума.
ИИ и хаос
Роботы-доставщики, танцующие "робособаки", человекоподобные роботы, космические спутники, стартующие ракеты, геймпады, непосредственно влияющие на мозг джойстики – это все о нем, об искусственном интеллекте. В 2026-м мы действительно можем констатировать: виртуальная реальность все больше неохотно отпускает нас в реальный мир, а искусственный интеллект постепенно охватывает все сферы нашей жизни.
Но можно ли увидеть в этом прогнозе какой-нибудь прорыв или особые способности "пророков"? Вряд ли, сейчас наступление машин ощущается буквально на каждом шагу, и мы можем сделать аналогичный прогноз на следующий год прямо сегодня.
А вот с общим впечатлением от обложки относительно того, что 2026 год будет хаотичным и беспокойным, The Economist попал "в яблочко". Год назад обложка номера вызвала ощущение всеобщего хаоса, и именно это ощущение не оставляет нас в течение всего года.