Сняв санкции с экспорта российского дизеля в США, Дональд Трамп фактически нанес тяжелый удар по интересам Украины. Эта кулуарная сделка за спиной Киева не только дает Кремлю миллиардные ресурсы на продолжение войны, но и открывает путь к навязыванию жестких условий миром в обмен на территории.
Коротко про - о том, к каким последствиям для фронта и мировой геополитики приведет так называемый «дизельный Мюнхен».
2,5 миллиарда долларов, спасительных для России
По распоряжению Дональда Трампа Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) Минфина США выдало генеральную лицензию № 135, временно выводящую из-под санкций любые транзакции, связанные с продажей, фрахтом, разгрузкой и импортом российского дизельного топлива. Этот документ будет действовать с 9 октября 2026 года до 7 апреля 2027 года. По нему более 300 000 тонн российского дизеля отправляются незамедлительно. В ноябре 2026 года будет следующая поставка в размере еще 500 000 тонн. Следующий этап - отгрузка еще 1 000 000 тонн. В перспективе есть планы довести поставки до 3 млн тонн нефтепродуктов в месяц (в зависимости от технического состояния НПЗ).
Для России, чья экономика уверенно двигался к потенциальному коллапсу, решение Трампа стало «спасательным кругом». По текущим мировым ценам, реализация только первой волны договоренностей (1,8 млн тонн) принесет Кремлю от $1,2 до $1,5 миллиарда прямых экспортных доходов. Если объемы вырастут до обещанных 3 млн тонн, валютная выручка РФ увеличится на $2–$2,5 млрд ежемесячно. Эти деньги пойдут напрямую на войну в Украине, что по оценкам Института изучения войны (ISW) гарантированно затянет боевые действия.
– Безусловно, это опасная и рискованная ситуация для Киева. Это фактически “дизельный Мюнхен”, от которого возникают риски для продолжения наших ударов по российским НПЗ. Путин и рассчитывает, что это может спровоцировать если не кризис, то охлаждение в отношениях между Украиной и США. Путин закинул "дизельную наживку", а Трамп ее "заглотил", - считает политолог Владимир Фесенко.
Мегасделка Трампа и Путина может оказаться глобальной мистификацией
Однако тут не все так радужно для Москвы, а значит и для самого Трампа. Он рассчитывает на то, что российское топливо собьет рекордную цену дизеля в США. Но ведущие мировые аналитики (включая Reuters и экспертов фонда Карнеги) называют эту сделку большой мистификацией.
Во-первых, из-за успешных ударов ВСУ (включая недавние прилеты по Омскому и Новошахтинскому НПЗ) переработка нефти в России парализована. К середине сентября шесть крупнейших заводов РФ, дававших половину дизеля, сократили или полностью остановили производство. Физически накопить и отгрузить миллионы тонн без ущерба для собственной армии и сельского хозяйства Путин не сможет.
Кроме этого, даже в мирные годы доля России в мировом экспорте дизеля составляла всего 9,5%. Заявленные Трампом объемы - это “капля в море” глобального дефицита дизеля, усугубленного атаками хуситов на саудовские НПЗ.
- С точки зрения бизнеса и политических последствий, эта сделка будет иметь очень ограниченный результат. То, что поставит Россия в США – это мизер. Для сравнения, американцы экспортируют в десятки раз больше дизеля, чем получают от России. Но для Трампа важен символический эффект в преддверии выборов. Ведь сами поставки состоятся ближе к выборам в США, где-то в конце октября. Трампу нужно сделать это “впрыскивание” именно накануне выборов, чтобы оно повлияло на избирателей, - считает эксперт.
Геополитические угрозы для Украины
Но сам прецедент снятия санкций с России несет большие угрозы для Украины. Трамп де-факто стал на сторону Кремля и теперь может задействовать более жесткие рычаги давления на Киев для выполнения требований России.
Поэтому он в ответ на продолжение украинских ударов по российской нефтепереработке, может, уже начал задействовать непубличный, но самый опасный инструмент давления - ограничение доступа к американским разведывательным данным. Ограничение этой информации снизит точность украинских дальнобойных ударов и увеличит время реакции ПВО при отражении массированных ракетных атак на украинские города.
Кроме этого, Трамп контролирует логистику и выделение пакетов военной помощи. Без официального прекращения поддержки Белый дом может использовать тактику «тихого затягивания» с бюрократическими проволочками поставок. Обещанные Киеву 300 ракет к "Патриотам" могут так и остаться на складах в США.
Но главное то, что, создав прецедент сделки с Кремлем ради внутренних интересов США, Трамп фактически легитимизирует подход «мир в обмен на территории». Белый дом начнет продвигать свой сценарий остановки войны по линии фронта без предоставления Украине жестких гарантий безопасности.
- Для Украины ситуация сейчас действительно сложная. Нам придется формировать гибкую тактику. Поэтому следует сконцентрироваться вместе с европейскими партнерами на том, чтобы максимально готовиться к российским ударам, как их минимизировать. И нужно думать о том, чтобы искать новый переговорный трек, - считает Владимир Фесенко.
В общении с Трампом должен остаться только чистый прагматизм
В первую очередь Киеву нужно напрочь отбросить любую эмоциональность. Президент Дональд Трамп совершенно не эмпатичен. Попытки взывать к морали, ценностям, гуманизму или показывать Трампу кадры разрушенных украинских городов и погибших детей не сработают - они изначально обречены на провал. Он циничный прагматик, транзакционный политик и бизнесмен, его интерес там, где есть только «сделки» и «потери».
Разговаривать с администрацией Трампа нужно на сухом, циничном языке цифр, взаимных уступок и стратегических выгод.
Возможно, одним из лучших выходов, если Украина предложит Вашингтону встречную экономическую альтернативу. Активизация заключенных соглашений о совместной разработке критически важных украинских недр (литий, титан, редкоземельные металлы, природный газ), в которых остро нуждается американская промышленность. И убедить Вашингтон, что крупнейшие контракты на послевоенное восстановление Украины получат именно американские корпорации.
Иными словами, украинская власть должна убеждать американцев, что инвестиции в победу Украины - это сверхприбыль для экономики США. А сдача Украины под контроль РФ - это долгосрочный экономический убыток для Америки и усиление Китая.
И при этом нужно учитывать и то, что американская помощь может быть заблокирована. Так что источники поддержки нужно максимально диверсифицировать. Киев должен сделать своим главным стратегическим тылом ЕС. Тем более что и Брюссель и ключевые столицы Евросоюза были в шоке от решения Трампа. Лидеры ЕС уже заявили, что Европа не намерена отменять свои санкции вслед за Вашингтоном. Европейские порты по-прежнему закрыты для танкеров с российским дизелем.
- Главная проблема для нас сейчас – найти правильную тональность в контактах с американцами, без обвинений, истерик, но объяснить, что мы не можем не отвечать на российские удары. Я не думаю, что ключевая тема – прекращать или продолжить удары по российским НПЗ. Продолжать удары нужно, это один из действенных инструментов влияния Украины на Россию, - считает Владимир Фесенко.
Европейцы и американская политическая элита – за Украину
В кулуарах европейские дипломаты называют сделку Трампа «энергетическим Мюнхеном» - умиротворением агрессора за счет союзника. Европа осознает: миллиарды, которые Трамп разрешил заработать Кремлю, пойдут на усиление российской армии у самых границ ЕС.
Что касается собственно США, то там Трамп не обладает абсолютной властью, и его администрация сильно уязвима перед внутренней критикой накануне промежуточных выборов в Конгресс. Решение по дизелю уже вызвало раскол среди американских законодателей. Украинской дипломатии необходимо настойчиво активизировать работу с «республиканцами-ястребами» и демократами в Сенате и Палате представителей.
- Для нас важен не сам Трамп, важны институциональные партнерские отношения с США. Потому прерывать отношения с американцами нельзя. Но очевидно, что в ближайшее время, как минимум на полгода, каких-либо серьезных переговоров не будет. К сожалению, можно забыть о так называемом энергетическом перемирии. Возможно, за исключением переговоров о морском перемирии. Но в целом надеяться на то, что сейчас США будут действовать как эффективный посредник в мирном процессе, к сожалению, нельзя, - считает политолог.