Одним из самых горячих участков на фронте сейчас район города Константиновка в Донецкой области. И хотя российский диктатор Путин уже заявил о его захвате, на самом деле там продолжаются ожесточенные бои. Что сейчас там происходит, журналист Коротко про узнавал у военного эксперта Александра Коваленко.
Под Константиновкой 40-тысячная группировка врага
- Чем нам так важна именно Константиновка тактически и стратегически?
- Потому что она играет очень важную роль именно в истощении российских оккупационных войск. Основная ее задача – это сейчас как раз истощение россиян. И на пути к Краматорско-Славянскому плацдарму для нас важно удерживать ее для максимального торможения россиян. И для истощения их человеческого ресурса. Особенно на фоне того, как мы пытаемся масштабировать логистический локдаун в южной оперативной зоне. Соответственно, постепенно пытаемся переносить его на восточную оперативную зону.
Константиновка – тормозной элемент, который не позволяет россиянам двигаться быстрее и заставляет тратить больше ресурсов, замедляя их дальше на фоне ухудшения ситуации на значительно большем плацдарме. Потому что Константиновка - фактически 30 квадратных километров боевых действий с сосредоточением максимального ресурса, из-за чего россияне постепенно теряют контроль над плацдармом в 65 тысяч квадратных километров.
- Какая группировка врага действует на этом участке фронта?
- Россияне сконцентрировали там подразделения 8-й общевойсковой армии, а также 3-й армейский корпус. Это примерно в среднем 40 тысяч личного состава на всей локации Константиновского направления. И вдвое меньше, чем было на Покровско-Мирноградском направлении, где было сосредоточено до 80 тысяч человек.
- Что сейчас действительно происходит в Константиновке? Путин, российский Генштаб и российские паблики утверждают, что она уже захвачена.
- Сейчас там отсутствуют зоны контроля россиян, которые можно именно так называть, но есть зоны инфильтрации, где примерно 130–140 человек личного состава врага.
Путин врет о захвате Константиновки, чтобы поразить Запад
- А почему начальник российского Генштаба Герасимов докладывает Путину о полном взятии города сейчас?
- Таким образом они пытаются поразить Запад, продемонстрировать им то, что они могут продолжать наступательные действия. Отсюда и ложь о захвате Константиновки и дальше всей Донецкой области. Мол, «СВО идет по плану». Путин накануне вообще заявлял, что они с начала 2026 года захватили более 3 тысяч квадратных километров, что вообще не соответствует действительности. Сейчас они захватили менее 700 квадратных километров. То есть речь идет о преувеличении реальных результатов почти в 3,5 раза. В то время как в прошлом году, во время весенне-летней наступательной кампании, россияне захватывали за месяц по 450–500 километров.
Путин пытается сейчас ретранслировать побольше информационно-психологических операций, именно таких фейков, манипуляций, для того чтобы как-то преувеличивать результативность российской кампании. И оправдывает свои провалы весенней и нынешней наступательной кампании, чтобы подготовить соответствующую основу для будущих требований к Украине уже на дипломатической арене. В общем, ситуация в Константиновке сложная, но пока называть ее критической я не спешил бы. ВСУ используют опыт, который есть еще с Купянска, Покровска и Мирнограда, и уничтожают большую часть инфильтрантов еще до того, как они доходят до самых окраин города.
- Если инфильтрация такими темпами будет продолжаться, есть ли угроза потери большей части города к осени?
– Такой вариант реален.
– А что может сорвать эти планы врага, чтобы они не захватили город?
- Как вариант, это может быть какое-то неожиданное событие на всем театре боевых действий, которое заставит россиян максимально сконцентрироваться на его решении на одном из участков фронта. Это может быть наше контрнаступление, рейдовая операция, например, в Брянской области или на каком-то другом участке. Поэтому в целом есть варианты, которые могут остановить эти интенсивные инфильтрации россиян в Константиновке. Здесь можно еще вспомнить логистический локдаун, который может возникнуть на востоке и как раз будет касаться перерезания всей логистики, которая идет именно из Донецка.
- Вы упомянули о логистике, а сами оккупанты пытаются взять под свой огневой контроль наши логистические пути поставок через Алексеево-Дружковку. И насколько устойчива наша логистика на этом участке?
- Вся наша и враждебная логистика, расположенная от линии боестолкновения примерно в 30–40 километрах, находится в зоне максимальных рисков. Поэтому назвать ее стойкой невозможно априори, что у окупантов, что у нас. Хотя у них ситуация немного хуже. Потому что, если мы говорим о логистике в 30–40 километрах от линии боестолкновения, это логистика «малого неба», ближняя тыловая зона. А у окупантов проблемы начинают возникать на уровне уже средней тыловой зоны. То есть это уже влияние «среднего неба», это мидл-страйк дроны, которыми мы поражаем дальше чем на 30–40 км.
Не исключено, что из Константиновки придется уйти
- А нам удается прерывать обеспечение передовых штурмовых частей россиян, чтобы минимизировать эти штурмы Константиновки?
- Да, мы влияем на их логистику и успешно уничтожаем материально-техническое снабжение врага. Поэтому русские наступают именно так, как мы можем это видеть. Потому что у них нет каких-то глобальных прорывов и какого-нибудь серьезного наступления. А все потому, что они не получают достаточного количества ресурсов, необходимого для проведения более интенсивных действий. Но это еще не тот уровень, который у нас была возможность достичь на юге Украины.
- Тем не менее Путин считает штурм Константиновки первым этапом наступления на Краматорско-Славянский узел. Насколько Константиновка способна сыграть роль щита и истощить потенциал южной группировки войск России?
- Действительно, у Константиновки есть возможности для остановки российских окупантов на этом этапе из-за максимального истощения и выполнения роли большого препятствия, которое не даст им двигаться дальше. Это первый этап общего сценария по истощению российской группировки на всем Донецком театре боевых действий. Это касалось всей Покровско-Мирноградской агломерации, так это сейчас касается и Константиновки.
От результативности наших действий будет зависеть, сможет ли враг дальше двигаться, остановится ли именно в этой локации, и дальше просто у них не будет возможности для проведения наступательной кампании. А если у них не будет на это сил и средств, то в какой-то момент не будет хватать даже на оборону, все может происходить совсем по другому сценарию.
- Ваш прогноз развития событий вокруг Константиновки в ближайшее время?
- До осени Силы обороны Украины будут удерживать контроль над Константиновкой. Я не думаю, что к концу лета мы ее потеряем, но если мы говорим об общих тенденциях, то в принципе к концу 26-го года я менее оптимистичен. Не исключено, что нам придется уйти из Константиновки, но чем дольше мы будем удерживать над ней контроль, тем больше будем иметь соответствующий профит от ее защиты. И в дальнейшем в вопросах защиты не только Донецкой области, но и всего нашего театра боевых действий.