Из-за затяжной войны, дискуссий вокруг снижения мобилизационного возраста, из соображений безопасности или просто в поисках лучшей судьбы украинская молодежь выезжает за границу. Большую долю реальных и потенциальных мигрантов составляют выпускники, нацеленные на высшее образование в европейских университетах. Только ли рассуждения о безопасности руководят вчерашними школьниками, какие образовательные просчеты могут стимулировать отток абитуриентов, какая судьба ждет украинские вузы - своими мыслями с Коротко про поделился бывший министр образования, президент Национального университета биоресурсов и природопользования Станислав Николаенко.
Зачем столько испытаний, когда идет война
– Сегодня общество обеспокоено проблемой «потерянного поколения». В МОН массовый отток молодежи отрицают. Станислав Николаевич, а каковы ваши наблюдения?
– На Национальный мультимедийный тест зарегистрировалось более 355 000 человек. Эта цифра включает, кроме нынешних выпускников, выпускников прошлых лет, профессионально-технических колледжей, молодежь, которая будет сдавать тесты в специальных центрах за рубежом. В общем, показатель на уровне 2025-го, но на самом деле с каждым годом число выпускников будет падать, уже есть прогнозы, что в следующем году мы будем иметь ориентировочную цифру 250 000. А в годы, когда я работал министром образования (2005 – 2007 гг. - Ред.), на первый курс вступали 650 000 человек, выпускались до 500 000.
- Говорят, что родители многих выпускников, особенно ребят, уже упаковали чемоданы, чтобы отправлять детей за границу после НМТ.
– Просто констатировать факты, разводить руками и гадать, поедут или не поедут, бесполезно. Что мы сделали, чтобы сегодняшние выпускники не уехали, а те, которые за границей, – приехали? Да, объективно имеем войну, имеем угрозы безопасности. Но ведь есть и другие факторы. Мое убеждение, что отдельные деятели, сидящие в Минобразования – так называемые представители общественных организаций, бэк-офисов, грантовых проектов, – просто издеваются над украинским абитуриентом.
Было взвешенное ВНО, теперь горячее НМТ, а в магистратуру целая куча - ЕВЭ (единый вступительный экзамен), ЕПВЭ (единый профессиональный вступительный экзамен), затем на выпуске ЕГКЭ (единый государственный квалификационный экзамен), что-то еще и еще. Зачем столько испытаний? Когда идет война, когда вузам начинает не хватать студентов, зачем правила приема делают ежегодно все жестче?
Если кто-то мне скажет, что таким образом растет качество подготовки абитуриентов, я в это не верю. Ибо на самом деле вижу, как преподаватель, что качество знаний падает. Сложность тестовых заданий поднимают и поднимают, а количество детей уменьшается, поэтому они вынуждены просто опускать шкалу оценивания. Скажем, где раньше была «двойка», сейчас ставят «тройку»…
Из-за проблем с тестами, особенно с поступлением в магистратуру, некоторые выпускники вообще не хотят их сдавать, а едут в Словакию, Чехию или Польшу, где у многих вузах не требуют экзаменов, дают общежития, стипендии. Так же встречает нашу молодежь Венгрия. А мы все время детей будто от себя отталкиваем.
НМТ должно состоять не из 4 предметов, а из 2-х
– Что бы вы предложили?
- Министерство образования должно радикально пересмотреть, упростить условия поступления, сократить их, потому что раньше было 14 страниц, а сегодня уже 120. Национальный мультимедийный тест, на мой взгляд, должен состоять не из 4 предметов, а из 2-х. Для гуманитариев - это украинский язык и история, возможно, еще элементы английского. Для технарей – украинский язык и математика.
Сдавать в один день 4 экзамена в жарком классе или в сыром укрытии во время тревоги – это очень тяжело.
– Студенческая миграция из Украины была и до войны. Не в таких, конечно, объемах, как сейчас, но учиться за границей считалось престижным.
- Тогда это компенсировалось молодежью, приезжавшей извне учиться к нам. У нас было около 53 000 иностранных студентов. Было время, когда в НУБиП учились и американцы на ветеринарном, и поляки. А в 90-х годах было около 700 – 800 студентов из Африки, Латинской Америки, Азии. Некоторые и сейчас хотят приезжать, даже несмотря на войну, но Миграционная служба и Минобразования так выписали правила приема, что это практически невозможно. Например, срок регистрации на поступление одинаков как для украинца, так и иностранца. Но ведь иностранцу это сделать сложнее, нужно разобраться, подготовиться…
Такое впечатление, что Мы и Они существуют отдельно. Мы – это университеты, Они – министерство. Разобщены, вместо того чтобы сосуществовать вместе. Я думаю, в ближайшее время будет смена министра и отрезвление образовательной политики. Тем более что и народные депутаты уже набрались опыта, лучше понимают жизнь.
Два будущих философа – на весь курс
– В прошлом году проходной балл в большинстве вузов составлял130. Это невысокая планка. В этом году она может еще опуститься?
- Балл – это относительный показатель. Балл дается не за фактическую оценку знаний того или иного предмета. Это показатель – «студент в отношении студента». Вы показали лучшие результаты - получили более высокий балл. Я показал хуже – получил меньший. Но это не имеет прямого отношения к качеству знаний и способности человека продолжать обучение. Поэтому не страшно, когда средний балл невысокий. Став студентом, вчерашний школьник все наверстает, если захочет, и таких примеров много. Он не виноват, что в сельской школе слабо преподавали математику, как мог – так и сдал экзамен, но ведь это не тупик, не крест на человеке. Надо, чтобы эмпатия была к абитуриенту, чтобы мы не давили на этих детей, а их поддерживали.
- Как вы относитесь к утверждениям, что из-за демографической ситуации конкуренция между вузами будет жестче, что их количество сократится путем поглощения более слабых?
– Если в стране стало меньше людей, понятно, что и вузов будет меньше. Что касается конкуренции, то это пережеванный "грантоедский" лозунг, что университеты будут упорнее бороться за студента, потому что должны выживать. За какого студента? Как конкурировать с львовскими университетами, харьковскими коллегами? Вот я говорил с родителями из Кировоградской области. У них две дочери, обе учатся на философов в Острожской академии. Два будущих философа – на весь курс! Какое здесь может быть выживание или обучение?
Государству следует реалистично посмотреть на сеть вузов и как она организована, обсудить с общинами, что целесообразно сделать. К примеру, сконцентрировать подготовку философов в Киеве или Львове. Так же по другим направлениям. Это нонсенс, когда госзаказ по специальности дается на 2-3 человека. Нужно, чтобы минимально была учебная группа. А вообще правительство хоть знает, какие нужны кадры, у него есть экономическая стратегия?
В Европе ограничивают максимальные цены на обучение, у нас – минимальные
– То есть реорганизацию вузам все равно придется пройти?
– Я считаю, что да. Однако пускать все на самотек нельзя. И проводить ее нужно не путем замучивания студентов и преподавателей, у которых нет достаточной учебной нагрузки. Когда слышу от "грантоедов", что мы не будем финансировать университеты в зависимости от количества студентов, мы будем платить по какой-то эфемерной формуле «деньги ходят за ребенком», - это полная глупость.
Во всем мире деньги распределяются между университетами в зависимости от количества студентов, научной деятельности, от имеющейся базы - будь то инженерия, будь то информационные технологии или педагогика. У нас на педобразовании давно поставили крест. Южноукраинский педагогический в Одессе уже несколько лет не набирает учителей физики, химии, биологии. В столичном педуниверситете имени Драгоманова 7–8 математиков, 5 физиков, 3 биолога… Как реализовать НУШ в таких условиях?
– А как с естественными направлениями? К примеру, в вашем вузе.
– В прошлом году НУБиП набрал на агрономию 200 студентов по госзаказу и порядка 70 – на контракт. На ветеринарию больше 100 по госзаказу и 60 на контракт. На животноводство и рыбоводство - вместе 120 человек.
Наш университет – один из лучших в Восточной Европе, мы стабильно входим в престижные европейские рейтинги. Но у нас также есть потери. К примеру, по биотехнологиям в прошлом году меньше набрали, чем раньше, по экологии тоже. На экологию сегодня додумались третий экзамен ставить в магистратуру и проходной балл не менее 150. Зачем? Почему нужно вводить ограничения на бухгалтерский учет, на экономику? А еще поднимают стоимость контрактного обучения.
Специальным, простите, не совсем разумным постановлением Кабмин установил минимальные цены на престижные специальности. У нас на бухгалтера, на информационщика, на экономиста и юриста сельскохозяйственного профиля цена будет 74 000 на бакалавра и 90 000 на магистра в год. В университете им. Шевченко – более 100 000 грн.
Украинский учитель получает в год в среднем 130 000 гривен. Как он сможет заплатить за обучение ребенка 70 тысяч? А еще 15 тысяч за общежитие, а еще с собой что-то дать... В Европе вузам ограничивают максимальные цены, чтобы не брали больше, а у нас минимальные – чтобы не меньше. Такое впечатление, что в правительстве закрыли глаза, уши и живут в каком-то параллельном мире.
Миграция – это нормальное явление, проблему могут составлять только масштабы
- Президент НАУ Ксения Семенова предположила, что вузы частично будут выживать за счет того, что выехавшая в зарубежные вузы молодежь будет получать «запасной диплом» в украинских.
– Это никакая не новость. Это давно уже реализуется во многих университетах. У нас сегодня с 12 вузами во Франции, Германии, Польши, Чехии заключены соглашения о двойных дипломах. Студент получает диплом и в стране пребывания, и в Украине. Причем это работает уже десятки лет, и сейчас у нас так студенты учатся. Это не массовая практика, но она есть.
– К слову, в странах Европы есть студенческая миграция? Например, чтобы поляки ехали в Германию или наоборот.
– Да, существует. Студенческая миграция сама по себе – это нормальное явление, проблему могут составлять только ее масштабы. Вот, например, сейчас мы учим по своим программам 600 студентов из Китая. Они находятся у себя в стране, наши преподаватели ездят туда. А аспиранты из Поднебесной – это 30 человек - уже учатся на очном отделении и живут у нас. Есть аспиранты из Индии, бывших стран СНГ.
- Демографы больше всего переживают не потому, что выпускники уезжают за границу, а потому, что они там останутся навсегда. Вы верите, что кто-нибудь будет возвращаться?
– Я не верю, я убежден, что большая часть молодежи вернется. За границей тоже есть свои проблемы. В той же Польше, где сейчас у власти президент с националистическими взглядами, в быту на наших детей давят. Большинство иностранных вузов относятся к украинцам дружелюбно, но есть и такие, которые не очень их воспринимают.
Дело не только в этом. Генетически свое – это свое. Вот мой сын, три месяца преподававший в Китае, вернулся и первое, что сделал, когда заехал в Украину, взял кусок нашего хлеба, мяса, выпил нашей воды и говорит, что почувствовал, что он дома. Если наши государственные дела пойдут вверх, а они должны так пойти, дети будут возвращаться. Будет все хорошо!