За четыре года полномасштабной войны России в Украине даже самые активные сторонники «Киева за три дня», скопившиеся в оккупации, приуныли. Все пошло не по плану и не так, не на такое рассчитывали - это оправдания полнейшего хаоса и неразберихи, которые царят сейчас на оккупированных территориях Украины. Коротко про – об итогах последних четырех лет в оккупации на примере Донецка.
Все только о войне
Иллюзий не осталось ни у кого, разве что местная пропаганда и «блогеры» натужно вещают о скорых победах, перспективах и процветании. Обещается грандиозное: строительство новых домов и стадионов, возведение нового аэропорта в Донецке, запуск железнодорожного сообщения с «большой землей», развитие туризма (!) и производств.
Все это тяжело коррелируется с призывом «Путин, введи войска!», прозвучавшим еще в далеком 2014-м из уст провокаторов и подхваченным президентом Украины Януковичем. История не знает случаев, когда ввод войск приводил бы к немедленному процветанию этой территории, обычно все наоборот. Так случилось и с Донецком, умирающем с 2014 года, а в 2022-м этот темп приобрел пугающую скорость.
Все в городе сосредоточено вокруг военных. Машины с черными военными номерами могут ехать как хотят и куда хотят, игнорируя ПДД и здравый смысл. Для людей в камуфляже закон не писан, и это не фигура речи: значительная часть аварий на дорогах – с участием «пятнистых». Цены на недвижимость и аренду жилья заточены под большие военные выплаты, и рядовым смертным найти что-то по кошельку практически невозможно. Но после выезда арендаторов в форме обычно необходим капитальный ремонт жилья, доведенного малоадекватными жильцами в форме до состояния развалин.
В суд, понятно дело, никто не идет – словом «дискредитация» из Уголовного кодекса манипулируют аки жонглеры яблоками. Могут и в косом взгляде на пьяного боевика, спящего возле мусорного бака, «дискредитацию российской армии» усмотреть.
Солдаты везде и всюду, все сплошь герои и защитники, только непонятно чего и от кого. Обыватели предпочитают не уточнять.
А чего хотели-то?
Если еще четыре года назад за слово «война» в России давали тюремные сроки («специальная военная операция» и никак иначе!), то сейчас его произносят чиновники из телевизоров и интернета. В Донецке за «войну» пока не сажают, но если надо – повод как бы уже есть. Особенно если кто-то поинтересуется конечными целями «СВО». Слова «демилитаризация» и «денацификация», которые в 2022-м и обозначали вышеупомянутые цели, давно забыты, концепция поменялась, но неизвестно на что. Вроде бы надо «брать Киев», но тут же говорят, что хватит и «всей бывшей Донецкой области». Вроде бы «воюем с НАТО», но одновременно «НАТО не собирается ввязываться»…
Пока НАТО раздумывает, за четыре года «освобожденные» Авдеевка, Марьинка, Соледар, Бахмут, Красногоровка так и не вышли из стадии руин. Зато российские паспорта выдали всем, кого смогли найти в этих руинах. Ни жилья, не компенсаций никому не предоставили. Максимум – вывезли в Донецк и расселили в общежитиях, и то не всех.
В Марьинке, например, осталась только одна жительница, которую отправили в Донецк и предложили самой оплачивать съемное жилье. Пешком дама вернулась в разрушенный город, где и проживает одна, в своем полуразрушенном доме.
Отжим узаконен
С жильем в Донецке вообще все хорошо, даже замечательно. Несмотря на войну, обещают строить новые дома и уже даже начали возводить 20-этажный небоскреб в центре. Местные жители робко интересуются, будут ли владельцы новых квартир бегать за водой к ним во дворы или получат личные скважины. Потому что вода в донецких кранах закончилась аккурат в феврале 2022 года. А цены на будущие квартиры уже озвучены – и это не донецкие, это московские цены. Тем, кто потерял жилье, наверняка это приятно слышать, пусть даже они не могут себе позволить купить даже комнатушку на «вторичке», а бесплатно им давать никто ничего не собирается.
Что касается старых квартир, особенно тех, чьи хозяева уехали, то набирает обороты узаконенный «отжим». Все жилье переводится в российский реестр, а то, что не будет туда занесено, будет признано бесхозным и, вероятнее всего, будет просто раздаваться «нужным людям». Приехать в Донецк законным владельцам жилья практически невозможно: с украинским паспортом попасть в РФ можно только через фильтрационное решето в аэропорту "Шереметьево, а там пропускают хорошо если треть из приехавших. Доверенности на жилье из Украины не принимаются, законные представители не признаются. Тысячи пустых донецких квартир ждут своей участи уже к осени, после завершения периода регистрации жилья.
Только и разговоров, что о воде
Четыре года оккупанты уверяют, мол, как только «освободим» Славянск – сразу будет вода. Видимо, разрушенный канал Северский Донец – Донбасс самовосстановится после этого в считаные часы. Но в последнее время кивки на Славянск поутихли, зазвучали фразы «не очень-то и нужен», а вопросительные взгляды снова направлены в сторону «большой России». Где-то там издох на стадии проекта водовод из реки Дон, на котором было разворовано почти полмиллиарда рублей и даже кого-то посадили. Может, получится новые трубы проложить из Дона до Донецка?
Пока же воды в донецких домах не прибавилось. Кто-то установил себе накопительные баки, кто-то бегает в подвал с баклажками, а кто-то - во двор, где установлены специальные 5-кубовые бочки для воды. Иногда их заполняют (речь идет о технической воде) приезжающие водовозки. Иногда они замерзают (зима все-таки), и тогда все остаются без воды до следующего потепления. Двадцать первый век, четыре года «освободительной спецоперации» - вот такая победа…
Тема воды – самая болезненная для оккупированных городов Донецкой области. В Луганске с этим проблем нет.
Как бы ремонт как бы города
Мертвая «Донбасс Арена», пустые гостиницы, разбитая объездная дорога вокруг стадиона, облагороженные парки – помните, в 2012-м году Донецк принимал чемпионат Европы и блестел как новая копейка? Теперь можно об этом забыть.
Дороги? Их нет. В течение последнего года переложили асфальт на Киевском проспекте, о чем рапортовали чуть ли не ежедневно, и это даже не самая важная дорога для Донецка. Центральные дороги – улицы Артема, Университетская, проспект Ильича, бульвар Шевченко изрядно разбиты, на не менее важном проспекте Дзержинского – заплатка на заплатке. Ямочные ремонты не спасли, снег сошел вместе с асфальтом.
В сильный ветер по городу летают сломанные старые и подгнившие деревья, обычно это 50-60-летние тополя, вымахавшие в 15-20 метров в высоту. В сильный дождь подтапливает подвалы и заливает чердаки не только в старых, но и в относительно новых домах. В жару отлетает электропроводка, в туман перестают работать светофоры. Иногда собирается комбо из всех этих "негараздов", причем все чаще и чаще…
Четыре года в Донецке работали «иностранные специалисты» из Средней Азии – клали заплаты на дорогах, ремонтировали бордюры и немного зданий. Все их усилия не продержались и год.
А вот мост через Кальмиусское водохранилище по проспекту Ильича перестраивают, вследствие чего ежедневные и ежевечерние пробки на других дорогах из-за объезда стали привычной реальностью. Кстати, "блогеры" предлагают видеть в автопробках позитив, мол, посмотрите, сколько машин, как процветает город! Ответы дончан на эти призывы не позволяет опубликовать мораль автора.
Пассажирского транспорта с 2014 года и так стало в разы меньше, а с 2022-го часть трамвайных маршрутов вообще исчезла как вид. Уехать куда-то после 19:00 в городе практически нереально, транспорт вымирает. К услугам жителей – такси по «конским ценам».
А в Сомали еще хуже!
С ценами получилось как-то неправильно. Если кто-то мечтал о том, чтобы все было «как в России», то, в принципе, мечты сбылись. Стоимость коммунальных услуг – как в России, правда, зарплаты почему-то не подтянулись. Подтянулись ценники в магазинах – к московским ценам, а то и выше. Но эти рекорды не радуют жителей, почему-то они недовольны, шепотом поругивают торговцев и власти.
Зато в кафе и ресторанах гуляют ежедневно и еженощно, о комендантском часе уже никто не вспоминает. Мирные люди привыкли не выходить на улицу по темноте, а воякам, как уже было сказано, закон не писан. Они и гуляют: с весельем, драками, стрельбой и приездами военной полиции.
Города образца 2013 года больше нет и не будет. Четыре года «невойны» и восемь лет оккупации превратили его во что угодно: в предместье Воронежа или в аналог какого-нибудь заброшенного города Кадыкчана, но только не в современный мегаполис. Жалобы на то, что «обстрелы не дают нам строить и жить» уже не срабатывают – ипотечные новостройки вот-вот же появятся, значит, для них «климат» благоприятный. А то что воды нет – так это пустяки. «Она вообще немного, но есть, а вот в Сомали ее нет вообще, - на полном серьезе вещает одна местная "блогерка". – Так что у нас еще все хорошо!»
Сравнение с Сомали – пожалуй, лучшая «награда» для оккупированного Донецка уже на пятом году полномасштабной войны. Так столицу Донбасса еще никто никогда не унижал.