Правозащитница Людмила Волынец: Эвакуация детей без родителей – не хаотический процесс, все на учете и под контролем

Куда увозят детские дома и почему иностранцам приходится отказывать в усыновлении

REUTERS/Yara Nardi

Самое страшное на войне – это глаза детей. Внезапно повзрослевшие, но такие растерянные. В них страх, боль, отчаяние и бесконечная надежда на спасение. Детьми переполнены эвакуационные поезда, ибо первое правило для мамы обеспечить безопасность ребенку. Но есть ребята, о которых не могут позаботиться родители.

Как Украина спасает своих детей, «КП в Украине» рассказала сопредседатель Всеукраинской общественной организации «Служба защиты детей», консультант в Верховной Раде Людмила Волынец.

Сверхважно – это сохранить всех

- Людмила Семеновна, какова сейчас ситуация с детьми, рядом с которыми по разным причинам нет родителей?

- Вы, наверное, хотели бы получить обобщенную информацию о том, что произошло в течение горячей стадии войны. Но это, к сожалению, невозможно. Нет сейчас такой информации по всей стране.

Могу только сказать, что почти все области, находящиеся под угрозой бомбежек и ракетных ударов, эвакуируют своих детей. Например, Одесский регион вывез 700 детей, Киев столько же, Луганская область - около 500. С каждым днем эти цифры могут увеличиваться. С мест приходит информация, что пытаются вывезти в безопасные места максимум детей.

- Можно уточнить: речь о детях, лишенных родительской опеки?

- У нас нет сейчас сепарированных групп детей: те лишены, те – нет. Нам сверхважно сохранить всех, чтобы выжили, не погибли или не пострадали. Поэтому эвакуация идет по интернатам. Часть детей имеет родителей, часть нет.

Вы же понимаете, что родители, которые хотели позаботиться о детях,   сами забрали их. Те, которые остались… Сколько детей, столько и трагедий. Отдельных маленьких и просто огромных трагедий.

Это не хаотический процесс

- Куда вывозят детей?

- Вопрос решается по-разному. Главное – удалить из зоны опасности. Кого-то устраивают в Украине, кого-то отправляют за рубеж. Главная страна, принимающая наших детей, это Польша, и мы очень благодарны ей за заботу.

Часть детей перемещается по Украине. Вот вчера, позавчера, позапозавчера из Харькова вывозили в Днепропетровскую область, оттуда – дальше. В том числе и на Польшу. Сегодня эвакуируют из Сум в Полтавский регион.

Людмила Волынец: Эвакуация детей – это не хаотический процесс, не какое-то броуновское движение. Все на учете, все под контролем, чтобы потом найти всех и вернуть домой.

Сейчас я не могу даже назвать, сколько детей пересекли границу. Не до того, чтобы складывать цифры в стройную статистику. Даст бог, кончится горячая стадия войны, тогда будем собирать и систематизировать все информационные материалы. Хочу, чтобы вы поняли: эвакуация детей – это не хаотический процесс, не какое-то броуновское движение. Все на учете, все под контролем, чтобы потом найти всех и вернуть домой, искать родных и близких, если те пропали.

Единственные дети, которых мы не вывозим за рубеж это те, которые прямо сейчас потеряли родителей, и мы не можем понять, что с ними произошло. Ситуации могут быть самые разные. Отец на фронте, мама попала в больницу или не смогла добраться до дома, а ребенок пошел маму искать. Завтра окажется, что мама жива и мечется по всей Украине в поисках сына или дочери.

Для таких случаев создана платформа «Дитина не сама». Также есть платформа «Я ищу своего ребенка», страница «Я нашел своего ребенка…». Координаты есть у меня на странице в Фейсбук. Пытаемся, насколько возможно, что-то делать.

Мы видим просто героические примеры

- Службы по делам детей работают?

- Там, где могут работать, работают. И я сейчас просто преклоняю голову перед этими людьми. До последнего стоят, до последнего спасают.

- А ведь мы раньше так часто их критиковали…

- Мы не критиковали, мы говорили о том, что они плохо обеспечены кадрово, не научены, дезориентированы из-за децентрализации. Но сейчас мы видим просто героические примеры. И не только со стороны служб. Родители-воспитатели, приемные семьи, просто люди бросаются на спасение детей. Одни их готовят к эвакуации, другие занимаются документами, оформляют транспорт. Работают люди, работают!

- У вас на странице много обращений от людей, которые хотят взять к себе ребенка. «Есть своих трое, возьму еще двух», «Готовы приютить мальчика и девочку»… Комментаторы не боятся оставлять в открытом доступе свои личные телефоны. Этот порыв может быть реализован?

- Желание людей помочь – это очень дорого. Но оно может быть реализовано в том случае, если возникнет потребность рассеять детей по семьям. Сейчас важно не желание людей взять ребенка, а первичная потребность ребенка. Поэтому все, которые готовы дать приют, регистрируются на чат-ботах. И ситуация такая: если отбомбили Харьков и там нашли детей, то будут искать семьи в ближайших безопасных районах о оформлять детей, как требует порядок.

Мы не можем пойти по принципу: на тебе ребенка, на тебе ребенка и тебе тоже дадим просто так. Завтра мама будет искать кровиночку и сойдет с ума от горя.

- Ну, и, наверное, остается риск, что ребенок может попасть к плохим людям? Ведь и в войну они никуда не делись.

- Безусловно. Остается угроза жестокого обращения с ребенком, педофилии. Война не снимает такие риски, даже усиливает их.

Зарубежное усыновление сейчас невозможно

- Вы писали, что много обращений от иностранных граждан с просьбой дать ребенка на усыновление.

- Да, много желающих усыновить. Но все ждут маленьких детей, ждут здоровых и со статусом. Я не буду говорить, какие страны обращались, но просьба одна: присылайте нам сирот, мы будем их усыновлять. Особенно «свежих» сирот – которые вот сейчас потеряли родителей.

Люди дорогие, усыновлять сейчас вы не сможете. И нет у нас отдельных сиротских групп, которые подлежат усыновлению. Это невозможно сейчас сделать.

Людмила Волынец: Мы не можем пойти по принципу: на тебе ребенка, на тебе ребенка и тебе тоже дадим просто так. Завтра мама будет искать кровиночку и сойдет с ума от горя.

Пожалуйста, принимайте наших детей, помогайте им, но поймите, что в такое трудное время Украина не отказывается от своих детей, она их прячет от войны. Война не означает что любой, кто находится за границей, может нашего ребенка просто так себе взять. Есть правовой порядок и у нас, и в зарубежных странах, как усыновляются дети. Его нельзя поменять.

Как мы можем принимать решение передавать ребенка в другую семью, пусть даже очень обеспеченную, когда не знаем, что с его мамой и папой, ищут ли его другие родственники? Есть общепринятые человеческие стандарты. Если сейчас мы их нарушим, то завтра получим упрек, что Украина отказывается от своих детей. А это неправда.

- Комитет Верховной Рады, который занимается вопросами детства, работает? Многие считают, что наши депутаты разбежались.

- Неправда! Сколько же у нас всего этого наносного, нехорошего. Скажу вам так: есть те, которые сбежали, и те, которые не спят 14-е сутки. Рада работает, но сейчас не столько народные депутаты, сколько правительство должно справляться с тем, что падает. В правительстве не спят, не спят в Минсоцполитики, не спят в службе по делам детей.

Сейчас не время для свар. Сейчас время для объединения. Так и работает система. Кто-то вывозит детей, кто-то готовит нормативные документы, кто-то их принимает. Мы прожили две недели в этом аду. Сейчас самое важно вывести детей из-под угрозы бомбежек.

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ

Если ваш ребенок потерялся, если вы видите одинокого ребенка, если хотите приютить ребенка в семье, если знаете международные организации, которые готовы помочь украинским детям, пишите в Телеграм бот @dytyna_ne_sama_bot - "Дитина не сама».