Исполнилось 100 лет со дня рождения поэта и барда Александра Галича

"...Спаси от ненависти, мне не причитается она".

Александр Галич умер в эмиграции в 59 лет и похоронен под Парижем. Фото: globallookpress.com

Александр Галич родился из магнитофона с бобинами - модного девайса середины шестидесятых. Нет, физически он появился еще на полвека раньше, в 1918 году и, до того как стать диссидентом, был востребованным сценаристом, лауреатом престижных премий и автором целого ряда по-своему прекрасных песен. Например, этой, из кинофильма "На семи ветрах": "Сердце, молчи, в снежной ночи. В поиск опасный уходит разведка…"

Но Галича принято разделять на официальную и неофициальную части, поэтому по случаю юбилея говорят о другом: "писателе, находившемся на вершине писательской номенклатуры, но нашедшем в себе мужество отказаться от благополучной жизни и выбрать свободу", - как пишет о нем Википедия.

"РАЗОБРАЛИ ВЕНКИ НА ВЕНИКИ"

Каждому времени - свой формат. Формат сегодняшнего дня - посты в соцсетях. Формат шестидесятых - песни на магнитофонной ленте. Галич, Окуджава, а потом  еще и Высоцкий восполняли советскому гражданину потребность в актуальной литературной повестке. Ее место занял самиздат, а в большей степени - магнитофонные записи. Эти записи были неофициальными, сделанными на квартирниках. Как вспоминала правозащитник Людмила Алексеева (она устраивала Галичу первое такое выступление), в небольшой комнате на 18 квадратных метров собиралось под пятьдесят человек (!). Перед исполнителем ставили бутылку дорогого коньяка (Галич мог петь, перемежая выступление выпивкой). Особенно никого не стеснялись. Все это походило на веселую игру.

Единственный живой концерт и одновременно с ним  рождение новой звезды, о которой узнали все, пришлись на 1968 год, когда Александр Аркадьевич выступил в Новосибирске на фестивале авторской песни.

Разобрали венки на веники,

На полчасика погрустнели…

Как гордимся мы, современники,

Что он умер в своей постели!

Умением сказать вслух то, о чем думали все, он поразил многих. Ему аплодировали стоя. Там же, конечно, прозвучала его "Облака плывут в Абакан", ставшая визитной карточкой. Относительно недавно эту песню перепел рэпер Баста, когда еще назывался Ноггано. Сегодня, как утверждают знатоки, Галич вновь на волне, что ни фраза, то приговор нашему времени.

"Я Ж НЕ ЗНАЮ, КТО ЖИВОЙ, А КТО МЕРТВЫЙ"

Если призадуматься, многие строки Галича покажутся весьма сомнительными. Но афоризмы ушли в народ и цитируются даже теми, кто не считает себя большим ценителем его творчества. "Ну, являюсь на службу я в пятницу, посылаю начальство я в задницу". С удивлением выяснила, что и я цитирую Александра Аркадьевича, особенно когда приходит задание к пятнице сдать текст про Галича. Соответствуя случаю, надо бы написать парадно. Но, помимо воспевающих Галича литераторов, я хорошо знаю других людей, которые Галича не то что не слушали - а искренне презирали, называя "фальшивым, как и его аккорды". Из уважения и к тем, и к другим следовало бы промолчать. Ведь и презиравшие не менее правы, чем восхищавшиеся.

Галича не любили за то, что он, будучи 1918 года рождения, не воевал. За то, что кукольные страдания выставляются за героизм. Вместо пули на передовой уже в тридцать лет он получил все, о чем только можно мечтать. Пиком удачи стала картина "Верные друзья", вышедшая в 1954 году. В 1970 году на весь Союз прогремел фильм "Вас вызывает Таймыр", поставленный по пьесе Галича. Зарабатывал кучу денег, был принят во всевозможные союзы: и писателей, и кинематографистов...

Шестидесятники жили интересной жизнью. Играли в кошки-мышки, ожидая, что вот-вот к ним в дом ворвутся и начнут выбивать зубы. Когда никто не врывался, дулись и обижались. Сами же предавали - Галича исключили из союзов писателей и кинематографистов единогласно.

У каждого своя мера страданий. У кого-то - пуля за бараком. Кому-то - полтора года, проведенные без заоблачных гонораров. Но, в общем, было бы преувеличением сказать, что он в одночасье потерял все. По свидетельству Алексеевой, квартирники обеспечивали ему "очень неплохие заработки". "Но недавно случилась история, я купил радиолу "Эстония"… Ну, черт-те что... Кому смешно, мне не смешно. А вам смешно?" - пел Галич в "Балладе о прибавочной стоимости". Эти строчки оказались пророческими. Что и говорить, получилось черт-те что, правда, вместо радиолы "Эстония" фигурировал более совершенный агрегат под названием "Грюндик".

В семидесятых Галичу предложили уехать за границу насовсем. Что он и сделал. Во Франции работал на "Радио Свобода", именуя его "несвободой". Пел песни, давал концерты. Смерть может прятаться в конском черепе, как у хрестоматийного Вещего Олега. Или  в коробке музыкального проигрывателя "Грюндик". Александр Аркадьевич умер от удара током, подключая агрегат, с покупкой которого надеялся записывать свои песни дома. И до сих пор не утихают попытки выдать эту смерть за спланированное убийство. Но, к сожалению, ее символичность не позволяет усомниться в ее нерукотворности. Был Галич, были песни, и был бард, которого можно назвать лучшим сатириком своего времени. Но время вышло. 

Памятную доску поэту установили всего несколько лет назад.

В тему

Искал и не нашел дом в Днепре, в котором родился 

Первые годы жизни барда прошли в смутное время между войнами и революциями. 

Скорее вопреки, чем благодаря - так можно смело говорить о самом факте рождения будущего поэта. Его мать, Фейга Борисовна Векслер, происходила из зажиточной еврейской семьи, владеющей в Екатеринославле фабрикой. Отец, Арон Самуилович, хоть и принадлежал к уважаемому роду Гинзбургов (благодаря дедушке - известному в городе детскому врачу), но по статусу был не ровней Векслерам. Но, несмотря на неодобрение со стороны родителей, пара гимназистов начала встречаться (ей было 14, ему 16 лет). При этом влюбленные твердо решили жениться сразу после окончания учебы. Помешала война. Арон был призван и честно отслужил на Западном фронте почти три года. Фейга ждала, казалось бы, сердца родителей должна была смягчить такая преданность. Ан нет, и Векслеры, и Гинзбурги стояли на своем - свадьбе не бывать! Молодым ничего не оставалось, как сбежать из города, там оформить отношения и выждать несколько месяцев, пока родительский гнев утихнет. Так и сделали, а вернувшись, добились прощения и разрешения жить вместе. Впрочем, вариантов было мало, Фейга уже была беременна. Молодые поселились в первом кооперативном доме Днепра, построенном самими жильцами. Это было скромное четырехблочное деревянное строение по адресу Казачья, 74.

Первое жизненное испытание Саша пережил, даже не догадываясь, что там, за пределами его колыбельной, происходит что-то судьбоносное и страшное.  Через месяц после его рождения город стал эпицентром боевых действий.  Австрийцы, контролировавшие эту территорию Украины при Скоропадском, с боем отдали власть петлюровцам, те - большевикам. В эти дни в городе появились непредсказуемые махновцы со своими черными флагами. В общем, власть менялась чуть ли не каждый день, на улицах были слышны выстрелы, а в пригородах "работала" тяжелая артиллерия. Был риск и еврейских погромов… К счастью, напасти обошли стороной семейство Гинзбургов. Любопытно, но по воспоминаниям близких в эти дни Фейге и Арону настойчиво предлагали уехать в немного более спокойную Европу, благо родственников во Франции и Польше у семейства хватало. Но они остались на родине, вот только решились на переезд внутри страны. Сначала в 1921 году в Симферополь, а затем в 1923 году - в Москву.

Уже в зрелом возрасте, на пике славы Александр Галич не раз бывал в Днепре. И в каждый свой приезд пытался найти дом, где появился на свет. Мешали то нехватка времени, то недостаток информации о самом здании. Подобных в городе было несколько. Со временем некоторые были разрушены, другие перестроены. Говорят, что бард так свое родительское гнездо и не увидел. Но уже перед эмиграцией передал через родственников просьбу - обязательно его найти. Сделали это всего несколько лет назад местные краеведы. То ли это здание считается "домом Галича" (о чем свидетельствует установленная на нем мемориальная доска) или одно из четырех строений-"близнецов", построенных в одном месте и в одно время, с уверенностью сказать сложно. Да, наверное, это не настолько принципиально…

Родители увезли маленького Сашу из Екатеринославля когда ему не было еще трех лет.

Кстати

Дату рождения изменили ­из-за Пушкина 

В официальной справке, выданной Екатеринославским раввином, датой рождения Александра Гинзбурга (настоящая фамилия барда) указано 20 октября 1918 года. Но после того как в 1923 году семья перебралась в Москву, день рождения Саши отмечали 19 октября. Все дело в том, что старший брат его отца Лев Гинзбург, по чьему приглашению они и переехали в Москву, был известным литературоведом-пушкинистом. А 19 октября - день открытия Царскосельского лицея, в котором Пушкин учился. Эту дату в доме старшего Гинзбурга всегда отмечали масштабно. Вот и решили "убить двух зайцев" - совместить ее с днем рождения племянника.