Ведущая канала "112 Украина" Анна Степанец: "Состоится ли политический класс как элита - зависит от каждого из нас"

Отмечать дни рождения всегда приятно. Поэтому мы решили отпраздновать трехлетие канала "112 Украина" на страницах нашей газеты. Помогла нам в этом прекрасная ведущая этого канала Анна Степанец.

Ведущая канала «112 Украина» Анна Степанец. Фото: «112 Украина»

"Наш коллектив - не осиное гнездо, мы дружим искренне"

- Анна, в ноябре каналу "112 Украина" исполнилось три года, вы работаете на нем два. Как уживаетесь вместе?

- Уживаемся прекрасно. Каждый из нас чувствует себя частью этого живого, динамичного, молодого организма под названием "112 Украина". Мы существуем как единое целое и всегда во всем поддерживаем друг друга. Это дорогого стоит. 

- Дружите настолько, что и свободное время проводите с коллегами?

- Команда у нас супер! Это не союз людей, которые держат нейтралитет, а за спиной ножичек, ведь в творческих коллективах это сплошь и рядом. Мы дружим искренне. Встречаемся вместе выпить чаю или сухого вина, когда позволяет время.

- Вы работаете в прямом эфире, когда нет возможности перезаписать, исправиться… Казусы случаются?

- Прямой эфир - это всегда риск форс-мажоров. Мы же понимаем, в каком прекрасном городе живем, какие у нас сумасшедшие пробки и как часто гости могут опоздать на эфир. Были ситуации, когда мы просто общались с ведущим, обсуждали какие-то важные темы, потому что наш гость не мог приехать. Благо в таких ситуациях есть замечательный вариант - общение со зрителями. Зрители всегда спасают. 

- Бывают ли противоречия с вашими коллегами в эфире? 

- Противоречий не может не быть, иначе мы бы не были живыми людьми. Конечно, у каждого есть свое видение. Противоположности должны взаимодействовать, должны встречаться в одном эфире. И когда ты можешь конфликтовать и правильно выстраивать диалог - это здорово. Конфликт дает развитие.

"Журналист - это всегда и артист, и спецагент" 

- Что делаете, когда ваши гости говорят совсем не то, о чем их спрашиваете? Часто таким грешат депутаты и политики.

- Да, к сожалению, политики очень редко отвечают на четко поставленный вопрос. Например, спрашиваешь у политика: "Почему вы не смогли сегодня убрать снег в Киеве?" И он рассказывает тебе обо всем, что знает о снеге. Это, конечно, печально, но задача ведущего в том и состоит, чтобы возвращать гостя к теме. Хотя это очень сложно. Мы прекрасно знаем, что с нашими политиками работают политтехнологи, они их тренируют, как вести себя, говорить то, что партия написала, они об этом сами признаются после эфира. 

- Не обижаются потом, что не дали сказать им то, что они хотели?

- По-разному бывает. Иногда говорят: "Я к вам со всей душой, а вы мне задаете не те вопросы, которые я хотел услышать". Я не стремлюсь кого-то загнать в угол или сознательно прессинговать. У меня есть одна цель - услышать ответ на заданный вопрос. Иногда на это, оказывается, можно обижаться. 

- Вы как-то говорили, что журналист - это всегда артист. Что вы имели в виду?

- Журналист - это всегда и артист, и спецагент. Если речь идет о телевизионной журналистике, безусловно, журналист должен быть артистом, он должен уметь заинтересовать. В чем параллель? В том, что, ведя беседу со своим гостем, вы должны четко понимать, как он мыслит, каковы его мотивации, так же как актер, входя в роль, пытается войти в состояние своего персонажа. Журналист должен понимать, что собеседник может вам ответить, где он может вообще уйти от ответа, а где может солгать. Это по сути работа с ролью. Работа - очень непростая, но никто не говорил, что будет легко. 

- Новостей в вашей жизни очень много. Как вы от них абстрагируетесь?

- Лучший способ - не смотреть новости (смеется). 

- Получается?

- Иногда это просто необходимость. Перенасыщение бывает такое, что нужно просто побыть в тишине, послушать самого себя. Это помогает. 

- Вы сами телевизор смотрите?

- Смотрю. Ведь важно фиксировать тренды, которые присутствуют сегодня не только на украинском телевидении, но и на телевидении других стран. Всегда смотрю CNN. Очень редко позволяю себе какой-то глупый сериал, это тоже помогает абстрагироваться. 

- Чувствуете ли вы себя популярной?

- Когда человек чувствует себя популярным, это уже диагноз, мне кажется. Мы все хотим, чтобы нас любили, это потребность каждого человека. Но важно, чтобы желание нравится не переходило определенную черту. 

- В соцсетях вы активны? 

- Есть какие-то позиции, которые ты не можешь озвучить в эфире. А в Фейсбуке можно говорить о том, что рвет тебя изнутри. Поэтому соцсети - это возможность поделиться, услышать отклики. Я внимательно читаю комментарии, дискутирую с подписчиками, веду диалоги. Это часть моей жизни. 

"В подтяжках всегда чувствую себя подтянутой"

- Кто создает ваш имидж в кадре?

- У нас потрясающие стилисты и гримеры. Они искренне стараются, чтобы мы были красивы, а мы ценим и с большим уважением относимся к их труду. 

- А почему вы все время в подтяжках?

- Сейчас без подтяжек. Они у меня в сумочке (смеется). Это мой оберег от сглаза и негативной энергии: надела их, и защита установлена. В них всегда чувствуешь себя подтянутой. Для вечернего эфира, где нужен драйв, постоянная концентрация внимания, подтянутость очень важна. А подтяжки держат.

- Кстати, про обереги. Один из ваших поклонников передает вам такое пожелание: когда идете на эфир, надевайте все обереги, какие только есть, потому что в таком паноптикуме можно такого нахвататься, что никакой мольфар не поможет. Берегите себя, вы нам нужны. Что бы вы ответили?

- Низкий поклон за такие теплые слова и заботу. Что касается энергии, это правда. Люди, которые идут в политику, часто несут жесткую энергетику, иначе туда не пробьешься. С некоторыми людьми общаться очень непросто. Но лучше всяких оберегов - энергетика наших зрителей. Они - барьер от всяких негативных влияний. 

А вот что касается политиков, они, как правило, все приходят с оберегами - красными нитками, повязанными на запястье. Причем некоторые сами едут в Израиль, ходят с этой нитью вокруг гробницы Рахили, обматывают ее нужное количество раз, еще и привозят своим соратникам. Есть народные депутаты, которые такими красными нитями обеспечивают целые группы в парламенте. Так что здесь мне еще надо поучиться.

- Как думаете, доживем ли мы до того времени, когда наша политическая элита перестанет быть так называемой? 

- Элита - это способность жить в будущем. Почему все великие учителя с людьми притчами говорили? Они умели жить в будущем, умели оттуда брать колоссальнейшую, стратегическую для развития социума информацию и доступно ее подавать. Это и является признаком настоящей элитарности. В Украине такие люди есть. Просто мы их не видим в политике. К сожалению, система себя защищает, они не могут туда пробиться. Один или два дестабилизирующих элемента не могут ее изменить. Поэтому состоится ли политический класс как элита, зависит от каждого из нас. 

О ПРОФЕССИИ  

- Как вы, международник по образованию, попали в журналистику? Не ошиблись в выборе?

- Я учусь ни о чем не жалеть в своей жизни. Ты сделал выбор, есть здесь и сейчас, и это настоящее нужно любить. Это был абсолютно осознанный выбор, я просто поняла, что ничем другим заниматься не смогу. Я писала свою диссертацию в Германии, которая была посвящена немецкому гражданскому обществу. Это был 2004-2005 год, Оранжевая революция. И однажды украинская диаспора обратилась ко мне с просьбой взять комментарии у наших экспертов-политологов по поводу ситуации в нашей стране. Тогда и поняла, что мне это гораздо интереснее, чем сидение в чиновнических кабинетах. 

- Остаться работать в Германии не думали?

- Думала, и были такие возможности. Но я безумно скучала по Украине и понимала, что долго быть в отрыве не смогу. Не знаю, к счастью или сожалению, но это так. Многие мои знакомые, которые там живут, и с которыми общаюсь и сейчас, сочувствуют нам, говорят, что в Украине нет никакого развития. Но я думаю, что у нас шансы есть.