"Зыкина собиралась прожить до 120 лет"

Духовник певицы откровенно рассказал о дружбе с ней.

К отцу Гермогену народная артистка относилась по-матерински и даже земляникой кормила с ложечки. Фото: Личныи? архив отца Гермогена

7 лет назад ушла из жизни легендарная певица. В последние годы она сблизилась с уральским священником отцом Гермогеном (в миру Юрий Еремеев).

"Это сущая выдумка, что она много пила"

- Отец Гермоген, когда вы познакомились с Людмилой Георгиевной?

- В Вюнсдорфе в 1990 году. Я служил в 20-й армии группы советских войск в Германии и пел в военном ансамбле. К 45-летию Победы проводился большой концерт военных коллективов. И я пел песню "Растет в Волгограде березка" Людмилы Георгиевны. После концерта я, взволнованный, ждал, когда смогу взять у нее автограф. А она издалека меня заметила и говорит: "Чего это ты мои песни воруешь?" Но потом сказала: "Да ты так здорово спел! Приезжай ко мне в ансамбль!" Потом я вернулся домой и был рукоположен в дьяконы. А где-то глубоко в душе у меня свербело, что надо встретиться с Зыкиной, она ведь пригласила. Прошло несколько лет, прежде чем я осмелился предстать пред ее очи. Я позвонил, пригласил ее в Екатеринбург с концертами. Там за кулисами мы встретились как старые друзья. 

- Как стали ее духовником?

- Зыкина однажды захотела исповедаться и причаститься. Спрашивает: "Как приготовиться?" Я ей подсказал, и то ли она где-то упомянула об этом, то ли еще как люди узнали, стали говорить, что Гермоген - духовник Зыкиной.  

- Приходилось развенчивать мифы о ней?

- Да, говорили, что она много пила. Выдумка! Она знала меру во всем и всегда. Если и выпьет немного, то обязательно хорошо покушает. Похмелья у нее никогда не было. Она работала как вол, когда ей было пить? В день по 2 - 3 концерта. Уйти на покой хотела только на словах, а в уме собиралась прожить до 120 лет.

"Одно ее имя раздробит любой камень"

- Знакомство с Зыкиной помогло  в жизни?

- Однажды я собрался к ней на встречу и у меня случился приступ: камни в почках. Боль такая, что хотелось лезть на стенку. Увезли на "Скорой" в больницу. Сотовых еще не было, а Зыкина ведь меня ждала! Меня положили в общую палату. Цепляясь за стеночку, иду к доктору, прошу позвонить по телефону Зыкиной. Он посмотрел на меня как на сумасшедшего, но разрешил. "Ты где? В больнице? В какой?" - услышал я в трубке. Как за родного ребенка, Людмила Георгиевна за меня переживала. Дал трубку доктору. Он сидел за столом и вдруг встал вместе с трубкой и говорит: "Не беспокойтесь, все хорошо". Я не успел дойти до палаты, как подбегает медсестра и ведет меня в другую - отдельную. Через пару часов мне делают дробление, которого люди по три месяца ждут. Я потом у доктора спросил: "Ну что, получилось с камнями?" А он в ответ: "Да у вас такая покровительница - одно ее имя раздробит любой камень" (смеется).

- Как узнали о ее смерти?

- Мне позвонили журналисты и говорят: "Вы, наверное, уже в курсе печального события?" У меня ноги подкосились. Виделся с ней за двадцать дней до этого. В Москве, в ресторане "Метрополь", мы поздравляли ее с юбилеем. Она всех вспомнила, всех поблагодарила. На похоронах я как священник шел впереди гроба и совершил литию на кладбище.

СТОП-КАДР

Земляника для легенды

- На одной из ваших совместных фотографий Людмила Георгиевна угощает вас чем-то с ложечки. Чем?

- Это мы в 2002 году с ней поехали в Каменск-Уральский. Там по обочинам дороги бабушки продавали грибы и ягоды. Мы остановились. Людмила Георгиевна говорит: "Ой, умираю, как хочу земляники!" Я побежал к одной бабушке: "Продайте ягоды вместе с ведерком". Она сначала ни в какую. Тогда я говорю: "Это для Людмилы Зыкиной, она в машине". Бабушка мне: "Да ладно врать-то!" И в этот момент Людмила Георгиевна открывает заднее окно. У бабки рот как раскрылся, так и не закрывался больше (смеется). После этого все-таки уступила землянику с ведерком. Мы всю дорогу потом хохотали. А в Каменске-Уральском Людмила Георгиевна поела землянику и говорит мне: "Открывай рот!" Вот так она меня с ложечки и стала кормить.