"Две бригады скорой сказали, что дочь мертва, но я ее откачал"

Папа упорно делал искусственное дыхание трехлетней крохе, пока у девочки, наконец, не появился пульс.

Только благодаря папе Руслану Олеся выжила. Фото: личный архив Руслана Оданца.

Руслан и Анастасия Оданец из Днепропетровска уже больше месяца борются за жизнь своей малышки. Банальный, казалось бы, несчастный случай едва не закончился трагически. Но особенно удручает, что на ребенка махнули рукой профессиональные врачи, приехавшие по экстренному вызову, и вместо них реанимационные мероприятия проводил папа ребенка, не имеющий к медицине никакого отношения.
 
Но обо всем по порядку.  
 
Упала, ударилась головой
 
Беда в семье Оданец случилась в канун Нового 2014 года. 31 декабря днем в их доме царила предпраздничная суета: Настя с подругами накрывали на стол, Руслан с другом доделывали кое-что после ремонта - они ведь только месяц назад переехали в новый частный дом с небольшим бассейном на первом этаже. 
 
Детвора - трехлетняя Олеся с пятилетним братиком Радомиром играли под присмотром 14-летней дочери гостей. В какой-то момент мальчик отвлек "няню", и Олеся побежала к бассейну. Споткнувшись, малышка упала в воду. Позже медики сказали родителям, что ребенка спасло то, что она ударилась головой и потеряла сознание, а уже потом оказалась в бассейне. Иначе могла наглотаться воды, и тогда спасти ее точно было бы невозможно. 
 
- Жену насторожило, что Олеси не было слышно больше пяти минут, и мы буквально сразу нашли ее в бассейне, - с дрожью вспоминает Руслан те страшные минуты. - Мы достали нашу кроху из воды, вызвали скорую, и я начал оказывать первую помощь. 
 
То, что происходило дальше, мужчина рассказывает, еле сдерживая гнев. Медики приехали через десять минут. Проверили пульс у ребенка и - развели руками. Родители умоляли их сделать хоть что-нибудь - укол адреналина в сердце, дефибриллятор! Обезумевший Руслан даже собрался оборвать какой-то электропровод, чтобы попытаться запустить сердце ребенка разрядом в 220 вольт.   
 
- В итоге фельдшер двумя пальцами несколько раз нажал на грудь дочери, а потом  дунул ей в рот. И все, сказали, больше ничем нельзя помочь, - рассказывает Руслан. - Я кинулся продолжать делать Олесе искусственное дыхание и массаж сердца, а медики отталкивали меня от нее, кричали, чтобы я не издевался над трупом ребенка. 
Девочка, которую нерадивые врачи месяц назад "похоронили", уже может сидеть, самостоятельно кушать, выговаривает слова по слогам. Фото: личный архив Руслана Оданца.
 
Врачи давали шанс один к миллиону
 
Спустя пять минут приехала еще одна скорая. Но и они лишь подтвердили слова коллег о смерти девочки и уехали. Все это время Руслан не сдавался и продолжал откачивать дочку. И спустя десять минут после отъезда медиков у Олеси появился слабый пульс. Родители снова вызвали скорую, и в этот раз ребенка забрали в реанимацию шестой детской больницы. 
 
Диагноз, написанный в медицинской карте крохи, ужасал: "Синкопальное утопление в пресной воде. Постреанимационная болезнь, отек головного мозга, мозговая кома третьей степени, симптоматическая эпилепсия. Синдром полиорганной недостаточности: дыхательная недостаточность третьей степени, недостаточность кровообращения второй степени, острое повреждение почек, печени, метаболическая кардиомиопатия, гастроинтестинальная недостаточность". 
 
- Врачи давали нашей малышке шанс один к миллиону, но делали все быстро, профессионально. Я до конца жизни буду им благодарен, - говорит Руслан. 
 
Спустя неделю Олеся вышла из комы, правда, не могла ни двигаться, ни говорить, ни видеть. Девочку отвезли на лечение в Москву, и после месячного курса массажей, физкультуры, капельниц и уколов появились первые маленькие победы: она начала потихоньку двигаться, уже может сидеть, выговаривает слова по слогам. А недавно впервые самостоятельно начала кушать (до этого пищу ей вводили внутривенно). 
 
- Медики говорят, что главные проблемы - с мозгом, - поясняет папа. - Из-за длительной гипоксии до сих пор есть участки с отеками. Но МРТ показало, что инсультных участков  нет, а это значит, что мозг сможет восстановиться. И зрение тоже.  
 
На восстановление не хватает денег
 
В идеале Олесе нужно продолжить восстановление в немецких или израильских клиниках, но тамошние медики называют нереальные суммы: неделя - 10 тысяч евро, а лечиться придется от шести недель до полугода. Супруги уже потратили все, что было, за минувший месяц - на спасение ребенка уходило 300-400 долларов в день. К поиску средств подключились друзья и родственники. Информацию об Олесе разместили в соцсетях, на разных сайтах, на радио. Карточки для сбора денег несколько раз пытались атаковать хакеры, однако родители предусмотрели это - счета в банке находятся под специальной системой защиты. Ежедневно на счет Олеси приходят деньги из Украины, России, Беларуси и даже Германии. Но собранного, увы, все еще мало. Поэтому семья решила пока продолжить лечение в Москве. Второй курс, по словам папы, обойдется приблизительно в сто тысяч гривен. 
 
Олеся с мамой уже уехали, за Радомиром присматривает его дедушка, а Руслан (он - частный предприниматель) хватается за любую возможность, чтобы заработать на лечение дочки. Мужчина уверен, что его дочурка обязательно выкарабкается и сможет вести полноценный образ жизни. Сил у них с женой на ее восстановление хватит, а вот в плане финансов остается надеяться только на чудо и помощь людей. 
 
Видео Елены Соромитько.
 
Пятилетний Радомир очень скучает по сестричке, ведь малыши не разлей вода. Фото: личный архив Руслана Оданца.
 
Важно!
 
Если у вас есть возможность помочь родителям девочки - телефон папы + 38 (093) 493-79-29.
 
Для Украины: 

Приватбанк карта на имя Оданец Руслан Николаевич (отец) 4627 0550 0902 3523

Для России и Республики Беларусь: 

Сбербанк РФ карта на имя Попов Анатолий Анатольевич (дядя) 4276 8380 3819 3464
 
Кстати
 
С фельдшерами разберется прокуратура 
 
На нерадивых врачей скорой помощи Руслан Оданец подал заявление в прокуратуру.
 
- У меня нет цели посадить их - я просто хочу, чтобы таких медиков не допускали к работе, особенно к детям! - говорит мужчина. 
 
В ведомстве пока не смогли сказать что-то конкретное - мол, жалоба только поступила, разбираются. А руководство медиков, выезжавших по вызовам, упорно отмалчивается, ссылаясь на медицинскую тайну. 
 
Однако действия фельдшеров действительно вызывают недоверие хотя бы потому, что они даже не выполнили то, что требуют врачебные инструкции.  
 
- После констатации клинической смерти реанимацию необходимо проводить не меньше часа, вплоть до появления признаков биологической смерти: трупных пятен, полного окоченения. Все это должны были делать медики, однако вместо них реанимацию проводил папа ребенка, что в итоге и спасло девочку, - рассказал "Комсомолке" врач-реаниматолог Игорь Семин.