Людоеду, убившему 19 девочек, носят книжки и показывают кино

Квартира № 357 в панельной девятиэтажке на окраине Новокузнецка заперта и пустует уже 16 с лишним лет. Разве что иногда сюда приходят коммунальщики - то краны проверить, то дыры в окнах заделать. Работник ТСЖ Тамара Гриценко рассказывает нам про нехорошую квартиру, а у самой лицо белое:

 

- Мы всякий раз стараемся как можно быстрее закончить работу и выбегаем на улицу пулей. Гонит не страх даже, ужас. А потом в церковь...

 

Поверить в то, что с квартирой что-то не так, готовы даже те, кто не верит в мистику. Достаточно узнать, ЧТО случилось тут в 1996 году. Тогда в квартире, где тихо-мирно жили 26-летний Александр Спесивцев и его мать, совершенно случайно (сантехники, обходя квартиры, почувствовали странный запах и вызвали милицию) обнаружили двух давно пропавших девочек. Одна была мертва, части ее тела лежали в ванной. Другая, с отрезанными ушами, едва живая, покорно ожидала смерти в соседней комнате. Она умерла в больнице.

 

А вскоре выяснилось, что это были далеко не единственные жертвы чудовища из квартиры № 357. Следствию удалось доказать, что он убил 19 девочек, но есть все основания думать, что жертв было больше в разы. Их одежду, липкую от засохшей крови, выносили из квартиры мешками. Всего - 82 комплекта.

 

А Спесивцев не просто убивал жертв. Он их ел. Пожирал, так будет точнее в отношении этого животного. Одна из соседок по лестничной клетке вспоминает с содроганием:

 

- Я тот день, когда все раскрылось, не забуду. Один мужчина нашел в квартире в куче обуви туфельку своей племянницы - девочки, пропавшей без вести. Ее родители зайти в квартиру не смогли - не было сил... В то время моей дочке тоже было 12. Меня трясет до сих пор: как только Спесивцев тогда мою дочь не заманил, не сожрал?!

 

Людоеда признали невменяемым и отправили на принудительное лечение в психиатрическую больницу специального типа. Мать отправилась по этапу как соучастница (призналась, что помогала чудовищу-сыну убивать девушек!). Свои 

 

15 лет она уже отсидела и живет где-то в Новокузнецке. И, говорят, ждет сына из больницы.

 

 

На днях рабочие местного ТСЖ снова вскрыли квартиру для осмотра и профилактики - проверить, целы ли стекла, работают ли батареи. А по городу тут же разнеслось, что людоеда врачебная комиссия в очередной раз осмотрела и решила выпустить! Вот, мол, и жилье уже пришли готовить.

 

Как выяснила "Комсомолка", на очередном заседании комиссии людоед действительно просился домой. Но его оставили в клинике. Это решение Спесивцев воспринял спокойно. С виду он вообще очень спокойный. А еще, говорят, внешне почти не поменялся за 17 лет- ни одной морщины на лице.

 

- Любит читать, обожает фантастику Рэя Брэдбери, особенно "Вино из одуванчиков", иногда пишет стихи, - рассказала нам сотрудница клиники Ольга Иванова.

 

Волнение людоеда выдают разве что пальцы. Они, как давно заметил медперсонал, любят гладить буковку-татуировку "Е" на руке. Это - не раз всем говорил людоед - память о невесте, Жене.

 

Ее, Евгению Гусельникову, он убил первой. За то, что девушка бросила его. Заманил ее в свою квартиру и пытал почти месяц, пока девушка не умерла. Тогда его разоблачили быстро. С диагнозом "шизофрения" отправили лечиться, а в 1994 году выпустили, так как решили, что он пошел на поправку. Такие ошибки принято называть роковыми.

 

Продолжал ли он мстить Жене или же боролся с какими-то одолевавшими его бесами, точно сказать не может никто, даже врачи. Но он заманивал девочек домой, мучил, потом убивал. У него была подельница, на которую можно было всегда безоговорочно положиться, - мать. Кто из них большее зло - больной человек из параллельного мира или психически здоровая женщина, готовая ради сына на все? Вместе они разделывали тела своих жертв, мясо варили и ели, а кости мать выбрасывала в речку неподалеку от дома.

 

 

Спесивцева признали невменяемым и приговорили не к пожизненному заключению, а к лечению. Сам он все годы отрицает и свою вину, и диагноз, утверждая, что это он жертва, которую оклеветали. На вопрос: "Ты же убивал людей, ел их?" - всегда вскидывается, как бы играя:

 

- Я?!

 

Мать часто звонит и пишет людоеду письма. Каждое заканчивает строчками: "Береги тебя Бог!" Но Спесивцев в бога не верит. В клинике говорят, что за все это время к иконам он не подходил ни разу. Считает, что незачем. Ему и так хорошо. Двухместная палата, стены окрашены в розовый цвет. Сосед - тихий безобидный псих. Добротная кормежка (см. "Меню чудовища"), телевизор, кондиционер. Он не работает. Время коротает за чтением, рисованием и аппликацией. И еще помешан на чистоте. Обожает, когда его моют, стригут, бреют. Ногти на руках и ногах ему стрижет санитарка (острых предметов ему в руки давать нельзя).

 

Мать Спесивцева исправно оплачивает счета за квартиру, где они с сыном творили чудовищные вещи. Надеется, что отпрыск вернется сюда? Врачи по месту жительства людоеда говорят: теоретически такой шанс есть. 

 

 

 

Гречневая каша, творожок, сыр, чай, булка с маслом.

 

 

Суп, мясо с гарниром, салат, фрукты, хлеб, булка с маслом.

 

 

Молоко, булка с маслом.

 

 

Суп, булка с маслом, фрукты. 

 

 

 

Дмитрий ПЛАТОНОВ, зам. главврача Кемеровской областной психиатрической больницы:

 

- Спесивцев - больной человек. Уверен, врачи переведут его на амбулаторное лечение, только если будут на триста процентов уверены в том, что такая форма возможна.

 

Насчет условий содержания - это хорошо, что в больнице они на высоком уровне. Розовые стены - это просто цветовая коррекция: розовый цвет создает благоприятный эмоциональный фон. Это тоже часть лечения.

 

Почему он не работает? В спецклиниках трудятся лишь те, чье лечение включает реабилитацию: шьют простыни, пододеяльники, делают скворечники. Но Спесивцеву ножницы, иголку доверять просто нельзя. 

 

 

 

 

Спесивцев помешан на чистоте. Вряд ли он пытается отмыться от пролитой им крови. Никакого раскаяния он не испытывает. Врачам говорит, что его оклеветали. И живет не тужит. Людоед, насквозь пропитанный кровью своих жертв, сидит в палате, стены которой окрашены приятным розовым колером, почитывает книжки, а неизвестная санитарка делает ему педикюр. Не удивлюсь, если выяснится, что каждый раз она борется с соблазном воткнуть ему маникюрные ножницы в сердце. Потому что происходящее не может уместиться в голове. Страшное преступление осталось, по сути, без наказания. Более того, чудовище, на чьем счету десятки жертв, холят и нежат. Знание об этом заставляет задуматься: справедливости не существует. Но как ее найти? Приговорить Спесивцева к смертной казни, несмотря на его невменяемость? Подвергнуть мучениям? Мне кажется, все это не искупит его вины даже в малой толике. Это будет не наказанием, а лишь ликвидацией зла в чистом виде. Что само по себе хорошо, может быть, но не дает чувства удовлетворения. Спесивцева нужно лечить. Достать его из параллельного мира и сделать так, чтобы он полностью осознал, что сделал. И вот тогда он будет вынужден жить в таком аду, который, боюсь, даже представить невозможно. Это должно стать его наказанием. И если для того, чтобы оно настигло людоеда, нужно делать ему педикюр, пусть делают. Лишь бы сработало.