Анна ВЕЛИГЖАНИНА (30 сентября 2011, 12:49)
Приемная дочь Татьяны Лиозновой: Перед смертью она сказала:  Людусь, спасибо за все... Я ухожу. Я все знаю. Помолимся...

Приемная дочь Татьяны Лиозновой: Перед смертью она сказала: "Людусь, спасибо за все... Я ухожу. Я все знаю. Помолимся..."

29 сентября скончалась режиссер легендарных "17 мгновений весны". Фото РИА "Новости".

29 сентября пришло горькое известие - скончалась уникальный режиссер Татьяна Михайловна Лиознова, снявшая легендарные "17 мгновений весны", "Три тополя на Плющикхе", "Карнавал" и другие хорошие фильмы... Я гостила дома у Татьяны Михайловны, когда она еще не была совсем беспомощна. Еще в 2005-м, 2006-м годах мы через газету объявляли сбор средств на лечение Лиозновой. Читатели "Комсомолки" присылали на счет деньги, и тогда режиссер смогла пройти реабилитацию в центре Дикуля. Татьяну Михайловну я тогда увидела в инвалидной коляске. Но через полгода она снова научилась ходить... Правда, чаще передвигалась с ходунками. А потом годы давали о себе знать. Болела... Но каждый раз рядом с ней я видела очень миловидную женщину - Людмилу Васильевну - заботливую, готовую прийти на помощь. Было видно, что Людмила Васильевна очень набожная. Что она любит Татьяну Михайловну, у которой не было своих детей, она никогда не выходила замуж... Я не сразу узнала, что Людмила Васильевна - приемная дочь Лиозновой. Но раз услышала ее обращение к режиссеру: "мама".  На ее руках Татьяна Михайловна отошла в мир иной... Сегодня я позвонила Людмиле Васильевне. Сдерживая слезы, она немного поговорила...

"Татьяна Михайловна была благодарна "Комсомолке"

- Я вообще-то ни с кем не общаюсь. Только из-за того, что вас видела, и что вы из "Комсомольской правды", которую очень любила и всегда читала Татьяна Михайловна, я с вами несколько минут поговорю...  Ваша редакция присылала Татьяне Михайловне газету (оформила ей бесплатную подписку), она ее читала... И была благодарна вам... Сейчас рядом со мной ее личный адвокат, мы едем решать все вопросы. Это ее личный адвокат, с которым Татьяна Михайловна очень дружила, доверяла ему. Сейчас мне очень тяжело, я в очень плохом состоянии, но отвечу на ваши вопросы.

- Все последние годы вы были рядом с ней...

- Мы вместе больше сорока лет, без малого сорок пять лет. Последние годы Татьяна Михайловна серьезно болела, я была ей опорой. Но я прошу говорить о ней, не обо мне! Как мужественно она жила. С каким достоинством она переносила все в этой жизни. В том числе и болезнь...  Напишите о том свете, мужестве... о любви к Отчизне, Родине, которые у нее были!

Важно, что она не позволяла себе в самые темные времена уходить в какие-то маленькие мирки. До последнего учили стихи - я ей их печатала очень большими буквами. Стихи Пушкина, Блока, Ахматовой. Последняя книга, которую ей читали - это была книга "Детство рая". То есть у нее было постоянное осмысление жизни, а не жизненная суета.

- Вроде бы ей операцию должны были делать?

- Нет. Об операции речи не шло. Ей делали операцию в 2002 году на головной мозг... Потом она болела.

- Я когда ее видела, мне казалось, она иногда заговаривалась...

- Были ситуации, когда ей становилось очень плохо -  это были и болевые шоки, когда она очень плохо себя чувствовала. Но она всегда владела ситуацией. Конечно, более десяти лет болезней таких тяжелых давали знать...

- Как она умирала?

- Очень тяжело...  Но до последнего была в сознании.  Она умирала в сознании. Она очень мужественно умирала. И все понимала.

- Что сказала перед уходом?

- Эти слова были не для всех. Она говорила мне. То, что она мне сказала - это очень личное...  Мне трудно это повторить... (сдерживая слезы). "Людуся, жизнь очень скоротечна, все идет к своему логическому завершению. Ты очень устала, детка. Спасибо тебе". Когда я стала ей что-то говорить, она ответила: "Не надо, давай помолимся. Не надо, я все знаю..."

- Она оставила завещание?

- Да. Чтобы никакой панихиды, нигде ее не выставлять. Отпеть в храме. Похоронить ярдом с ее мамой.... В тот храм она бегала еще девчонкой, жила на Переславке. Это храм Великомученика Трифона. Придет ее школьная подружка, ее ровесница, Наталья Ивановна, она прямой потомок Филатова, из семьи музыкантов.

- А свою квартиру она кому завещает?

- Сейчас неэтично об этом говорить...

"Ухаживать за ней было для меня счастьем"

- Людмила Васильевна, я давно хотела вас спросить - как вы появились в жизни Лиозновой? То ли вы на телевидении работали?

- Нет, я на телевидении не работала. Мое последнее место работы – это ЮНЕСКО.

Ранее я преподавала, еще до защиты диссертации, на журфаке МГУ... Если вам интересно, как я появилась в жизни Татьяны Михайловны, скажу. Мой отец, герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель, Василий Петрович Калашенко, очень давний друг Лиозновой, до последнего они дружили, и он жив! Они были самыми близкими друзьями, очень близкими друзьями. И ко мне, его дочке, Татьяна Михайловна относилась всегда очень нежно, хорошо, по-матерински. И с тех времен у нас как одна семья.

Так что это не с неба!

- Я бы сказала, это небесная судьба!

- Я очень благодарна маме Татьяны Михайловны Иде Израилевне. Я очень трогательно всегда относилась к ней. Она в 78-м году умерла.

- А с вашим папой Татьяна Михайловна по работе встретилась?

- Нет, не по работе это было. Ее друг Марон Владимир Самойлович. Он был директором многих ее картин. Он дружил с моим отцом, они работали над съемками "Красной палатки" Калатозова. Марон был директором на фильме. Отец с ним летал, помогал на северных широтах. Так они и познакомились. И был еще третий "мушкетер" – Валентин Курат, заслуженный штурман полярной авиации... Они все дружили. А сейчас надо говорить о том, что Татьяна Михайловна после себя оставила. Замечательные ее работы....

- Людмила Васильевна, я помню, как вы о ней заботились.

- Для меня это радость, для меня это милость божья! Вы знаете, какая радость, когда Господь дает время сказать человеку спасибо, когда он немощен и болен. Это же радость сказать человеку "спасибо"!

- "Спасибо" ведь и она вам говорила, и вы ей, правильно?

- …Не царапайте душу, нет сил об этом говорить...

- У нее характер потом как-то смягчился. А сначала характер был достаточно жесткий…

- У нее всегда был характер. С характером!  Но без этого не бывает личности. Я по работе занималась особо одаренными талантливыми детьми. И всякий талант – в первую очередь протест против существующего. Это обостренное восприятие мира... Я ей говорила: "Ты у меня как ежик, у тебя очень нежная кожица, и поэтому так много иголок".

- Она вас Людуся, кажется, называла...

- Говорила: "Людуся, дочь моя!" (с улыбкой).

- Я видела, что вы для нее были действительно опорой!

- Слава Богу! Это большая радость для меня. Потому что это - когда в любой момент постоять в этой жизни, по-настоящему поработать душой для счастья. Все, не могу… иду к гробу...

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ