Писатель Андрей Курков: «У Украины пока нет сюжетного развития в сторону хэппи-энда»

Писатель Андрей Курков: «У Украины пока нет сюжетного развития в сторону хэппи-энда»

«Не думаю, что наши политики читают книги»

Людмила: Многие ваши книги, так или иначе, связаны с политикой. У вас не возникало проблем по этому поводу? Возможно, издательства отказывались печатать такие книги, или политики узнавали себя… Юлия Тимошенко, например в «Ночном молочнике»…

- Я не думаю, что Юлия Тимошенко читает книги, как впрочем, и остальные ведущие политики страны. На Украине с издательствами проблем не было, были проблемы в России, но они уже в прошлом.

Непомнящий: Андрей, как вам удалось столько всего предсказать в «Последней любви президента»? Ну ладно какие-то тенденции развития государство – это аналитика, но отравление Ющенко… Мистика какая-то… или просто случайность?

- Я думаю, что любой человек, постоянно смотрящий новости и читающий газеты, понимает логику украинского политического абсурда, а значит, может многое предсказать, или о многом догадаться.

Григорий: Андрей, а вы лично знакомы с теми политиками, которые время от времени узнаются в ваших персонажах?

- Я знаком со многими политиками! За все время только один политиков обиделся на меня, узнав себя в одном из своих романов. Но потом мы все равно вернулись к нормальному общению.

Сан Саныч: Вот недавно в «Комсомолке» прочитал, что футболиста Гусина вызывали в прокуратуру по поводу отравления Ющенко. Спортсмен вроде бы как знакомый знакомого, которые мог бы оказаться под подозрением… Скажите а вас еще вызывали? С таким подходом к делу как у нас, это было бы уже не удивительно. Или в прокуратуре вряд ли читали книгу «Последняя любовь Президента»?

- В прокуратуру не вызывали, а с двумя офицерами СБУ я с большим удовольствием выпил кофе с коньяком и побеседовал по поводу этого романа. Но это была не формальная встреча, а скорее встреча писателя с заинтересованными читателями.

Сергей: В "Ночном молочнике" вы издеваетесь над меценатством - не было каких-то претензий со стороны "толстосумов"? Ни кто себя не узнал в вашем романе?

- По поводу этого романа я еще не получал никакой критики и обратной связи, но буду рад, если наши толстосумы начнут читать.

Владимир: Андрей, в своем романе "Последняя любовь президента" вы по сути предсказали "Оранжевую революцию"... Будет ли продолжение этого романа? И если да, то стоит ли ждать очередного предсказания?

- Я обещал написать вторую часть и, возможно, через несколько лет это сделаю, но сейчас мне меньше всего хочется предсказывать будущее нашей замечательной страны. А предсказывать хорошее пока нет повода. На сегодняшний день нет сюжетного развития в сторону хэппи-энда. Мы зашли в туннель, в конце которого нет пока света.

Ксения: Здравствуйте, Андрей. Прочитала все ваши книги...Спасибо вам за ваше творчество. В моем любимом романе "Последняя любовь президента" автор в конце намекает на возможное продолжение истории. Скажите, планируете писать продолжение этой книги?

- Надеюсь что да!

«От жизни я получаю импульс, а не сюжет романа»

Никита: О чем будет ваша следующая книга, и как долго вам нужно отдыхать, после написания книги? Или вы сразу же беретесь писать следующую?

- Я стараюсь писать без перерывов, хотя после "Последней любви президента" следующий роман "Ночной молочник" начинал три раза! И только с третьей попытки остался доволен тем, что получалось! Сейчас у меня отложен на время в сторону роман "Садовник из Очаково", зимой я поеду на несколько дней в Очаков погулять! Потом вернусь и допишу его! В романе две линии, одна связана с настоящим, другая с прошлым. Линия, связанная с настоящим, уже дописана, но мне не хватает более серьезного знания о жизни Очакова, о 40-х, 50-х годах. Что буду писать после этого романа - не знаю, но чувствую! Это будет что-то очень тяжелое, может оказаться большим по объему и сложное для чтения.

Начинающий писатель: Андрей, как вы определяетесь с темой будущей книги? Вы отслеживаете, тенденции на рынке и пытаетесь спрогнозировать, что лучше продастся? Или пишете только то, что интересно лично вам, а уж потом эта книга становится популярной? В каком возрасте вы начали писать и как вы пришли к тому, что хотите стать писателем?

- Писать стихи начал в шесть лет. Про хомячков, про Ленина, про природу. Прозу в 15 лет начал писать. Первая книга вышла, когда мне было 30 лет. Всегда писал только о том, что интересовало меня. Рыночными тенденциями не интересуюсь до сих пор, но могу предвидеть, как и какая книга будет продаваться. Когда 7 лет писал роман "География одиночного выстрела", то был уверен, что он никогда не будет опубликован. Когда в первый раз его издали в трех томах на русском языке, был удивлен, счастлив и уверен, что его никогда не переведут на иностранные языки. Но в мире хватает сумасшедших, и первую часть этого романа перевели на сербский, в апреле он выходит в Сараево.

Хотел стать писателем, потому что думал, что писатели не ходят на работу. Даже хотел стать не писателем, а членом союза писателей, потому что членство давало право работать дома. Но, как оказалось, дома очень трудно работать, поэтому я в 1993 году купил себе "рабочую" квартиру, и хожу из семейной квартиры в "рабочую" на работу.

Кирилл: Скажите, вы сюжеты для книг берете из жизни, или по большому счету придумываете события и ситуации?

- Я от жизни получаю импульсы, благодаря которым создаются истории и ситуации. Импульсы часто не имеют прямого отношения в результате к той истории, которая получается. Двадцать процентов персонажей я беру из жизни, часто даже не меняя имени!

«Современников перечитываю, а вот свои романы - нет»

САНЯ: Вы много путешествуете, скажите современная литература, относительно хотя бы наших ближайших соседей – развивается, или находится в упадке? Кого из молодых украинских авторов посоветовали бы почитать?

- Из самых молодых посоветовал бы почитать Татьяну Молярчук. Украинская молодая литература выгодно отличается от молодой литературы Польши и России, потому что у нас есть состоявшееся поколение молодых писателей, а у соседей их единицы. Может, поэтому в Польше сейчас некоторые украинские писатели популярнее польских. Например, Наталко Сняданко, Тарас Прохасько и Сергей Жадан.

Розумна: Шановний Андрію, а які книжки читаєте ви? Чи перечитуєте свої твори?

- Свои не перечитываю, но перечитываю с огромным удовольствием Андрея Платонова, Бориса Пильняка и других прозаиков этого времени. Интересуюсь современной украинской и российской литературой. Сейчас много читаю современной мировой литературы на английском языке, так как с прошлого года я стал членом Букеровского комитета.

Маша: Андрей, откуда черпаете вдохновение и как проходит ваш рабочий день? Вы ставите себе какие-то задачи, к примеру, «вот сегодня я должен написать 50 страниц», или что-то в этом духе…

- Я пытался быть стахановцем от литературы 30 лет назад. С тех пор от желания совершать трудовые подвиги я давно уже освободился. В хорошие дни мне удается написать до 10 страниц текста, но больше всего я пишу находясь в зарубежных поездках: в поездах, гостиницах и самолетах. Никто не отвлекает. Еще лет 15 назад у меня был четкий распорядок дня, я писал прозу с 5 утра до 11, потом выходил выпить кофе, после этого возвращался и писал до 4 киносценариев или эссе, а вечер посвящал общению с друзьями и различным тусовкам!

«Детские книги начал писать в тюрьме…»

Света: Почему вдруг решили писать детские книги, и понравились ли они вашим детям, спасибо.

- Детские книжки я начал писать в Одесской тюрьме в 1985 году, когда служил в армии охранником, и недавно, после долгого перерыва, снова вернулся к сказкам! Детям они нравятся, потому что я им каждый вечер импровизирую новые истории, с уже известными им героями, но эти вечерние, на ходу придуманные сказки, я не записываю.

Катя: Расскажите о своей семье! Кто ваша жена? читает ли она ваши книги? А дети читают? Нравится, или критикует? И еще один вопрос: вы кого больше любите - кошек или собак?

- Я больше люблю собак, чем кошек! Когда я был маленьким и жил в Пуще Водице, у нас была овчарка Веста. Собаки бывают умными, а кошки только хитрыми! Жена у меня преподает английский в британском совете, и иногда читает мои книги, но я ей показываю только изданные, а не рукописи. Потому что знаю, что ей не понравится заранее. А дети знают мои детские книги, я им читал их, но сами они не большие читатели.

Саша:  Кто первый читает ваши книги - это родные или может кто-то из критиков?

- Критикам я добровольно ничего не даю! Рукописи иногда показываю двум-трем своим знакомым, которые не имеют к литературе никакого отношения.

«От «пиратов» – не страдаю»

Интересующийся: Руслана Лыжичко вон затеяла антипиратскую компанию - и вродебы Тимошенко пообещала ей разобраться в ситуации, а вы страдаетет от интелектуального пиратства, и если да, то не собираетесь ли в связи с этим что-то предпринимать?

- Я от пиратства не страдаю, сомалийских пиратов не интересуют мои книги. Пиратские издания были в России, в 1992 году 100-тысячным тиражом вышли мои сказки "Приключения Чепухоносиков", были и другие случаи, но никогда не сердился по-настоящему на пиратов, они всегда указывали, кто автор, поэтому я считал такие издания просто рекламными изданиями.

Трубадур: Скажите кризис сказался на вашем бизнесе? И как вы считаете, не станет ли смертельным приговором для вас писателей все возрастающая популярность так называемых "электронных книг", закачал в интернете и читай себе на здоровье в удобном формате?

- Популярность электронных книг - это замечательный миф. Как бы не мечтали, вряд ли кто-то обрадуется, если вы подарите человеку файл с книгой на сидироме. Свое творчество я не считаю бизнесом, бизнес - это продажа книг, а не написание их. Подорожание книг неизбежно, но это не обозначает, что хорошие книги не перестанут покупать. За последние 5 лет цена книги выросла в 4-5 раз на Украине. При этом тиражи не упали.

Аноним:  Андрей, а ведь действительно, почему вы публикуется на Западе больше, чем в Украине? Неужели у нас читают меньше? Или в нашей стране просто тяжелее зарабатывать?

- На Западе мои издатели вкладывают деньги в рекламу моих книг и оплачивают поездки с авторскими выступлениями, да и территориально Запад намного больше Украины.

«Сейчас начинающему писателю намного легче о себе заявить»

Инна Гончарова: Неоднократно приходилось читать в Ваших интервью о самом начале Вашего литературного пути: как сложно было обратить на себя внимание издателей, стать известным и покупаемым автором. Что Вы можете в этом плане посоветовать начинающим писателям или писателям, для которых литературное или журналистское творчество не является основной профессией? Каким должен быть алгоритм их действий на пути к признанию (речь не идет о славе)? Достаточно ли для этого одних способностей или таланта? В каких проектах по поддержке начинающих писателей Вы участвуете?

- Я участвую в конкурсе короткого романа или рассказа "Евроформат", подробная информация об этом конкурсе висит на сайте "обозревателя". Сейчас начинающему писателю намного легче о себе заявить, чем это было в советское время. Главное - понять, к каким издателям обращаться, и не бояться бомбить их е-мейлами, звонками и письмами. Блестящий пример писательницы, рожденной из Интернета - Ирины Денюшкиной. Издатель из Петербурга просто нашел ее рассказы в Интернете, заключил с ней договор, издал книгу и она стала хитом в 19 странах.

Света: Скажите, вы состоите в нацсовете по морали. Недавно вы там приняли решение лишить лицензию телеканал ictv за сериал Леся+Рома. Что порнографического в этом безобидном сериале? И какими критериями вы пользуетесь, чтобы определить нарушения?

- Никто не лишал и не собирался лишать лицензии ни газеты, ни телеканалы. Решение комиссии принимает аппарат комиссии, а не члены комиссии. И их экспертные оценки телепрограмм должны быть доступны всем желающим.

Оксана: Андрей, а правда, что вы собираете старые граммофоны? Почему именно граммофоны, и как вы пополняете свою коллекцию? Есть ли в ней настоящие раритеты?

- В моей коллекции два граммофона и девять патефонов и около 1000 пластинок на 78 оборотов. Среди пластинок есть раритеты. Коллекцию я больше не пополняю, чтобы не превратить квартиру в антикварный магазин. Но старые пластинки иногда слушаю. Особенно прижизненные записи Федора Шаляпина.

«Киев – мой любимый город»

Инна Гончарова: В большей части Ваших произведений Киев является одним из главных действующих лиц. Он незримо присутствует в каждой строке. Иногда,читая, создается впечатление, что идешь вместе с героями по киевским улицам и паркам. Что для Вас значит Киев?

- Это мой любимый город. Это город, который я не только вижу, но и чувствую, как мне кажется. Я давно хотел его возвратить на карту литературных городов-героев. И я рад, что сейчас в Киев приезжают группы из Швейцарии, Франции, Германии и мне звонят руководители групп и просят поводить их по местам, описанным в романах.

Дмитрий:  На какой машине вы ездите? Какая книга принесла вам больше всего денег? На что вы больше всего любите тратить деньги, и часто ли покупаете книги, и каких авторов?

- Езжу на Митсубиси Грандис. Самая продаваемая моя книга - это роман "Пикник на льду". Она переведена уже на 32 языка. Люблю тратить деньги на семейные путешествия и на пиццу для детей. Часто просят! Книги покупаю в основном украинских современных авторов: Сергея Жадана, Тараса Прохасько, Марии Матиос и более молодого поколения.


Онлайн-конференцию подготовили и провели Николай ЛЕЩУК и Сергей ЗАХАРОВ.
Фото и видео Николая ЛЕЩУКА

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт