Сергей Никитин платит Татьяне рубль за стихотворную строку

Сергей Никитин платит Татьяне рубль за стихотворную строку [ФОТО, ВИДЕО]

Роберт: Часто ли Вас просят спеть что нибудь во время дружеских встреч на кухне? Как вы относитесь к такому роду выступлений? Вам больше нравится выступать в больших залах или в маленьких?

Сергей: Мне кажется, что величина зала не имеет большого значения. Главное- твое ощущение и та атмосфера, которую ты создаешь. Нам приходилось выступать во дворце спорта на 12 тысяч человек, в Москве и, скажем, в Киеве, во Дворце съездов, в зале «Украина» - на 3,5 тысячи. Но, как-то через несколько минут, получалась атмосфера дружеской беседы, даже в таком большом зале. Если говорить в среднем, то наш «розмерчик» – это театральный зал, мест на 500-600. Именно там, так сказать, в театральной обстановке, удается достичь наибольшего контакта со зрителем. Вы знаете, вот вчера мы выступали в Харьковском национальном театре, так там была такая тишина и внимание, что впечатление было, что мы с первых секунд настроились на одну волну. А это дорогого стоит!

Татьяна: Вы знаете, Сергей сказал, что все равно, и тут же стал сам себе возражать. На самом деле, все зависит от освещения и звука. И если звук настроен хорошо, то разговор у нас идет не с залом, а с каждым человеком отдельно. И это не концерт, это – разговор с помощью мелодий и стихов, которые мы используем. В этом разговоре есть две неточности: во-первых – не каждый человек, выходящий на сцену – артист. Понимаете? Артист, он, лицедействует, перевоплащается. У нас абсолютно обратная задача – сохранится на сцене такими, какие мы есть в жизни. И это получается рассказ, беседа о жизни, о себе, о зрителе, о том, что мы вместе пережили с помощью стихов. Насчет компании. Там, уж точно не выступление! Мы когда встречаемся с друзьями, мы очень часто поем, и не только свои песни. Мы часто поем любимые советские…Ведь, важно не столько то, что ты поешь, сколько те чувства, которые ты в песню вкладываешь. И если чувства подлинные, то песня обязательно оставляет за собой шлейф воспоминаний.

Сергей: Когда собираешься с друзьями на условной кухне, то, все определяет желание поделится радостью, выслушать мнение, к примеру, о новой песне. Или ты, например, узнал новое имя, нового автора, поэта, тебе и тебе он очень нравится, то этим хочется поделится. Вот так, сейчас, происходит с Борисом Рыжым, мы очень увлечены им последние три-четыре года.

Инна: Расскажите, пожалуйста, как создавалась песня «Александра» из известного всем кинофильма?

Сергей: Ну, вот здесь, был случай чисто профессиональный. Когда фильм был уже готов, смонтирован, озвучен, у режиссера Владимира Меньшова всал вопрос о музыке, меня просто пригласил музыкальный  редактор «Мосфильма» - Нина Бланк, она порекомендовала режиссеру меня, как композитора. Меня привели в просмотровый зал и показали готовый фильм. Я сразу же подумал, о нашем друге, поэте, Дмитрие Сухареве, и когда режиссер поставил задачу придумать песню, которая бы стала лейт-мотивом фильма. Довольно быстро, Дмитрий Антонович придумал «Александру». По началу, режиссер опешил, ведь героиня у нас - Катерина. Причем здесь Александра? Потом, он понял, что это действительно удача, ведь девочка рождается у героини, и в начале, мы видим ее грудным ребенком, а потом проходит 20 лет, и мы видим юную двадцатилетнюю москвичку, которую зовут Александра.

Татьяна: Сереж, нужно уточнить, что Сухарев написал очень хорошие стихи, но они были поэтически ответвленные, и режиссер сказал, что ему хотелось бы что – то, поближе к городской тематике. Но, поскольку Сухарев еще и доктор биологических наук в это время уехал в командировку, и подправить текст, так, как хотел бы режиссер уже не мог. И, честно говоря, не хотел. Поэтому Сергей попросил об этом поэта Юрия Визбора, с согласия Сухарева, конечно. И тогда Юрий Иосифович внес свои коррективы. А когда Сергей писал музыку, мы отдыхали на море. И вышло так, что было много  вариантов песни.

Сергей: Значит, было 6 разных вариантов. Я их показывал и Татьяне, и родственникам, но как то не очень они годились… А сроки были очень сжаты. И, в конце-концов, появился последний вариант, тот, который вы все знаете. И теперь песня стала уже знаковой, популярной.

Элла: В каких странах вам приходилось выступать? Как иностранные слушатели понимают и воспринимают ваши песни? Поете ли вы за границей на английском языке или только на русском?

Сергей: Во многих странах мы выступали, но в основном, это русскоязычная публика. Были, конечно, такие эпизоды, когда, скажем, мы выступали в Париже, в очень большом и престижном зале, где процентов 70 была франкоговорящая публика, но это так сказать особый случай. Также, у нас есть американские друзья, которые нам тоже устраивали встречи с американской публикой, и здесь нам пригодился английский язык. Мы просто перед каждой песней на английском, давали некое поэтическое резюме. Одно знаю точно, поэтический аромат нам удается донести до слушателя.

Татьяна: Еще, мы выступали в Австрии, это был тоже очень значимый фестиваль, туда приглашали по одному представителю с каждой страны и там, организаторы перевели 17 песен на немецкий язык, всем зрителям раздали тексты. Я хочу сказать, что на наши концерты часто приходят люди, которые не знают языка, но они сидят и слушают. Если есть должный уровень мастерства, то они это понимают и эмоционально заряжаются.

Руслан: А есть ли у вас особые предпочтения касательно того места, где вы гастролируете? Есть ли у вас выступление, которое вам запомнилось больше всего, и чем?

Сергей: О предпочтениях сложно говорить, но, что касается Германии, Франции, Америки -  мы почти там не живем в гостиницах, потому что наши друзья и коллеги расселились по всему миру. В основном мы живем у друзей.

 

Татьяна: Мы уже сумели вырастить такую публику, которая приходя на наши концерты, знает правила игры. Дело в том, что наши зрители другого уровня развития, и где они живут это не важно. Люди уже устали от попсы и изголодались по хорошим стихам. А сказать, что запомнилось, я затрудняюсь.

Ирина: Сергей, расскажите о своей первой работе для театра, насколько я знаю, тогда Вы еще учились в университете? Вам приходилось общаться лично с Леонидом Утесовым?

Сергей: Первая моя робота была связана с дорогим нам человеком, которого зовут Петр Наумович Фоменко, он пригласил меня в качестве музыкального руководителя и композитора в театральную студию МГУ на Ленинских горах. Было решено поставить спектакль о Михаиле Светлове, который назывался «Вечер Михаила Светлова или человек похожий на самого себя». Я сочинил несколько песен для этого спектакля. И это был первый опыт профессиональной работы. Именно на этот вечер пришел Леонид Утесов, который  встал посреди зала и сказал: «Я знал Мишу всю жизнь, но вы открыли для меня что-то новое». А потом, через много лет, российское театрально общество устраивало антиюбилей Утесова, в честь 86-летия. Это все было в Центральном доме работников искусств и задуман был веселый капустник. Когда Утесова спросили, кого бы он хотел услышать из поющих, он, почему-то назвал нас с Татьяной. Конечно, для нас это была огромная честь и общение с этим великим человеком запомнилось на всю жизнь.

Влад: Скажите, пожалуйста, как вам удавалось такое длительное время совмещать творческую и научную деятельность? Наверняка вас часто приглашают на, разного рода, фестивали авторской музыки, какой вам запомнился больше всего? Можете ли вы кого-то отметить из современных представителей авторской музыки?

Татьяна: Да, не легкой была тогда наша жизнь… Никаких скидок на работе, из-за того, что мы поем не было, мы были такие же как все. Наши сотрудники, приходя вечером на концерт, знали, что завтра мы наденем халаты и придем в лабораторию. Надо было защитить диссертации. Это конечно стоило напряжения, но песня была в радость, она не была нагрузкой, хотя мы относились к этому проффесионально. При этом, это не было для нас обязаловкой, мы хотели – пели, хотели – не пели. Если бы мы решили остаться в науке, то нужно было бы эмигрировать, дабы заработать на хлеб. 90% наших сотрудников просто выехали и успешно работают за границей. Вот так, в результате, мы стали просто сами себе хозяевами.

Сергей: А, что касается авторской песни, последнее время мы предпочитаем камерные фестивали. В России ежегодно проводится более 600 фестивалей авторской песни, это говорит о многом.

Татьяна: Представьте себе - в Америке, сейчас, существует 4 огромных фестиваля русской авторской песни. В Калифорнии фестивали проводят, в Израиле, то есть эта культура оказалась живучей и востребованной. И 3 года назад в Барселоне был Всемирный слёт российской авторской песни.

Марина: Как вы относитесь к современной литературе? Часто ли вам удается что нибудь почитать? Чему отдаете предпочтение? Дорогие артисты, скажите, пожалуйста, в чем секрет проникновенности вашего голоса?

 

Сергей: На счет секрета, мы сказать не можем. Наверное, секрет в том, что мы всегда старались быть правдивыми.

Татьяна: Булат Окуджава всегда говорил - главное это интонация, если поймана верная интонация, то все получится.
Мы «книгочеи», живем мы читая одновременно несколько книг, и сейчас рвем буквально из рук друг-друга последний роман Улицкой «Зеленый шатер».

Сергей: Многих авторов нам открывают друзья, которые тоже интересуются литературой.

Виктор: Скажите, чему вы себя посвящаете в настоящее время, над чем работаете?Сергей, Вас как творческого человека, что волнует больше всего?
Татьяна, чем Вы занимаетесь помимо музыкального творчества?

Сергей: Вы знаете, давно я уже дал себе, так сказать, некое задание. Я себя чувствую неким посредником, в частности в приобщении людей взрослых и детей, к творчеству, к высокой поэзии. Я продолжаю сочинять музыку к любимым стихам, к разного рода, спектаклям. Меня волнуют внуки и дети. Каждый сознательный гражданин должен участвовать в «очеловечиваемости» молодого поколения.

Татьяна: Вторая моя работа связана с моей жизнью в Италии, там я зарабатываю кое-какие деньги, но это не достойно, так сказать внимания. Самое главное, что я могу заниматься творчеством!

загрузка...
загрузка...

Политика

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

вакансии Донецк работник прачечнойк ночиJim Brown