Тимур Шаов:  Слухи о смерти бардовской песни сильно преувеличены

Тимур Шаов: "Слухи о смерти бардовской песни сильно преувеличены"

Елена:

Все ваши песни светлые и теплые. Поделитесь, пожалуйста, рецептом оптимизма!

А мне думаете легко всегда оставаться оптимистом. Я не знаю, это такой склад характера. Если говорить о средстве — да, есть такое, это моя самая младшая дочь. С самого утра бегает по дому и всех кто находится вокруг заражает положительной энергетикой. Конечно, есть люди, которые остаются пессимистами даже когда вокруг все прекрасно и у них все хорошо, а есть напротив, такие, которые всегда стараются оживить любую негативную ситуацию как для самого себя так и для окружающих. Я уверен, что в жизни в любой ситуации нужно попросту искать хорошие стороны, этого будет вполне достаточно.


Карина

Когда вы выходите на сцену к зрителям, у вас бывает дурное настроение, что вы делаете в таких случаях?

Вы знаете, я всегда выхожу на сцену таким, какой я есть и именно таким меня воспринимают. Такого чтоб не хотелось выходить к людям никогда не бывает. Вместо этого бывает, что просто устаешь и тогда немного не хватает энергии, ведь зал нужно заводить. Но как правило, все это рассеивается через несколько минут после начала, потому как энергетика встречающих тебя зрителей все-таки поддерживает. Моя публика очень хорошая, я ее очень уважаю и люблю. Контакт со зрителем возникает всегда, но всегда в той или иной степени. Бывают залы теплые, бывают холодные, а бывают как на футбольном матче.



 

Антон:

Вы раньше выступали в городе Харькове или это ваш первый приезд?

Да, выступал, но это было очень давно, я очень мало что помню из того, что было тогда. К сожалению, не помню дату, не помню даже зал, в котором проходил концерт. Вы знаете, с тех пор у меня было множество концертов, все очень перемешивается в голове и трудно составить какую-то картину воспоминаний о том, что со мной происходило. Харьков для меня особенный город, здесь когда-то учился мой отец, я очень много от него слышал о Харькове и так как отца уже нет, у меня возникает очень теплое чувство к этому городу.

Елена Сергеевна:

Тимур, доброго дня! Скажите, часто ли вас обвиняют в цинизме? Считаете ли Вы это обвинением? Что такое по-вашему цинизм? Считаете ли Вы себя циником?

Вы знаете, я не считаю это таким уж отрицательным качеством. Обычно, к слову цинизм я присоединяю прилагательное здоровый и получается довольно симпатично. Я вот очень люблю здоровый цинизм Довлатова, с таким, знаете, оптимизмом и каким-то едва уловимым легким отношением к жизни. На мой взгляд, цинизм позволяет смотреть на мир, на жизнь немного под другим углом, без излишней экзальтированности и дешевой сентиментальности. А насчет того, что меня называли циником, ну да, называли и называют периодически. Но опять таки, ни разу в уничижительном ключе ничего такого я не слышал в свой адрес. Часто приходится слышать о врачебном цинизме. На этот счет мое мнение такое же, я думаю, что врачу нужно испытывать как можно меньше чувств и эмоций, для того, что бы нормально и без особых потерь работать и развиваться. У врача должен быть холодный и циничный подход, потому что в противном случае, повторюсь, он не сможет делать спокойно свою работу, я думаю, что тут многие со мной согласятся. Меня часто спрашивают, насколько я сегодня в медицине. Я могу ответить что да, лечу по мере возможности всех, кто ко мне обращается, но опять таки, моя квалификация позволяет мне на определенных этапах сказать «Стоп» и за определенные рамки я не выхожу, ведь я понимаю, что не занимаясь медициной постоянно с 1999 года невозможно оставаться квалифицированным специалистом.


Борис:

Скажите, Тимур, медицина мешала вам заниматься творчеством или же напротив, подстегивала и помогала?

Нет, ни в коем случае я не могу сказать, что моя работа в медицине была негативным противовесом в моем творчестве, даже не могу говорить, что это эти вещи пересекались, ведь там попросту не было особой связи с моими песнями. Единственное что мне немного мешало это нехватка времени. С того момента когда у меня начались активно проходить концерты,вот тогда только начали появляться сложности, мне приходилось постоянно отпрашиваться на работе, приходилось вдаваться в объяснения, постоянно возникали вопросы как поехать, не дай бог, приходилось где-то задерживаться, это было довольно сложно.

Антон Игоревич:

Расскажите, пожалуйста, как проходила запись первых ваших пластинок!

Моя первая пластинка появилась в 1997 году. Мы записывались в театре-студии МХАТ, на Тверском бульваре. Я помню, с нами работал очень классный звукорежиссер, который мне, как человеку ранее никогда не записывавшемуся, очень толково и грамотно рассказал что к чему, вплоть до того, как эффективно работать на записывающий микрофон. В тот момент в студии со мной записывались музыканты прекрасной группы «Гроссмейстер», которые давали совершенно замечательное сопровождение, мне тогда удалось окунуться в совершенно замечательную музыкальную атмосферу. И конечно же, повторюсь, с нами работал замечательный звукорежиссер Александр Самовер, которого, к сожалению, уже нет с нами. Я ему очень благодарен за ту роботу и за то мастерство которое он продемонстрировал тогда в работе. Первая моя запись в театре-студии МХАТ была в своем роде рекордной, потому что мы умудрились сделать полную запись всего за две недели или немногим более того. Потом мне пришлось уехать, а ребята оставались и уже сами дорабатывали, шлифовали музыкальный материал. Тогда это был рекорд по записи, потому что в этом году, например, я писал пластинку все лето. Практика показывает, что такие вот быстрые, спонтанные, чуть ли не импровизационные записи бывают самыми лучшими, наверное потому что они выходят на эмоциях, без предварительного обдумывания, планирования и размеренности в реализации.


Алена Сергеевна:

Скажите, Тимур, с момента записи первой пластинки до записи нынешнего альбома, изменился ли Ваш подход к творчеству, к записи?

Нет, я как писал песни так и пишу, ничего не изменилось. Сказывается только катастрофическая нехватка времени на это самое творчество. Сейчас, на гастролях я не умею писать, не получается, да и не стремлюсь. Я не умею писать когда я езжу куда-нибудь, мне нужно спокойствие, а такое спокойствие у меня тогда было.

Инга:

Опишите, пожалуйста, идеальную атмосферу в которой Вам удобно было бы творить.

Да, есть такая атмосфера, это моя дача под Москвой. Там у меня есть кабинет, тишина, свежий воздух, это идеальные условия для меня. За городом прекрасная природа, я наслаждаюсь ею, при чем, я не фанат рыбалки, люблю, конечно иногда посидеть с удочкой, но это так, как дополнение, так чтоб по субботам, например, куда-то выезжать — нет, увольте. Охоту я вообще не понимаю, жалко мне убивать животных.

Алексей:

Какие книги вы читаете, есть ли любимые авторы?

Да, я люблю читать и читаю почти все время, это мне не мешает заниматься творчеством. Какой-то одной любимой книги нет, это скорее ряд книг. Мне больше по душе литература non-fiction, это эссе, мемуары, биографии. Вот перестал меня вымысел интересовать, вымысел меня интересует только у классиков, это Гоголь, вот совершенно недавно Толстой меня в очередной раз поразил. Вот даже такие открытия иногда случаются в 46 лет. Если говорить о поэзии, я очень люблю Бродского, вообще все что связано с Бродским я люблю — его книги интервью, диалоги с Бродским, все это мне интересно и дорого. Но последняя книга которую я прочитал называется «Занимательная Греция» Михаила Гаспарова. Я очень люблю этого автора, его всевозможные записки. Есть еще такой нюанс, я читаю большое количество газет.

Татьяна:

Тимур, скажите, пожалуйста, насколько Вы подвержены случайностям, верите ли вы в случайности?

Понимаете, я по натуру своей человек не суеверный, поэтому, получается, что я должен верить в случайности. Суеверный человеке может утверждать ,что все предопределено, все уже решено, но мне это не свойственно ни в какой степени. Самая запомнившая случайность, которая произошла со мной, это, все таки, мне кажется, встреча с моей женой. Этой встречи могло и не произойти, потому что мы познакомились в туристической группе и ведь могло произойти так, что она могла не поехать или я мог не поехать в это путешествие, а вот так как -то совпало все одно к одному. Мы туристической группой поехали в Германию, и на обратном пути вышло так, что у нас закончились марки, тогда еще эта валюта была в ходу. У нас была целая компания студентов, с которыми мы собственно и общались. И вот, оставшись почти без денег в дороге мы не могли покупать пиво и прочий шнапс, мы таки обратили внимание на девушек в нашей группе. Таким образом и произошло знакомство в поезде на обратном пути, которое в последствии переросло в более тесное общение даже не смотря на то, что мы довольно далеко жили друг от друга. Потом, когда я на шестом курсе университета сломал себе ногу, она приезжала ко мне в больнице, поддерживала меня. Хочу сказать ,что это все было очень романтично.

Оля:

Есть ли какая-нибудь традиция следуя которой вы отмечаете Новый год?

Да, традиция очень простая, это праздник для меня всегда был и будет домашним праздником. Я не люблю куда-то выезжать, хотя мои многие друзья обычно уезжают, кто в горы, кто в Финляндию, кто куда, одним словом. Для меня же нет нового года без моего дома, без детей и домочадцев. Я вообще не люблю никуда ездить, потому что я это постоянно делаю в связи со своей работой.


Лена:

Добрый день! Тимур, при Союзе проводилось очень много фестивалей авторской песни.Многие авторы и исполнители стали известны благодаря таким фестивалям, как Грушинский. Сейчас это движение затухает. Чем Вы можете это объяснить?

Я не могу согласится с тем, фестивальное движение умирает. Грушинский фестиваль немного лихорадит, потому что он по сути разбился на два или три ответвления. Но на самом деле очень много фестивалей активно живет. Я так говорю лишь потому, что меня на них часто приглашают. Всего неделю назад я был в Ессентуках на большом бардовом фестивале, где была география просто от Мурманска до Петропавловска-Камчатского. Уже на этом фестивале меня пригласили на следующий. Поэтому говорить о том, что фестивалей нет или они умирают, слава богу не приходится. Самое обнадеживающее в этом отношении это то, что люди приезжают на эти фестивали со своими детьми, которые погружаются в эту атмосферу, слушают песни, смотрят в светлые лица и пропитываются культурой бардовой песни. Слухи о смерти авторской песни сильно преувеличены.

Владислав:

Расскажите, чему посвящена ваша программа, которую Вы привезли в Харьков.

Программа моя называется «О чем молчал Герасим». Знаете, рассказывать о программе дело неблагодарное, потому как лучше один раз увидеть чем сто раз о ней услышать. Единственное могу сказать, в этой программе есть фишка небольшая, впервые я написал для этого альбома большую форму как я говорю, это мюзикл, хотя это, наверное, мини мюзикл - работая над программой я вовремя себя одернул, потому как эта форма должна быть большой ровно настолько, насколько это будет интересно зрителю. Он длится около тридцати минут, я понял, что если это будет больше, это будет неинтересно. Я написал мюзикл по великому произведению «Му-Му», поэтому я назвал его «Му-Музикл», ну и собственно на концерте я его и пою в лицах, все сам.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт