Александр ГАМОВ (10 июля 2007)
Моего отца  в плену изображал агент-двойник из абвера

Моего отца в плену изображал агент-двойник из абвера

После того как мы напечатали отрывки из новой книги Галины Джугашвили-Сталиной «Тайна семьи вождя» («Мой отец не был в плену», «КП», 12. 06. с. г.), в редакцию посыпались вопросы: а есть ли документальные подтверждения версии, которую отстаивает внучка Сталина?

...А почерк Якова подделали

- Галина Яковлевна, вы были единственным ребенком в семье?

- Да.

- Хорошо помните своего отца?

- Конечно, помню. Он дарил мне книжки, колокольчики, катал на машине...

- А как уходил на фронт, помните?

- Нет. Мне об этом няня рассказывала. Она говорила, что на улице висели большие портреты деда. И я почему-то к этим портретам кидалась и кричала, что это папа.

- Есть версия, что якобы Яков Джугашвили пошел на фронт по настоянию отца, Иосифа Сталина...

- Нет, это полная ерунда. Мой отец был профессиональным военным, окончил артиллерийскую академию, и, когда началась война, у него и в мыслях не было поступать как-то иначе.

- В качестве «вещественного доказательства» того, что Яков Джугашвили не погиб в бою в середине июля 1941-го, а попал в плен, немцы использовали записку, которую он якобы написал отцу...

- Да, и именно эта записка содержалась в листовках, которые немцы с самолетов разбрасывали над позициями советских войск. Но еще раз могу повторить: это - фальшивка, что подтверждено документально. Есть справка Центра судебно-медицинских и криминалистических экспертиз Минобороны России (см. ксерокопию. - А. Г.), в которой говорится: «Письмо от имени Я. И. Джугашвили от 19 июля 1941 года, начинающееся словами «Дорогой отец!..» и заканчивающееся словами «...Привет всем. Яша», исполнено не Джугашвили Яковом Иосифовичем, а иным лицом». То же касается и еще одной «собственноручной записи» - от 20 сентября 1942 года, - которую Яков Джугашвили якобы оставил в дневнике югославского генерала Стефановича в концлагере.

- Как это доказали? Сличали почерки - настоящий и поддельный?

- Да. Я передавала на экспертизу папины тетради с конспектами и еще его письмо, которое он прислал маме с фронта. Оно было единственным, больше писем от папы не приходило.

- Ну а что касается снимков «Яков Джугашвили в плену», которые также размещались на фашистских листовках...

- На этот счет тоже есть заключение экспертов - все «снимки» изготовлены путем фотомонтажа, с применением обильной ретуши и приема «зеркального отражения». Кстати, нет ни одной киносъемки сына Сталина в плену. Если бы мой отец действительно сдался немцам, такие материалы наверняка бы сохранились.

- В предыдущей нашей публикации вы вспомнили  и о «протоколах допроса» Якова Джугашвили. Как они к вам попали?

- Я видела только копии. Мне их показал журналист по фамилии Апт, который жил где-то в Сухуми, а к нему они попали из Германии.

Все протоколы были без подписи того, кого допрашивали.

- Может возникнуть вопрос: если допрашивали агента абвера, выдававшего себя за Якова Джугашвили, почему он или кто-то другой не поставили поддельную подпись? Ведь записку-то смогли подделать...

- Ну понимаете, для этого же требовалось время. Ведь так сразу не подделаешь, чтобы убедительно было.

- А что еще вас натолкнуло на мысль, что «протоколы» - фальшивка?

- Они не только противоречили  один другому. (Подробно на эту тему читайте в публикации от 12. 06. с. г. - А. Г.). Создавалось впечатление, что тот человек, который выдавал себя за «сына Сталина», даже толком не знал его биографию. Местом своего рождения он называл город Баку. Но я дома до сих пор храню паспорт отца (см. ксерокопию. - А. Г.), в котором написано, что он родился в селе Бадзи, это Грузия. Видимо, немцы стряпали «легенду» второпях...

- Когда проводили все эти исследования?

- Еще в 2002 году. После того как вновь возникли версии о том, что мой отец все-таки был в плену, я предложила провести повторную экспертизу - и записок, и фотографий, но это почему-то не стали делать. Я так полагаю, что результаты предыдущих экспертиз никаких сомнений не вызывают.

Сноху вождя ждала  тюрьма

- Я где-то читал, что семью Якова Джугашвили, после того как он якобы попал в плен, высылали из Москвы.

- Нет, такого не было.

- В своей книге вы пишете, что именно ваша мать, Юлия Исаковна, впервые вам сказала, что отец попал в плен и погиб в концлагере. У нее откуда была такая информация?

- Ей сказали об этом официальные, достойные уважения лица.

- А кто именно?

- Я этого не знаю.

- В книге вы утверждаете, что вошедшая в учебники истории фраза Сталина «Я солдата на фельдмаршала не меняю!» - выдумка сценариста фильма «Освобождение».

- Да. И я абсолютно уверена, что Гитлер никогда не предлагал Иосифу Виссарионовичу поменять фельдмаршала Паулюса на Якова Джугашвили. И не мог это сделать.

- А вам известно, как Сталин отреагировал на «записку сына из плена», которую ему доставили по дипломатическим каналам?

- Официально он никак на это не реагировал.

- А неофициально? Чисто по-человечески...

- Мне трудно об этом судить, потому что мне тогда было слишком мало лет.

- Но, может, в семье - и тогда, и позже - какие-то были разговоры?

- Нет. Эту тему как-то обходили. И Светлана Аллилуева (дочь Иосифа Сталина. - А. Г.) никогда ничего не говорила мне об этом. Но, я полагаю, Иосиф Виссарионович все-таки переживал, и порядком. Не мог не переживать. Он же не из камня был. Хотя внешне, может быть, так и выглядело.

- А в Кремле вы со Сталиным не встречались?

- Нет. Хотя я в Кремле даже жила вместе со Светланой Аллилуевой. Потом меня вернули маме.

- В каком смысле?

- В начале войны маму посадили в тюрьму.

- Из-за мужа?

- Да. Все вместе так сложилось... На немецких листовках был «снимок»:  с немцами за столом сидит папа, а на нем - старая куртка, которую он обычно надевал на рыбалку, на охоту. Это был явный монтаж с использованием фотографии из семейного альбома. Как она могла попасть к немцам, непонятно. Решили, что мама, очевидно, передала.

И еще был момент. Военный адрес отца из гражданских лиц был известен только маме. А немцы в июле 1941-го очень быстро окружили полк, где был папа, будто знали, что там - сын Сталина. Вспомнили и о том, что мама в 30-е годы была на лечении в Германии, и там у нее, естественно, были какие-то контакты с местными жителями. Вот все это «объединили в одно», и на маму пало подозрение, что она предала Якова Джугашвили.

- Она долго была в тюрьме?

- Полтора года. Ее освободили в 1942-м.

- Сталин вмешался?

- Не знаю. Но все обвинения оказались совершенно бездоказательными.

- А кто-то еще из ваших родственников пострадал после того, как Яков Джугашвили якобы попал в плен?

- Нет.

- Ваша мать верила в то, что ее муж мог сдаться немцам?

- Эти подробности ее не интересовали. Она до последнего просто верила, что папа каким-то образом остался жив… Мама умерла в 1967 году.

«Это был удар по деду»

- А Сталин верил, что его сын - в плену?

- В душу к нему заглянуть было сложно - человек он был очень скрытный. Что он обо всем этом думал, я понятия не имею.

Но в одном я убеждена: если бы Иосиф Виссарионович верил в то, что его сын сдался немцам, он не окружал бы нас такой заботой.

- Что вы имеете в виду?

- Я вспоминаю один эпизод  -  это было уже после войны, мне тогда было лет 12. Дед приехал на дачу, где жили Светлана Аллилуева с сыном и я...

- Он часто к вам приезжал?

- Нет, очень редко. Тогда он уже жил изолированно от всех родственников. Если бы ему было неприятно вспоминать о Якове, он не говорил бы мне, когда меня видел, что я похожа на отца. Все время повторял одно и то же: «Похожа, похожа...» Я сначала не поняла, о чем это он. А потом Светлана мне все объяснила. И ее, и меня он любил приласкать, поцеловать...

- В своей книге вы развенчиваете рассказы некоего Ужинского, который утверждал, что он вместе с вашим отцом был в плену. Все-таки непонятна его роль...

- Я вспомнила о нем только лишь затем, чтобы еще раз подтвердить свой вывод: роль Якова Джугашвили исполнял агент-двойник из абвера.

Меня насторожили рассказы Ужинского. В них масса подробностей, кроме тех, что касались отца. Он помнил даже форму гвоздей, с помощью которых были сколочены нары. Но как только речь заходила о моем отце, ничего не мог толком сказать.

- Ну а вот эпизод о том, как Якова весной  1942 года привезли в концлагерь Хаммельбург... Ужинский вспоминает, что, когда сыну Сталина лагерный охранник  краской стал наносить метки «SU» («Советский Союз») - на груди, на спине, на брюках, на рукавах, на плечах и даже на пилотке, - он громко крикнул: «Пусть малюет! Надпись «Советский Союз» делает мне честь! Я горжусь этим!»

- Ну, это был не отец! Бравада, театральное выступление - это настолько не совпадало с характером отца, было совершенно не в его стиле... У него была гордость за страну, но он носил это в себе.

Нет, Ужинский не врал. Он действительно имел дело с каким-то человеком, который выдавал себя за моего отца. И был центральной фигурой в широкомасштабной провокации, затеянной немцами.

- Как вы считаете, какие цели они преследовали? 

- Понятно какие. Прежде всего они, конечно, пытались нанести удар по деду.

Разумеется, это был и четко отработанный трюк геббельсовской пропаганды. В немецких листовках прямо так и было написано: «Сын Сталина, Яков Джугашвили, старший лейтенант, командир батареи 14-го гаубичного артиллерийского полка 14-й бронетанковой дивизии, сдался в плен немцам. Если уж такой видный офицер и красный командир сдался в плен, то это доказывает с очевидностью, что всякое сопротивление германской армии совершенно бесцельно. Поэтому кончайте все войну, пользуйтесь нашими пропусками и переходите к нам». Пропуска были напечатаны прямо на листовках.

- Галина Яковлевна, сколько времени вы уже отстаиваете «правду гибели Якова Джугашвили»?

- Лет пять, наверное. А сомнения по поводу «сдачи в плен сына Сталина» у меня всегда были. И очень серьезные.

Почему они еще у меня возникли? Другу нашей семьи  генералу Артему Сергееву удалось как-то пообщаться чуть ли не с единственным уцелевшим солдатом из отряда отца. Этот солдат был контужен, а когда  очнулся, сумел чудом выбраться из окружения. И он Артему рассказал про папу последнее, что помнил: «На старшем лейтенанте было много крови».

Мой отец погиб не в фашистском плену, а в неравном бою в середине июля 1941-го.

- А вообще много сейчас осталось у Сталина родственников?

- Да, немало.

- Как они относятся к Якову Джугашвили?

- Очень хорошо.

- А вот к этим дискуссиям: был сын Сталина в плену - не был...

- Никак. Им в общем-то все равно... А для меня правда об отце важнее всего.

Фото Анатолия ЖДАНОВА и из архива Галины Джугашвили-Сталиной.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

 Брага  -  Шахтер : ждем рекорд
"Брага" - "Шахтер": ждем рекорд 410

В случае сегодняшней победы в Португалии украинский клуб может впервые в истории набрать максимум очков в групповом этапе еврокубка.

работа цветокорректор Донецкпогода ульвовіhttp://kinoafisha.ua/films/poslednii-zvonok