В. Песков. Фото автора. (9 января 2009)
Окно в природу: Палочка-зажигалочка

Окно в природу: Палочка-зажигалочка

Это памятные изделья. А «рядовую» продукцию фабрики увидите в каждом доме.

Но молнии сверкают не каждый день, еще реже случались пожары от них, и люди, надо полагать, очень скоро научились хранить огонь, поддерживая костер древесиной. А потом научились древние наши пращуры огонь добывать и без молнии. Удивительно, но до наших дней сохранилась их технология.

В африканской Ботсване обитают остатки племени бушменов, живущего тем, что собирают для поддержания жизни всё, приемлемое в природе, - бушмены охотятся с луками и собирают дикорастущие травы, плоды, коренья, насекомых, мед диких пчел. Спичек у бушменов, понятное дело, нет, но костер зажечь они могут в любую минуту своих кочевий. Пятерых обитателей пустыни Калахари мы встретили в буше (кустарниковой саванне) и, как могли, объяснившись, попросили показать, как они добывают огонь и воду. Наши встречные быстро накопали кореньев и отыскали дикие арбузы, которые могут утолить жажду. Чтобы добыть огонь, пятеро сели в кружок. Старший достал из сумки две деревяшки - обломок какого-то дерева и твердую палочку, заостренную, как карандаш, и примерно такой же величины. Поставив «сверло» острым концом на кусок древесины, один из бушменов стал быстро вертеть его меж ладоней. Устав, быстро передал инструмент соседу, тот, поработав четверть минуты, передал палочку дальше. Через минуту-другую под палочкой появился дымок. Его сейчас же присыпали щепоткой сухого помета зебры, и вот уже появился язычок пламени. У костра сидя, мы жарили на добытом огне «шашлык» - кружочки колбасы, нанизанные на прутья.

Велико время от добывания огня в древности до наших спичек. На смену нехитрому агрегату, сохранившемуся у бушменов, пришло огниво - железка-кресало, кремень и трут (вываренный в щелоке и хорошо размятый гриб трутовик). Ударом железки о камень высекаются искры, они заставляют тлеть гриб. При царе Петре именно так добывали огонь. Староверы в лесах долго пользовались огнивом. Этот способ добыванья огня сохранился у семьи Лыковых. Когда я привез им в подарок спички, старик Карп Осипович усмехнулся: «А-а, серянки. Но что с ними делать, когда намокнут?» У каждого в семье была маленькая берестяная коробочка с огнивом. Да что староверы! Во время войны почти у каждого солдата в кармане была «катюша» - мешочек с полоской стали, кремневым камешком и трутом из рыхлых ниток, спрятанных в гильзу от винтовочного патрона. Ни сырость, ничто другое  не могло помешать «катюше» произвести огонь.

Сегодня огонь добывают множеством разных способов, а в быту прижились спички-палочки с поджигающими их головками. Изобретение это исключительно важное, много всяких способов перепробовали до момента, когда шведами в 1855 году были изобретены фосфорные спички. Промышленное производство сделало их дешевыми, и спички быстро распространились по миру. Было налажено их производство в России. В СССР работало двадцать пять спичечных фабрик. Сейчас их осталось семнадцать. Самая крупная находится в городке Балабаново.

С инженером-технологом производства Антониной Петровной Исаевой за два часа мы прошли путь от склада осиновых бревен до цеха, где в автомобили и вагоны железной дороги грузят ящики со спичками.

Я видел много автоматических линий, на которых производят сигареты, конфеты, разливают в банки сгущенное молоко. Производство спичек в этом ряду - самое впечатляющее. Вот зажатый с двух концов осиновый чурбачок бешено крутится на станке и, оставляя кору широкому, острому лезвию, превращается в гладкий, пахучий болванчик, из которого (опять же вращением) режут ленту толщиной в спичку. Лента дальше на линии режется на пластины, они попадают под пресс и тут же бегут на станки, которые режут из них «соломку», которая, в свою очередь, режется дальше на палочки-спички. Еще «безголовые», они в особых камерах сушатся и шлифуются трением друг о друга, затем насыщаются парафином, а потом оригинальное устройство заставляет палочки высовываться из бегущей дырчатой ленты. Лента проходит над ванной с вязкой зажигательной смесью, и на конце палочки образуется то, что зовётся головкой спички.

На другой линии конвейера в это же время из листов картона идет производство коробочек. В каком-то месте спички встречаются со своим «домиком»-коробком и ложатся в него в точном количестве.

И вот - финиш. В огромном прозрачном бункере видим мы «снегопад». Это сверху так густо падают коробочки спичек. Невероятно - одиннадцать миллионов коробок в сутки! Полная автоматизация труда. Специалисты следят лишь за наладкой машин, за точностью их работы, летящей, как ветер. Я дольше рассказываю, чем всё происходит на конвейере.

«Что главное в этом оригинальном процессе?» - спросил я Антонину Петровну, до тонкости знающую необычное производство. «Тут всё главное. Малейшее нарушение технологии даст брак или даже остановит процесс. И все же особый глаз нужен за оснащением осиновой палочки зажигающей её головкой. Обращение с воспламеняющей массой требует повышенной аккуратности. Крупинка тёмного вещества на конце спички - это смесь бертолетовой соли, серы, фосфора, мелко молотого песка и вяжущего вещества. Тут ошибки, как у минёра, быть не должно».

И особо надо сказать об осине. Дерево это незаслуженно «оговорили», приписав ему мифические пороки. На самом деле осине за многие её качества надо быть благодарными. Кора осины - превосходный корм для лесных обитателей: лосей, зайцев, бобров. Древесина осины, если вовремя бревно ошкурить и просушить, прочна и долговечна в постройках. Стропила для кровель в деревенских строеньях всегда делались из осины. И саму кровлю в местах лесистых делали ранее из осиновой щепы. Это было в быту. А соборы крыли лемехом (узорно обработанными осиновыми дощечками). Под дождями и солнцем осиновый лемех становился похожим на старинное серебро. Кто видел кровли в Кремле Ростова Великого или в легендарных Кижах, знает, как живописна (и долговечна!) осиновая  «черепица».

Листья осины (на длинных черенках) трепетно дрожат от малейшего ветерка. Золотой осенью осиновый лист дает лесу самые яркие пятна - огненно-красные. А кладка осиновых дров, забытая где-нибудь в лесу, начиная гнить, пахнет лучше всяких духов. Возможно, именно запах осины побудил Пришвина написать: «Всё, умирая, смердит. И только дерево благоухает».

Ну и вот еще - спички. Из всех древес осина оказалась самой подходящей для палочек-зажигалочек. Она мягка, податлива в обработке, горит ровно, спокойно.

Осины, выросшие из корней материнского дерева, рано становятся дуплистыми, с трухлявой сердцевиной. Это радовать может домостроителей-дятлов, для поделок же человека нужны деревья, выросшие из семян, - плоть их прочная, без изъянов. Такое сырьё поступает на Балабановскую фабрику из лесов костромских, вологодских, архангельских. «Для нашего производства нет дерева лучше осины», - сказала мне провожатая.

На калужской земле были когда-то две спичечные фабрики. Одну (в самой Калуге) закрыли, и всю нагрузку на себя взяла фабрика в Балабанове. А коллекцию спичек и собрание разных реликвий передали краеведческому музею.

Хранитель музейных запасников Василий Иванович Абакулов показал мне всё, что есть ценного в его хозяйстве. Тут есть «рядовые», каждому знакомые спички. А есть специальные - для охотников, геологов, подрывников на горных работах длиной с карандаш и способные гореть двадцать секунд на ветру и даже в воде.

По наклейкам на спичечных коробках можно познакомиться с историей государства, начиная с конца позапрошлого века. Все значительные события отражены на наклейках. Листая альбомы собирателей спичечных этикеток, наткнулся я на одну со словами: «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами». Это спички 41-го года. Именно эта надпись меня взволновала. В первую военную осень коробок спичек с такой наклейкой мне подарил молоденький лейтенант, ночевавший с двенадцатью красноармейцами в нашей избе. Подарил не случайно. Огонь в то время в селе добывали так: выходили глянуть - у кого из трубы идет дым, и посылали мальчишек с баночкой за углями. Подаренный коробок чудом у нас сохранился доныне - жалко было изводить ценность. (Я открыл его вот сейчас и чиркнул по нему спичкой - загорелась!)

И еще одна надпись привлекла вниманье в собрании этикеток. «Будь осторожен. Из одного дерева можно сделать миллион спичек, а одной спичкой - спалить миллион деревьев».

На снимке этом - хранитель музея Василий Абакулов. Он держит спичку, изготовленную к юбилею Балабановской фабрики. Внушительно выглядит увеличенная, словно для Гулливера, палочка-зажигалочка. Совсем не похожа она на ту, которой до сих пор пользуются бушмены африканской пустыни.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт