Дон в нижнем течении скучен - река соседствует с голой степью, весной зеленой и рыжей в августе. Лишь кое-где у берега видишь кустарник, а в заводях мелководий - осоку и тростники.

Другое дело Дон в течении среднем, выше станицы Вёшенской. Реку тут окаймляют пойменные леса. Правый берег у Дона крутой, кудрявится дубняками, левый - пологий, с джунглями тополей, вётел, черемухи, лопушистых трав, хмеля, рогоза, осоки и камышей.

По зарослям текут в Дон холодные ключи и речки. А выше тянутся старицы, тоже в зарослях водолюбивых растений.

Зеленый мир побережья наполнен разнообразной жизнью. Тут можно увидеть оленя, лося, косулю, кабанов, лис, зайцев, сурков. И, разумеется, есть тут волки. Соседство степи с лесами, непролазные заросли у реки, близость людских селений - благодатный мир для разбойничьей жизни. Всегда можно поживиться чем-нибудь во дворе казачьего куреня, у кабанов в лесу отбить поросенка, в степи, развлекаясь, погонять зайцев и лис. И есть где прятаться от возмездий.

Три года назад волки схватили собаку, бежавшую за машиной, когда мы по пойме ехали к донской Калитвянской яме, где ловили сомов. Все случилось в одно мгновенье - мы услышали только прощальный визг несчастного пса, которого волки унесли в чащу… А через год серые поплатились за дерзкий налет. Сын лесничего в селе Гороховка Михаил Багринцев с потомком погибшей сучки, молодым Тузиком, по просьбе односельчан отправился в пойму стрелять бешеных лис, забегавших в село. Тузик, взяв лисий след, убежал в зеленые крепи с заливистым лаем. И вдруг неожиданно смолк. Почуяв неладное, Михаил поспешил следом и вдруг увидел поразительную картину: поджавший хвост Тузик вертелся среди волков. Забавляясь, неголодные звери не спешили прикончить жертву и так увлеклись, что не заметили, как Михаил подкрался к поляне и тремя выстрелами окончил волчью забаву - два зверя упали тут же, третий, матерый, получив рану, околел возле Дона, а молодые волчата горохом прыснули в заросли. Тузик победно лаял, приветствуя появленье хозяина, и, кажется, даже не вполне понял степень грозившей ему опасности.

Михаил прислал в газету мне снимок, подтверждающий происшествие: лежали матерые звери, а рядом - уже не Тузик, а Туз и спасший его охотник с ружьем.

ЭТУ ИСТОРИЮ мы обсуждали с охотоведом Владимиром Штондиным в Петропавловке, у Дона ниже Гороховки. «Да, случай исключительно интересный. В нем все: удача охотника, счастье еще «зеленого» пса и наглая беспечность волков. Обычно же в наших местах взять волка непросто. Я приспособился их укрощать «на корню» - нахожу логово и забираю волчат».

Я записываю рассказ охотника, у ног которого стоит лукошко, и в нем скребутся, повизгивая, волчата, добытые две недели назад. Владимир сберег щенят до моего приезда на Дон, и мы, прервав разговор, везем волчат к логову, из которого их две недели назад похитил опытный следопыт.

ВОЛЧЬЕ ЛОГОВО - это не только нора в расширенном убежище лисы, барсука или вырытая самими волками. Логово - это пространство метров на сто вокруг «родильного дома». Оно бывает иногда в самом неожиданном месте. Обнаруживают его по вытоптанной и выдранной когтями волков траве. Если волчата благополучно в логове выросли, находят остатки принесенной волками добычи - кости, шерсть, перья. Но в первые дни жизни волчат тут чисто, и лишь подкопы земли выдают нору. Даже волка-отца волчица к щенятам не подпускает - добычу или отрыжки еды он оставляет вблизи от норы.

Позже родители охотятся оба - волчата быстро растут, и они едва успевают утолять голод скулящего выводка.

Звери бдительно следят за сохранением тайны расположенья «родильного дома» и, если почувствовали - логово обнаружено, не теряя даже минуты, уносят волчат. Иногда для этого заранее присмотрено место, но чаще щенят оставляют в любом укрытии, чтобы потом куда-нибудь переправить.

Взрослея, волчата начинают вылезать из норы и, ссорясь, делят добычу. Родители за этой возней внимательно наблюдают - ублюдка или безнадежно ослабшего щенка могут сами прикончить.

И наступают дни, когда родители преподносят потомству уроки охоты. «Возможно, история, рассказанная Михаилом Багринцевым, была как раз моментом ученья. Но, по моим наблюденьям, волчат матерые волки натаскивают, приводя их к месту, где пасутся телята или овцы с ягнятами. Тут родители на глазах зорко следящих за всем волчат дают волю своей кровожадности. В прошлом году на ферме у Дона за считанные минуты были зарезаны семь телят. Охота велась не ради еды. Это была учёба», - рассказывает Владимир.

Возле норы, обнаруженной в этом году, выпускаем волчат из лукошка. Они вначале спешат укрыться в прохладной пещерке, но тут же дружно выбираются наверх и пытаются затаиться в траве. Место это было выбрано, как видно, волчицей не очень опытной либо волчат сюда переправили «по тревоге».

Снимать их было непросто - они все время двигались. Я пытался хотя бы на две-три секунды задержать их на месте каким-нибудь неожиданным звуком. На мгновенье они замирали, только услышав подражание вою волков. Этот звук, возможно, «записан» в их наследственной памяти.

«ТРУДНОЕ дело - отыскать логово?» - «Трудно. За несколько лет я сумел овладеть лишь четырьмя выводками». - «Много было в каждом щенят?» - «По-разному: пять, семь, четыре, шесть. Этих было четыре. Один почему-то погиб».

Владимир рассказывает, что логово надо искать, присматриваясь к следам волков еще по снегу. Особой приметой служат места волчьих свадеб в конце зимы. Они бывают обычно не в пойме, а в открытой степи где-нибудь возле старого стога соломы. Снег тут плотно волками вытоптан, всюду помет, кости, пятна мочи, клочья шерсти и капли крови. Мысленно проводят от этого места линию к пойме и уже знают примерно, где весной искать логово.

Волков выдают следы. Обычно в урёмах их не увидишь, но возле воды на песке следы остаются, как напечатанные. Ждут дождя. И уже везде на песке теперь видят следы - значит, логово где-то близко.

«Ну заметил: вот оно, логово. Что дальше?» - «А дальше - прямо к нему с мешком». - «Не опасно? Звери ведь защищают потомство». - «Да, почти все. Но волков долгая жизнь вблизи людей научила: обнаружишь себя - прозвучит выстрел. Волки человека боятся. Я не знаю ни одного случая, чтобы волчица у логова попыталась напасть. Будет стоять где-то поблизости, наблюдать, как детей её похищают, но даже голоса не подаст».

«А случалось застать волчицу в яме вместе с волчатами?» - «Был один случай. И много слышал об этом. Застигнутые на месте волчицы ведут себя всегда одинаково - пулей вылетают из ямы и мгновенно скрываются».

«АСУДЬБА вот этих малюток?» - «Ну, как написано в басне: с волком помиришься, лишь сняв с него шкуру. Волк - враг человеку. Когда много было скота, за убитого зверя государство платило, а колхоз в придачу дарил барана. А лет пять-шесть назад волки так обнаглели, что в хуторах белым днем уносили со дворов овец, собак, кур, гусей. Сейчас мы их поприжали, но, чуть ослабишь нажим, опять наглеют. Я добычу свою пытался пристраивать в зоопарки, но берут неохотно - волк зверь не редкий. А на этих трех глаз положили владельцы трехэтажных домов. Мода у них - держать волков на цепи либо в вольерах и гостям показывать как диковину. Но до продажи этих трех надо еще выходить, воспитать. Они меня уже знают по облику и по запаху. От вас вот шарахаются, а я возьму на руки - затихают. Я для них вроде как мать родная. Такие вот парадоксы житья».

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт