Василий ПЕСКОВ, Фото автора. (8 августа 2008)
Окно в природу: Бронированная древность

Окно в природу: Бронированная древность

Внешность его внушительна.
Кунжа - не речка, а большая река, сильно, правда, подсушенная длительной вырубкой на костромских землях леса. Рыба, однако, в ней есть, хотя, как говорят, её стало меньше после молевого сплава леса по ней. Такого сплава сейчас нет. И то, что на глаза попадают птица скопа и везде редкая выдра, - свидетельства рыбности Кунжи. 

Что касается раков, то охоту на них всегда считали тут баловством. Но есть на Кунже страстные раколовы. Мне назвали много способов ловли экзотических пришельцев из времен очень давних. Один из них, видимо, изобретение местное: ровный прут ивы расщепляют на конце надвое, ставят распорку из спички. Если в прозрачной воде ткнуть в спину рака таким снарядом, спичка выскочит, а упругий расщеп схватит его, как щипцами.

У меня в поездке по окрестностям Кунжи случился «рабочий простой», и друзья предложили половить раков. Всё как следует было загодя приготовлено: запас тухлой рыбы, лягушки, ловушки, расщепы, старинные раколовки. Мы добрались до рачьих мест, дождались сумерек, но поймали за вечер всего одного, видимо, очень активного несчастливца. Причиной неудачи стала большая вода в реке вследствие частых этим летом дождей. Вода была глубокой и непрозрачной. Ловушки не достигали дна, где держатся раки, а повисали на затопленных прибрежных кустах. Почертыхались, спасаясь от комариков у костра, и с жалкой добычей вернулись в стольный град Кунжи - Кологрив, тихий, чистый, уютный. Рака утром я сфотографировал и отнес в реку живым и здоровым. 

Рак - живая «конструкция» древности, настолько надежная, что природа уже миллионы лет «штампует» её без изменений. Но есть и у раков свои болезни. В середине минувшего века речные раки в Европе погибли почти везде. На Кунже считают - от молевого сплава. Но, скорее всего, их тоже накрыла тут рачья чума (губительный для раков грибок), и только теперь они снова стали, как писано в Библии, «плодиться и размножаться».

К качеству воды раки очень чувствительны. Я видел речку, из которой лезли они на берег, спасаясь от смытых с полей удобрений. Раки являются индикаторами качества всякой воды. И где чистоты не хватает, раков вы не увидите. В непроточной воде они вылезают из воды на коряги, чтобы глотнуть из воздуха недостающего кислорода (летний замор).

Раки в России распространены широко. Но лучше себя чувствуют и лучше растут в хорошо прогретой воде. Самые богатые рачные места в Нижнем Поволжье, на Кубани, в Придонье. В воронежских речках в детстве раков мы доставали руками из нор, ловили плетеной из хвороста снастью («топтухой»), попадали раки на удочку, если на крючке был червяк.

Рака всегда хочется рассмотреть, настолько облик его необычен. И есть специалисты по изучению раков (астокологи). Один из них - Резель фон Ровенго - писал: «В нём (раке) так много удивительного, что полное его описание оказалось бы трудным для величайшего исследователя».

Первое, что бросается в глаза, когда держишь рака в руке, - замечательные «щипцы»-клешни; необычны у рака глаза, на выдвинутых вперед тычинках («Что ты выпятил зенки, как рак?» - говорят в деревнях). Замечательно всё тело рака: прочная «кираса» хитина с членистым веслом шепталом. С помощью этого механизма рак не «пятится назад», а стрелой даёт спасительный задний ход. Перевернув рака на спину, на животе видишь членистые ножки, часть из которых превратилась в клешни, усы, половые органы. К ногам прилипают яички, похожие на икру осетровых рыб. Самка рака их бережно носит, а уже вылупившиеся рачата первое время ищут убежище под материнским «веслом». Цвет у раков желтовато-оливковый. Но варёная эта древность становится красной («смерть только рака красит»). Объясняется это тем, что все краски, как на древесном листе осенью, при варении распадаются, исчезают, а красная остается.

Растущий рак защитные свои доспехи меняет, линяя в первые годы часто, а в последние редко или совсем не линяет. Линяющий рак - лёгкая добыча для рыб. Зная свою уязвимость, мягкотелые раки носа не кажут из нор. Но выдры, норки, сомы не брезгуют им и в жестких доспехах.

Сами раки питаются всем, что могут схватить клешнями, - мелкими лягушками, головастиками, улитками, личинками насекомых, не брезгуют и даже охотно поглощают всякую мертвечину. На её запах они и забредают в ловушки.

Держатся раки излюбленных мест, днём прячутся в норках, хватая, однако, всё, что движется мимо, а ночью «прогуливаются», продолжая уже активно охотиться. Пойманные раки «шепчутся» - трутся в мешке или в ведёрке жесткими своими доспехами.

Раки живучи. Дышат в воде пучками волокон под панцирем, и, если раков смочить, помещая в мокрый мох, сохранить живыми их удаётся несколько дней.

В случае особо неблагоприятных условий есть у раков «резервное дыханье» - кислородом организм обеспечивается разложением припасённого в мышцах вещества гликогена. Это и позволяет перевозить раков охлажденными на дальние расстояния.

Кто ел раков, знает: в полости под хитином хранят они плоские аккуратные камешки (гастролиты), похожие на маленькие жернова. Это запас вещества, из которого при линьке вырастают защитные их одежды.

Размеры раков невелики. С ладонь взрослого человека рак считается крупным. А в южных водах попадались ранее «лапти» сантиметров под тридцать в длину. Сейчас бесконтрольный вылов не дает ракам и в южных водах достигнуть впечатляющих величин.

«Рак - не еда, баловство», - говорил в нашем селе старик-рыболов по прозвищу Селявка. И в самом деле съедобного вещества в раке мало, но оно вкусное, и в России это лакомство всегда соседствовало с пивом - ведро раков компания из трех-четырех человек опорожняла за полчаса.

Любят раков везде, но особое к ним отношенье у гурманов-французов. В XIX веке Россия поставляла на внешний рынок более тридцати миллионов раков. Деликатная эта продукция требовала особой транспортировки - раки потребителям доставлялись только живыми. «Во время закладки в котёл раки должны шевелиться», - говорят повара. Раком, сваренным мертвым, можно отравиться, что и случилось со мной в Сомали - после надоевшего спагетти я с аппетитом съел в ресторане морского рака лангуста, а он перед варевом, возможно, целые сутки уже не шевелился. При африканской жаре этого было довольно, чтобы лакомство превратилось в еду опасную. Отравление было столь сильным, что я лежал в постели, не способный даже рукой шевельнуть. Вот почему повара во Франции, получив экзотическую продукцию, сразу смотрят: шевелится или не шевелится? Есть на этот счет даже байка, похожая на правду. Из парижского ресторана в Ростов пришел факс: «Раки мёртвые». В ответ пошло сообщение: «Они не мёртвые, они уснули». Реакция Парижа была такой: «Но они ж не проснулись».

Спрос на раков поныне везде велик. Но, пораженные повальной болезнью в середине прошлого века, они только теперь понемногу начали возрождаться.

Часто раков варят прямо у речки, где пойманы, но если их где-нибудь продают, смотрите внимательно: шевелятся или не шевелятся. И варёного рака легко определить, каким был он сварен. Если шептала загнуты крючком, значит, раки в руках у повара были живыми, а если же «рачий хвост» выпрямлен, значит, раки варились уже «уснувшими», и эта еда опасна - неизвестно, когда уснули: сегодня или позавчера.

Вот такое оно существо, пресноводный рак - древнейший житель планеты. У него много родни (две тысячи разных видов) - морские омары (огромная копия раков пресной воды), лангусты, многочисленные крабы, креветки. Все они пришли из времён, когда человека на Земле еще не было.
загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

работа для руководителя производства в Харьковесейчаскиноафиша Галактика кино