Красная Армия отступала, имея в 3 раза больше солдат, чем у Гитлера.

Красная Армия отступала, имея в 3 раза больше солдат, чем у Гитлера.

Комментарии: 94
«22 июня»
Артем АНИСЬКИН — 23.06.2008

Чем дальше от нас Великая Отечественная война, тем больше возникает вокруг нее споров и вопросов. И все неожиданнее на них ответы. Российский исследователь Марк Солонин после 15 лет корпения над архивами написал книгу «22 июня». Сенсационную и скандальную. О бегстве Красной Армии в первые годы войны, о массовом предательстве и диком непрофессионализме советского руководства. Мы и раньше знали о тяжелых 41-м и 42-м годах. Но таких шокирующих фактов до сих пор не выкладывал никто.

«КП» публикует выдержки из этой книги и предлагает читателям присоединиться к ее обсуждению.

Работала вся страна

Никакого «технического превосходства вермахта» не было и в помине. Пушку образца первой мировой войны тащила шестерка лошадей, главным средством передвижения пехоты вермахта была пара ног на каждого солдата, и вооружен этот солдат был самой обыкновенной винтовкой (это только в плохом советском кино все немцы в 1941 году ходят со «шмайсерами», а вот по штатному расписанию даже в элитных дивизиях вермахта «первой волны» было 11 500 винтовок и всего 486 автоматов).

Тем временем уровень советского военного производства не просто соответствовал лучшим мировым стандартам, а по целому ряду направлений формировал их. Лучший в мире высотный истребитель-перехватчик (МиГ-3), лучшие в мире авиационные пушки (ВЯ-23), лучшие в мире танки (легкий БТ-7М, средний Т-34, тяжелый КВ), первые в мире реактивные установки залпового огня (БМ-13, «катюша») - все это существовало, и не в чертежах, а было запущено в крупную серию.

Уничтожить одним внезапным ударом Красную Армию, насчитывающую к началу войны 198 стрелковых, 13 кавалерийских, 61 танковую, 31 моторизованную дивизии, 16 воздушно-десантных и 10 противотанковых бригад, в доядерную эпоху было абсолютно невозможно. Да и с вооружениями XXI века для решения такой задачи потребовалась бы огромная концентрация ядерных сил».

Накануне вторжения

4 июня 1941 г. на заседании Политбюро ЦК ВКП (б) принято решение «утвердить создание в составе Красной Армии стрелковой дивизии, укомплектованной личным составом польской национальности, знающим польский язык». Срок исполнения - к 1 июля 1941 г. Зачем Сталину к 1 июля польская дивизия? Неужели для обороны нерушимых границ СССР?

«Доподлинно известно, что летом 1941 года три фронта - Северо-Западный, Западный и Юго-Западный - были сформированы до того, как началось вторжение гитлеровских войск... Приказы вывести к 22 - 23 июня штабы фронтов на полевые командные пункты были отданы 19 июня. Удивительно, но этот сенсационный факт по халатности не вырезали из прошедших все цензуры мемуаров маршала Баграмяна».

«18 июня командир 12-го мехкорпуса (Северо-Западный фронт) подписал Приказ № 0033. Документ украшен грифом «Совершенно секретно. Особой важности», что для документов корпусного уровня большая редкость: «С получением настоящего приказа привести в боевую готовность все части по плану поднятия по боевой тревоге, но самой тревоги не объявлять. С собой брать лишь необходимое для жизни и боя».

Бегство

«Оперативная сводка № 01 штаба 4-й Армии от 24 июня 1941 г.: «...Пехота деморализована и упорства в обороне не проявляет. Отходящие беспорядочно подразделения и части приходится останавливать командирам всех соединений, хотя эти меры, несмотря даже на применение оружия, должного эффекта не дали...»

Приказ командующего 27-й Армией генерал-майора Берзарина б/н от 7 июля 1941 г.: «...101-я стрелковая дивизия в ночь на 6 июля без особой на то причины, почти при отсутствии противника, не руководимая командирами, оставила фронт обороны и в панике отошла на восточный берег р. Великая. Сбор разбежавшихся частей продолжается двое суток, но полностью дивизия не собрана...»

Доклад командира 9-го армейского корпуса вермахта генерала Гайера, июль 1941 г.: «...Актов саботажа со стороны населения не замечено. Напротив, высказывается много недовольства колхозным строем и всем большевистским хозяйничаньем. В целом командование корпуса расценивает опасность партизанской войны как небольшую». 

Донесение начальника политуправления Южного фронта № 6194 от 6 августа 1941 г.: «...Руководители районов «сидят на чемоданах», прекращают свою деятельность и первыми удирают задолго до того, как появился враг в их районах... В Шполянском районе на работах по отрывке противотанкового рва имело место выступление бывшего кулака, который открыто говорил: «Бросьте работать, ведь Гитлер идет освобождать нас. Я скоро получу свои 30 га земли, своих лошадей, коров». К этому типу никаких мер принято не было...»

Потери

«То, что произошло летом и осенью 41-года с Красной Армией, выходит за все рамки обычных представлений. История войн такого еще не знала.

Потери пленными и пропавшими без вести в 1941 году составили (в процентах от «среднемесячной списочной численности личного состава») на Северо-Западном фронте - 55%; на Западном фронте - 159% (это не опечатка, фронты постоянно получали пополнение, поэтому потери могут быть больше 100% от среднемесячной численности); на Юго-Западном фронте - 128%; на Южном фронте - 49%.

В частности, на основном стратегическом направлении войны, на Западном фронте, число пропавших без вести и пленных превысило в 41-м число убитых более чем в 7 раз.

За 32 дня своего существования летом 1941-го Центральный фронт потерял: убитыми - 9 199 бойцов; пропавшими без вести и пленными -

45 824; и еще 55 985 человек проходят по графе «небоевые потери».

Другими словами, «небоевые потери» и потери пленными в 11 раз превысили число павших в бою с противником. Это - армия? Это - война? Великая Отечественная?»

Интервью с самим автором книги читайте в завтрашнем номере «КП».

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

вакансии прораб в Днепропетровске