Ольга МУСАФИРОВА, (Джанкой - Бахчисарай - Алупка - Ялта - Симферополь). Фото автора. (27 февраля 2008)
Казак казака видит издалека. Часть 2

Казак казака видит издалека. Часть 2

Комментарии: 12
Белова на боевом казачьем посту сменил атаман Александр Кульнев.

Продолжение. Начало читайте здесь>>

Во вчерашнем номере «КП» мы рассказали об Анатолии Шевченко - человеке, который реализовал идею Виктора Януковича: возродил реестровое казачество с генштабом в Киеве, сделал эту структуру разветвленной и богатой. Теперь он мечтает, чтобы гетман - президент Виктор Ющенко и берегиня - премьер-министр Юлия Тимошенко допустили авторитетных казаков до власти в стране, а всяких малочисленных, примазавшихся к движению самозванцев к себе не приближали.

Чтобы узнать о жизни и делах простых «реестровцев», а также представителей других казацких организаций, корреспондент «КП» отправилась в Крым. Ибо, по рассказам, именно полуостров стал главной зоной влияния атаманов разного профиля.

Навеки умолкли веселые хлопцы

…Дорога к кладбищу тянулась по степи. В рыжей траве прятались ошметки снега. Кладбище казалось безразмерным: недаром Джанкой, узловую станцию, называют умирающим городом. Однако могилу Александра Белова я отыскала легко - на самом почетном, центральном участке.


Со стелы, рядом с которой окопался мраморный стол, смотрел лысеющий, но вполне в расцвете сил мужчина. Неподалеку под похожей плитой покоился тоже молодой человек, некий Леонид Гридасов. А между ними, изображенный на громадном монументе во весь рост на фоне золотых куполов сурово взирал на тех, кто до сих пор топчет землю, Ольгерт Ярославович Филенко.

«Не предавал, за честь стоял и никогда не нарушал никем не писанные, строгие законы», гласила надпись. Вокруг теснились вазы с цветами: никто из перечисленных не был предан забвению.

Александра Белова расстреляли в упор из «калаша» июньской ночью 2005 года у ворот дома, лишь только он покинул свой черный «БМВ». И уже к утру город гудел: до Саши Белого очередь дошла! Так вполне в соответствии с фильмом «Бригада» называли покойного при жизни.


Памятник Александру Белову.
Памятник Александру Белову.

Преступление раскрыли быстро. Вскоре начальник крымского главка МВД, генерал-майор милиции Владимир Хоменко (цитирую по публикации в нашей газете от 9 августа 2005 года) докладывал журналистам на пресс-конференции: известные в Джанкое криминальные авторитеты Белов и Гридасов - последнего, якобы откликавшегося на псевдоним Вампир, застрелили годом раньше в спорткомплексе - погибли от рук бывшего «афганца», который при задержании не стал отпираться. Объяснил, что взял на себя функцию очистки родного города от бандитов и строил еще планы на перспективу. «Афганца» судили, дали срок.

О Белове в милиции и прокуратуре знали достаточно. Отсидел за рэкет, собирался открыть охранную фирму, участвовал в торговле нефтепродуктами, неофициально - контролировал игорный бизнес, «одноруких бандитов». Но в роковом для Александра июне 2005 года его имя вдруг просияло на страницах местной «Зари Присивашья».

- Саша явился к нам окрыленный, - рассказали мне в редакции. - Предложил помощь: могу, говорит, ваши долги за бумагу или за электричество покрыть, если такие имеются, могу, наоборот, поговорить с людьми, которые вам задолжали… И попросил сделать с ним интервью. Он только-только вернулся с Хортицы, где в торжественной обстановке вручал в дар президенту Ющенко племенного скакуна, которого приобрел за громадную сумму.

К той поре Александр Белов уже три месяца возглавлял в Джанкое казацкий реестровый полк, принял от киевского руководства звание генерал-майора и должность бунчукового товарища гетмана Анатолия Шевченко - отвечал за финансовые вопросы.

Мы решили в просьбе не отказывать. Но потом получили неоднозначную читательскую почту. Мол, неужели газета не в курсе, кого прославляет?! Это стало своеобразным тестом на информированность людей.

Хотела б я видеть редактора, отказывающего в подобной безделице человеку, который сиживает в обнимку в одном баре с силовиками!

Вскоре «Заря Присивашья» в порядке плюрализма сообщила о гибели криминального авторитета Саши Белого. На панихиду по убиенному побратиму, казацкому генералу Александру Белову, собралось много уважаемых господ на иномарках. Приезжал из Киева и гетман Анатолий Шевченко.


Сергей Юрченко, атаман Объединения казаков Крыма.
Сергей Юрченко, атаман Объединения казаков Крыма.

Традициям верны

- …Павел Лазаренко хочет вернуться в политику после американской тюрьмы? Хочет. А Янукович разве по молодости дважды не сидел? Я Белова хорошо знал. Нормальный парень, физически здоровый. Ну, оступился когда-то… Так он по жизни лидер, понимаете?

Атаман Присивашской дивизии Александр Кульнев, частный предприниматель, еще недавно - капитан украинской армии, что сменил Александра Белова на боевом посту, отрицал абсолютно все, что я «шила» покойному другу: от дареного коня до принадлежности к преступному миру:

- Бред, ничего подобного!

Но тяжко задумался, когда взмолилась: расскажите хорошее о безвременно почившем. За что его выбрали атаманом, например?

- Я же вам объясняю: лидер. Занимался организацией. Люди к нему тянулись.

На помощь Кульневу поспешил начальник штаба Игорь Герасимов, который с руководящей должности в милиции ушел «по собственному» прямиком в реестровое казачество:

- Как работнику органов мне лично ничего у Белова просить не приходилось. Но знаю, что вообще много помогал. Кому - деньгами, кому - решить вопросы с землей.

- Короче, у каждого свое мнение: правильно убили или нет, - с философской прямотой подвел черту атаман. - Вот сегодня, например, в селе участкового убили…

- Точно?! - поразился начштаба.

- Тоже для одних, наверное, был хороший, а другим не нравился. И потому наше реестровое казачество должно в человеке воспитывать прежде всего духовность. Надо ходить в церковь, строить храмы, чтоб не допускать всяких проступков…

У Кульнева разрывался мобильный: ему сообщали о каком-то складе, где возникли проблемы. Александр кратко отдавал приказы. Потом решил ехать разбираться лично. Но с собой не позвал, препоручив начальнику штаба проинформировать журналистку о проводимых на месте мероприятиях путем демонстрации фотографий крестных ходов и принятий присяги.

Игорь Герасимов включил компьютер. На поле рабочего стола я отметила несколько документов, вышедших из-под руки атамана Кульнева - наподобие тех, что любит подписывать Виктор Ющенко. Назывались они «унЕверсал номер один», «унЕверсал номер два».

- Для служебного пользования! - развел руками Герасимов. И показал лишь то, что велено.

Впрочем, когда в офис нагрянул районный атаман Иван Иванович Урчик - дядечка в летах, крепкий хозяйственник, явно из бывшей партийно-советской элиты, политика президента Украины во всех сферах без исключения была подвергнута жесткой критике. Ивану Ивановичу люб Владимир Путин, а еще сильнее - полномочия, которыми наделено российское казачество. Мечта атамана Урчика - создание союзной славянской державы. А пока Иван Иванович на месте колхоза-миллионера «Заветы Ленина» создает базу отдыха для джанкойских побратимов.


Воспитанники Казачьего кадетского корпуса (Симферополь).
Воспитанники Казачьего кадетского корпуса (Симферополь).

Супостат не пройдет!

Казацких структур на полуострове - не меньше десятка. Они либо не слышали никогда друг о друге, либо существуют только на бумаге, либо враждуют между собой, либо дружат и сливаются, либо дробятся на еще более мелкие подразделения. Потому Объединение казаков Крыма во главе с атаманом Сергеем Юрченко я выбирала для знакомства, каюсь, наобум.

Сергей оказался невысоким рыжеусым весельчаком (сам дал характеристику: «шестьдесят кило в сапогах и с нагайкой»), с офицерской закалкой и весьма боевым прошлым. В 1994 году Юрченко вместе с товарищами чуть не до крови защищал первого и последнего крымского президента Юрия Мешкова.

- От кого? - пугаюсь я, пока синий «Жигуль» в руках Сергея вписывается в повороты «серпантина».

- От супостатов! - вполне в духе традиций отвечает Юрченко.

В ту былинную, уже призабытую пору Юрий Мешков, ставленник набиравшего силу предвыборного блока «Россия», оберегая полуостров от «попыток Киева навязать свою волю Крымской республике», приветствовал и способствовал рождению новых органов охраны порядка в виде регулярных казачьих соединений. Не ряженые, не клоуны с лампасами, не этнографические ансамбли песни и пляски строились в каре, готовясь к штурму главного противника Мешкова - Верховного Совета автономии, тоже жаждавшего полноты власти в Крыму, - а вполне реальные бойцы. Им было обещано многое: земли, права, казацкий уклад жизни, подобный тому, что существовал в царской России.

Обещания не сбылись. Мешков, равно как его политические оппоненты, канул в небытие. А казаки остались. И, не привечаемые отныне никем, продолжили борьбу за себя - каждый на свой лад.


…С дороги на Бахчисарай то и дело виднеются внизу затянутые проволокой куски равнины, где кучно желтеют выложенные из самана кубики. В иных даже есть окна - символ того, что перед тобой дом, а не его макет. Рядом ни души.

Юрченко молчит. Руководитель общественной организации и председатель комиссии по межнациональным отношениям Бахчисарайского горсовета не вправе демонстрировать отношение к самозахватам: тут же собьешься на самый опасный для Крыма вопрос - татарский. Эту миссию берет на себя Юрий Першиков (он по убеждению сменил должность телерепортера канала «Интер» на службу казачьего пресс-офицера).

Я намеренно не пересказываю истории в изложении Першикова. Они слишком остры и беспощадны для слуха. Любой рассказ - что о намеренных поджогах и убийствах в селах, где обитает, по словам Юрия, «сплошь православное население», что о милиции, которая упорно «не замечает бесчинств», что о ресторанах вдоль трассы, растущих на территориях, «отвоеванных под строительство жилья для депортированных», что о заморских тренерах, направляющих политику меджлиса на полуострове, - может вызвать ответную реакцию противоположной стороны и подобный шквал обвинений. Газетное поле - не поле боя на межнациональной почве.


Анатолий Степанович Кусливый остался верен своей мечте (конный казачий клуб близ Ялты).
Анатолий Степанович Кусливый остался верен своей мечте (конный казачий клуб близ Ялты).

Однако один фрагмент приведу. Прошу Юру объяснить мне как телезрителю: почему во время известных недавних событий на Ай-Петри (повторяющиеся кадры вызывали ужас!) ОМОНовцы в полной амуниции били ногами корчащихся на земле безоружных торговцев из порушенных палаток так, будто получили приказ «кончать» на месте?

Лицо Юрия темнеет.

- Я там был. И готов подтвердить под присягой - но ведь не только я это слышал! - как несколько часов кряду перед штурмом бойцам, стоящим в оцеплении, с той стороны размеренно в мегафон твердили: «Вы закрыли масками лица? Вас узнают и по глазам. Вашими головами будут устланы обочины дороги. Ваших жен ждет позор насилия. Ваши дома - огонь…» Мы, на этой земле рожденные мужчины, должны в ответ молчать?

Констатирую лишь суть: казакам и татарам на полуострове уже тесно. Что будет завтра?

Подкова на счастье

Теперь только о мирном и высоком. Сворачиваем с севастопольской трассы на грунтовку, которая становится все непролазнее. И у меня перехватывает дух: долину окружает громадье скал, поросших деревьями и мхом. Эски-Кермен, легендарная крепость, «пещерный город»!

Фермерская усадьба атамана села Красный Мак Михаила Шереметы тоже называется «Эски-Кермен». Пасутся на выгоне кони, бегает черная свинка с поросятами, навесы над грубо сколоченными столами, несколько строений вдалеке, мачта для флага у кострища, выложенного диким камнем… Немного похоже на пионерлагерь в межсезонье.

- Точно! - смеется Сергей Юрченко. - Пионеров, правда, отменили, скауты - чужое. А джуры, так называют молодых казаков, - в самый раз.

Четвертый год подряд здесь собирают ребят на международные казачьи игры «Крым-Сич». Впрочем, игры - понятие условное. Джигитовка, вольная борьба, скалолазание, спортивное ориентирование, ночи в палатках, кулеш на обед, уроки краеведения, проповеди священника. Такие летние каникулы не стоят семьям мальчишек ни копейки. Атаману же Шеремете не в тягость, а в радость сотня голосистых гостей. По ту сторону скальной гряды тоже образцово хозяйствует казачья семья - можно сказать, пустили корни накрепко.

Движемся дальше. Близ Алупки встречаем патрульный пост: машина с мигалкой, парни в камуфляже. Юрченко и Першиков обнимаются с ними, как в кино: «Здорово живете!» Дежурство атамана Михаила Крупенко (вообще он рихтовщик и водитель первого класса) означает: ни один самосвал с окрестных «крутых» строек не вывезет мусор прямо в лес, минуя свалку. Милиция их просит о подмоге сама. С казаками ведь не договоришься!

- …Конный казачий клуб возле Ялты проведаем? - спрашивает Юрченко. Я соглашаюсь, поскольку точно знаю: однажды я уже бывала в этом клубе и даже писала о нем. Давно, больше двадцати лет назад.

Тогда студент Севастопольского приборостроительного института Толя Кусливый собрал на окраине города местных сорванцов, за которыми закрепилась слава конокрадов, и лошадей, что чудом избежали бойни. Коней кормили и лечили. Мальчишек - отрывали от дешевого вина, сигарет и неизбежного будущего за решеткой. Самодеятельный клуб взял под свое шефство Ялтинский горком комсомола: в перестройку пошла мода на нестандартные методы работы с молодежью. Запомнилось: Толя Кусливый мечтал, как отстроит вместо хибар-развалюх настоящие конюшни и прибьет на видном месте подкову - на счастье всем, кто сюда попал.

Давно нет комсомола, и шеф, комсомольский секретарь, перебрался в исполком, выучил, говорят, английский язык, курирует модное теперь международное направление. А мечты студента, судя по всему, взял в оборот кто-то новый, предприимчивый.

Краснела черепица на крышах корпусов. Пальмы, обернутые в мешковину, переживали зиму. Дрожала водная гладь бассейна. Юноши спортивного вида выводили под уздцы породистых, гнедых и белых рысаков. А командовал ими солидный, с седой бородой, в папахе с малиновым донцем мужчина - атаман Анатолий Степанович Кусливый. Он остался верным тому, что обещал много лет назад.

Больше того, кроме базы детского и юношеского туризма открыл по лицензии Министерства образования Украины и содержит Крымский казачий кадетский корпус в Симферополе - интернат для сотни пацанов (их еще именуют «трудными подростками» и «безотцовщиной»). Пацаны вполне законно называют Кусливого «батей».

Подкова на счастье оказалась настоящей.

Окончание читайте в следующем номере.

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт