Этот счастливый день -
 22 июня 1941-го...

Этот счастливый день -
 22 июня 1941-го...

Комментарии: 7
Невзирая на возраст, 95-летний ветеран не пропустил ни одного Парада Победы. Фото из личного архива Ивана ГОРБОКОНЯ.

Но даже в тот черный день происходили хорошие события: рождались малыши, игрались свадьбы… «Комсомолка» разыскала людей, для которых 22 июня 1941 года стал счастливым днем. Пусть и с горьким привкусом.

О нападении немцев и рождении сына узнал одновременно

Олеся КУЧЕРЕНКО

95-летний полтавчанин Иван Горбоконь 22 июня 1941 года помнит поминутно.

- Я тогда жил в селе Городище, работал директором школы. Накануне отвез жену Марфу в соседнее село, в больницу. А 22-го ни свет ни заря помчался в сельсовет, где был телефон, узнать, как там жена, - вспоминает пенсионер. - Но как только поднял трубку, услышал слово «война». Телефонисты на всех узлах связи передавали, что немцы прорвались через границу. Уже потом трубку подняла жена и радостно сообщила, что родила мальчика. В 23.00 21 июня. 

- Значит, довоенный наш сынок, Марфушенька. Родился за пять часов до войны, - едва сдерживая слезы, сказал Иван Павлович жене.

Шел домой и не понимал, плакать ему или смеяться. А по пути рассказывал только что проснувшимся односельчанам о нападении фашистов.

- В тот же день мужчины собирались на фронт, а женщины - в эвакуацию. Я и не надеялся увидеть новорожденного, - говорит ветеран. - Но меня сразу оставили комиссаром в партизанском отряде, и я успел забрать жену с Васей из роддома.

Иван прошел всю войну. В бою под Воронежом его первым из дивизии наградили медалью «За отвагу». Воевал под Сталинградом, освобождал Луганскую, Донецкую области, Румынию, Болгарию, Венгрию. До Германии дойти не позволила болезнь. 

- Домой вернулся в 1946 году инвалидом. Старшая дочка Рая сразу узнала меня, а 6-летний Володя и 5-летний Вася видели меня только на фото, - всхлипывает ветеран. - К сожалению, сыновей уже нет в живых - умерли от болезней. Вася свою жизнь связал со службой. Работал врачом в разных частях и в Киевском военном госпитале. А свой день рождения никогда не любил.

Свадьбу отсрочили на пять лет

Мирослава БЗИКАДЗЕ («КП» - Львов»), фото из личного архива Ольги Чернявской.

В 1941-м львовянке Ольге Чернявской было 24 года, она работала на железной дороге и собиралась замуж.

- В воскресенье 22 июня была прекрасная солнечная погода. Я проснулась рано, а мама уже напекла пирожков. Я поехала в гости к старшей сестре, которая жила с мужем в соседней деревне, - вспоминает 95-летняя пенсионерка. - Единственное, что было непривычно, - слишком много самолетов летало. Но я не придала этому значения - мало ли, может, учения? А вечером побежала на свидание с моим возлюбленным. Мы с Гришей встречались около года и через месяц собирались пожениться. И вдруг слышу: «Война! Киев бомбят!» Я бегом домой, мама и младшая сестра в слезах.

Ольга и Григорий счастливо прожили 55 лет, вырастили двоих детей.
Ольга и Григорий счастливо прожили 55 лет, вырастили двоих детей.

 

Ольгиного жениха мобилизовали в первые дни войны. Молодые люди расстались на долгих пять лет. Но все это время их роман продолжался в нежных письмах. Григорий дошел до Будапешта. Потом признавался, что именно любовь помогла ему выстоять. Как в знаменитом стихотворении Симонова: «Как я выжил, будем знать только мы с тобой. Просто ты умела ждать, как никто другой».

А после войны, в 1946-м, Ольга и Григорий наконец поженились. У них родились двое деток. Супруги счастливо прожили вместе 55 лет.

Побыла женой всего три дня

Александр ЖУКОВ 
(«КП» - Одесса»), фото Александра ЖУКОВА и из личного архива Лидии Деркач.

Одесситка Лидия Ивановна Деркач до сих пор не может сдержать слезы, вспоминая о самом счастливом и в то же время самом трагическом дне в своей жизни. Когда над крупнейшими городами Советского Союза ревели моторы вражеских бомбардировщиков, на приграничной полосе рекой лилась кровь, а в глубь советской территории врезался стальной клин механизированных частей вермахта, девушка под звуки военного оркестра выходила замуж.

Такими были Илья и Лида в июне 1941 года. Сфотографироваться вместе они так и не успели.
Такими были Илья и Лида в июне 1941 года. Сфотографироваться вместе они так и не успели.

- Мы познакомились за несколько недель до этого, - вспоминает Лидия Ивановна. - Я, еще совсем юная девчушка, шла по центру города и о чем-то мечтала. Вдруг увидела его: высокий, молодой, красивый, да еще и в военной форме. Наши взгляды встретились, я влюбилась без памяти.

Илья сделал первый шаг: пригласил красавицу Лидочку в театр. А через несколько свиданий сделал ей предложение руки и сердца. Та согласилась. И... вызвала своим поступком волну всеобщего негодования: невесте ведь еще и 17 не исполнилось.

Лидия Ивановна до сих пор с нежностью вспоминает свою первую любовь. В руках у нее - похоронка, в которой сообщается, что ее муж погиб 25 июня 1941 года.
Лидия Ивановна до сих пор с нежностью вспоминает свою первую любовь. В руках у нее - похоронка, в которой сообщается, что ее муж погиб 25 июня 1941 года.

- «Какая свадьба?! Взрослой стать захотела?!» - накинулись на меня родители, - вздыхает 87-летняя Лидия Ивановна. - Не одобрила наше желание и местная партячейка, а командир моего жениха и вовсе заявил: мол, негоже советскому человеку, офицеру, как басурманину какому-то, ребенка замуж брать. 

Пришлось молодым повременить со свадьбой. А 22 июня утром Илья прибежал под окно к Лиде и срочно вызвал на улицу, велев надеть новое платье. По пути объяснил, что они сегодня поженятся, потому что началась война. Оказалось, подразделение Ильи перебрасывают под Одессу, поближе к стремительно надвигающемуся фронту. На месте сбора всех ждал наспех собранный оркестр. Впопыхах, не успев сообщить родным, Лидия и Илья поженились. Выпив по бокалу игристого, пообещали друг другу разбить врага, а уж после погулять на славу. И - расстались. А через три дня бомбардировщик младшего лейтенанта Ильи Шмойлова был сбит румынами.

Но даже оплакать мужа Лидия Ивановна толком не смогла: впереди была изнурительная оборона Одессы, тяжелое ранение, эвакуация, десантирование в тыл врага и работа в подполье... Спустя 15 лет после окончания войны она вышла замуж второй раз, родила сына. Несколько лет назад потеряла обоих, но не унывает - активно отстаивает права одесских ветеранов.

 

Футбола не будет. Война.

Андрей РИМСКИЙ

22 июня любители футбола Киева ждали  с нетерпением. На этот день было намечено грандиозное событие. Даже, как говорят сейчас, два в одном! Во-первых, в гости к местному «Динамо» в рамках первенства СССР приезжала московская команда «Красная армия» (она же - ЦДКА, она же - нынешний ЦСКА). Во-вторых, матч должен был прйти на реконструированном стадионе имени тогдашнего первого секретаря ЦК КП(б) Украины Никиты Хрущева. Этот стадион и ныне на том же самом месте, только раньше, в 20-е и 30-е, он назывался  Красный стадион, позднее - Республиканский, еще позже обрел имя НСК «Олимпийский». Да-да, тот самый, на котором в июле 2012 года после уже четвертой в его истории реконструкции пройдет финал футбольного чемпионата Европы.

Тот самый билет. Фото из архива «КП».
Тот самый билет. Фото из архива «КП».

 

Красочные афиши, развешанные по всему городу приглашали киевлян на «праздник физкультуры и спорта», апофеозом которого должен был стать матч двух команд мастеров. Билеты активно раскупались, в аншлаге не было сомнений. И именно на 22 июня было назначено торжественное открытие арены. Но оно не состоялось. Как и футбольный матч.

Тем не менее сдавать билеты в кассы никто не спешил. Они были объявлены действительными до мирного времени. Никто не сомневался, что это будет совсем скоро…

Открытие стадиона произошло только в  июне 1944 года, после освобождения Киева от захватчиков. В этот день состоялся тот самый, не сыгранный в 1941-м матч «Динамо» - ЦДКА. Болельщиков, сохранивших за годы оккупации заветный клочок бумажки и пришедших на открытие арены с билетами образца 41-го, пропускали на трибуны бесплатно. С аплодисментами и слезами на глазах. Вот только на этот раз, спустя три года, их было далеко не 70 тысяч…  

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт