Нобелевский лауреат взламывал замки

Нобелевский лауреат взламывал замки

Комментарии: 2
Лафонтен во весь голос выкрикивал рождающиеся строки прохожим на улице.

Современники, а потом и биографы великих людей замечали, что они отличались, мягко говоря, странным поведением. Известно даже выражение французского писателя и мыслителя Ларошфуко: «Только великие люди обладают великими недостатками». И в общественном сознании давно сложилось мнение: гений и безумство – две стороны одной медали. Однако, со стопроцентной уверенностью этого утверждать никто не будет, но некоторые эксцентричные поступки и высказывания признанных гениев научного мира, действительно, приводят именно к такой мысли, сообщает scienceblog.ru. Вот пять странностей гениальных ученых.

1. Альберт Эйнштейн любил выходить в море под парусом, но обязательно в штиль.

2. Никола Тэсла, как известно, подарил людям электричество. В числе его любимых демонстраций было пропускание электрического тока через собственное тело. К тому же, ученый редко спал, обычно не более двух-трех часов.

3. Изобретатель реактивного топлива Джек Парсонс не только в свое время основал Лабораторию реактивного движения в США, но и со всей серьезностью утверждал, что он и есть воплощение Антихриста на Земле.

4. Немецкий ученый и алхимик Иоганн Конрад Диппель прославился тем, что изобрел в 17-м веке берлинскую лазурь. Правда истинной его целью было создание эликсира бессмертия. К счастью или к сожалению его не удалось создать. История умалчивает о том, не появилась ли у некоторых из дегустаторов «волшебного» напитка какая-то пищевая аллергия. Кто знает, что приходилось добавлять в него.

5. Один из наиболее знаменитых ученых конца 20-ого века, физик, лауреат Нобелевской премии Ричард Фейнман, принимавший участие в создании атомной бомбы, в свободное от исследовательской работы время занимался взламыванием замков.

«Комсомолка» тоже в свое время рассказывала о странном поведении гениев (см. «КП» за 21.03.2009). Вот лишь некоторые чудачества великих, которые часто еще при их жизни превращаются в «визитную карточку», а порой и в анекдоты. Их собрал коллекционер Геннадий Федотов.

Шиллер мог творить лишь тогда, когда на столе у него лежали гнилые яблоки.

Вагнер во время сочинения очередного музыкального произведения раскладывал на стульях и другой мебели яркие куски шелка, которые непрерывно теребил.

Шарлотта Бронте постоянно отрывалась от писания очередного романа и отправлялась чистить картофель.

Анри Матисс, перед тем как приступить к рисованию, испытывал острое желание кого-нибудь придушить.

Английский писатель Ричард Гоутон, занимаясь литературной работой, одновременно орудовал ножом или ножницами. За время писательских бдений он обстругал не один письменный стол, изрезал несколько кресел, а однажды исполосовал подвернувшееся под руку любимое платье жены.

Эдгар По мог сидеть часами за письменным столом и молча смотреть на лежащий перед ним лист чистой бумаги. Примерно так же поступал Морис Метерлинк. Каждое утро он отсиживал за письменным столом три часа, даже если ни одна мысль не приходила в голову.

Жорж Санд ежедневно писала до 11 часов и если заканчивала роман в 10.30, то тут же начинала новый, над которым работала полчаса.

Французский баснописец Лафонтен, когда находило вдохновение, часами метался по улицам, не замечая прохожих, с удивлением наблюдавших, как он жестикулирует, топает ногами, во весь голос выкрикивая рождающиеся строки.

Шуберт любимые свои произведения, прежде чем обнародовать, обязательно должен был сыграть... на гребенке.

А самым странным гением нашего времени считается петербургский математик Григорий Перельман. Ему удалось удивить весь мир дважды. Первый раз - когда он доказал гипотезу Пуанкаре, над решением которой бились лучшие математики XX века. Второй раз - когда стал решительно отказываться от заслуженных «лавровых венков» - медали и возможной премии в миллион долларов, учрежденной математическим Институтом Клэя в Бостоне.

Странное поведение гениев пытаются объяснить психиатры. Так, по мнению некоторых из них, между аутом во время припадка и гениальным человеком, обдумывающим и создающим свое произведение, существует полнейшее сходство. Вот, например, как описывает состояние крупнейшего итальянского поэта XVI века Торквато Тассо его лечащий врач: «Пульс слабый и неровный, кожа бледная, холодная, голова горячая, воспаленная, глаза блестящие, налитые кровью, беспокойные, бегающие по сторонам. По окончании написания произведения часто сам автор не понимает того, что он минуту тому назад излагал». Полный аут.

загрузка...
загрузка...

Политика

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Спорт

работа снабжение Днепропетровскпрогноз погоды в СаратовеАлександр Цекало